ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Саманта сидела, сжав руки в кулаки, она дышала тяжело и порывисто. Все понятно! Наверняка в тишине ночи она задумалась о будущем. И в душе ее проснулись страхи и сомнения по поводу намерений Уильяма. Но если так, то упоминание о супружестве должно было прогнать эти самые сомнения, а не вызвать такую панику.

Не сводя глаз с Саманты, Уильям откинул одеяло. Девушка смотрела на него совершенно отрешенно.

Он встал и собрал разбросанную по полу одежду, пытаясь угадать, что же случилось. Он сделал Саманте больно? Да. Но потом он попытался загладить свою вину. Он испугал ее? Но разве что-то способно испугать Саманту? Уж во всяком случае, не его откровения по поводу лорда и леди Фезерстоунбо. Или она волнуется по поводу того, что он подвергает свою жизнь опасности? Но если так, то зачем сидеть так далеко от него и с таким серьезным видом?

– Скажи мне, что же не так! – потребовал Уильям.

Саманта отвернулась к окну, губы ее задрожали, и она сжала их покрепче.

– Пойдем со мною в дом. – Он должен заставить ее заговорить. И ни в коем случае нельзя оставлять ее сейчас одну. – Я должен подготовиться к сегодняшнему дню – переодеться, посоветоваться с Дунканом.

Наконец Саманта повернулась к нему, и Уильям прочел в ее взгляде зияющую пустоту.

– Сначала я должна кое-что сказать тебе, – медленно произнесла Саманта.

24.

– Эй, ты собираешься развязать меня или мне предстоит лежать тут вот так весь день?

Прервав свой туалет, Тереза взглянула на Дункана, распростертого на ее постели, руки которого были привязаны к изголовью ее шарфом.

– Да. Да, сейчас развяжу, – она подошла кровати с нарочито скучающим видом. Неужели всего час назад леди Маршан целовала этого мужчину? Она принялась развязывать узлы, которые чуть раньше сама затянула с таким наслаждением.

– Конечно же, развяжу. Ты нужен мне, чтобы помочь застегнуть платье.

– С удовольствием, миледи, – как только руки Дункана освободились, он крепко обнял Терезу за талию, усаживая рядом с собой. – Но сначала хотелось бы узнать, что такого я сказал, что так разгневало тебя.

Тереза смотрела на него влажными глазами, полными тревоги.

– Ты сказал, что тебе нужен карманник. Что вы с Уильямом готовы воспользоваться услугами вора.

– Если бы я только знал, что это разгневает тебя, я бы заткнул свой рот. Я просто думал, что ты знаешь все обо всех и сможешь подсказать человека, подходящего для такой работы.

– Я должна пойти предупредить Саманту, – пробормотала Тереза с отсутствующим выражением лица. Дункан отпустил ее и медленно сел на постели.

– Предупредить Саманту? Мисс Прендрегаст? О чем?

Тереза быстро подошла к окну и стала смотреть на укрытый туманом сад.

– Она не… Она… – Тереза обернулась к Дункану. – Как ты думаешь, Уильям доверится ей так же, как ты доверился мне?

– Я не знаю. – Самые страшные догадки роились в голове Дункана, но он гнал их от себя. Не может быть, чтобы юная гувернантка… нет, только не это. – Еще неделю назад я сказал бы, что нет, но сейчас не знаю. Уильям влюблен по уши.

– Так он скажет ей? – Тереза нервно заламывала руки. – Больше всего я боюсь, что Саманта решит… но ведь он не станет рассказывать ей о вашей проблеме? Он ведь считает женщин изнеженными созданиями, хрупкий мозг которых нельзя напрягать такими вещами.

Подозрения Дункана оформились в уверенность, и он резко вскочил с кровати.

– Черт побери, ты хочешь сказать, что Уильям ухаживает за воровкой?

Уильям вел Саманту по лужайке, крепко держа ее за руку.

У этой ведьмы хватило наглости затеять с ним рукопашную!

– Тебе не надо держать меня, – сказала Саманта. – Я ведь рассказала тебе все лишь для того, чтобы доказать, что могу помочь тебе!

– Ты сказала мне слишком поздно, – Уильям крепче сжал ее руку. – Я уже опозорил себя, лишился дворянской чести.

Свободной рукой Саманта ударила его меж ребер – предательским ударом, которому она могла научиться только в своем преступном прошлом.

Вскрикнув, Уильям непроизвольно разжал пальцы.

Прежде чем он снова успел схватить Саманту, она была уже на несколько шагов впереди.

– Я и забыла, – с хорошо знакомым ему сарказмом произнесла Саманта, – что все события прошлой ночи произошли лишь с тобой одним.

В несколько прыжков Уильям догнал ее.

– Только у меня была честь, которую я сумел потерять.

– Что ж, и об этом я тоже забыла, – вздохнула Саманта.

Туман окутывал все серебристой дымкой, прозрачные капельки висели на паутине, свитой среди ветвей розового куста. Деревья выступали из дымки своими мокрыми стволами, а кроны их терялись наверху. Если туман не рассеется, Терезе придется расстаться со своими планами устроить прощальный обед под шатрами в саду. Впрочем, Уильяму туман был на руку. Он спрячет их от любопытных глаз. Конечно, гости еще не проснулись, но вот их слуги наверняка уже встали, и ни к чему, чтобы они доложили своим хозяевам, что полковник Грегори провел ночь в объятиях собственной гувернантки. Разумеется, многие и так заметили вчера вечером их исчезновение. Но не стоило подтверждать их подозрения. Ведь на карту было поставлено сейчас его положение в обществе, во всех смыслах этого слова.

– Я зол на себя, как никогда, – Уильям не пытался смягчить свой тон.

– Да, парень, я вижу, – она специально перешла на этот ужасный говор, чтобы подразнить его, но больше ничего не сказала.

А Уильяму хотелось, чтобы Саманта продолжала говорить, чтобы она спорила с ним, доказывала свое, разжигая его праведный гнев, вновь и вновь убеждая его в том, что он связался с недостойной женщиной. Потому что это он был жестоко обманут. Он, а не она. Уильям не обманывал эту женщину!

– Если бы ты сразу сказала мне правду…

– То ехала бы на поезде обратно в Лондон в ту же ночь, когда прибыла сюда. Тогда мне совсем не нравилась эта перспектива, – Саманта печально улыбнулась. – Зато теперь она кажется весьма заманчивой.

Улыбка эта сделала то, о чем так мечтал Уильям, – привела его в бешенство! Он был прав, тысячу раз прав, отвергнув Саманту с ее воровскими повадками.

– Ты задумывалась когда-нибудь, какое влияние ты оказывала на моих дочерей? Общаться с воровкой – это могло поломать навеки их неокрепшие души.

– Если я оставила свой след в их душах, – а я надеюсь, что так оно и есть, – то вовсе не тем, что делала в юности.

– Но грязь твоих преступлений все еще лежит на тебе.

– В таком случае тебе не следует встречаться со своими дочерьми. Потому что и ты в той же самой грязи после того, что произошло вчера.

Резко развернувшись, Уильям схватил Саманту за плечи, заставив ее остановиться.

– Хочешь сказать, что пометила меня?

– Я просто показала тебе всю глупость подобных размышлений.

Слова Саманты звучали грубо, но глаза ее были мудрыми и печальными.

– Ты крала и у меня! Из кабинета пропало золотое перо, портрет… – Только тут до Уильяма дошел весь ужас происходящего, все, что он потерял. – Ты… какой же испорченной надо быть, чтобы украсть единственную память, которая осталась у меня о моей жене.

– О, – Саманта прикусила губу и отвела взгляд. – О…

Это было куда больнее, чем он мог себе представить. Значит, Саманта преследовала его, стараясь удалить то, что осталось от его законного брака, от его приличной семейной жизни, чтобы он остался с нею. То есть остался ни с чем.

– Где мои вещи? – пророкотал Уильям, встряхивая Саманту.

– Я не знаю.

– Наглая ложь! – он тряс Саманту с такой силой, что голова ее моталась из стороны в сторону.

– Я действительно не знаю, – вдруг Саманта поднесла палец к губам: – Шшш…

Уильям тоже услышал приближавшиеся голоса. Мужчина и женщина спорили о чем-то, направляясь прямо к ним. Невозможно было разобрать слов, но Уильям узнал спорящих. Дункан и Тереза. Интересно, что выгнало их из дома в такую рань? Уж не его ли они искали, чтобы предупредить о небезупречном прошлом Саманты?

54
{"b":"7263","o":1}