ЛитМир - Электронная Библиотека

Прикоснулась своими губами к гладкой коже его губ. Осторожно, едва дотронувшись к запретному очагу удовольствия, сразу захотела отпрянуть. Снова вжаться в стенку.

Но Юсупов резко накинулся на мой рот. Настырно разомкнул сжатые зубы и протолкнулся наглым сладким языком к моему.

Шамиль до невозможности углубил поцелуй. Словно ел меня большой ложкой. Чуть отступал и снова накидывался.

Нет! Я его не поцеловала! Коснувшись добровольно его губ, я словно нажала на красную спусковую кнопку. Выпустила ядерную ракету. Самонаводящуюся и разрушающую меня до основания.

Забытый вкус его поцелуев заставил трепетать все мышцы. Колени подкашивались от невозможно тяжелого груза возбуждения. В этом вороном коне, черном мустанге, столько секса, что даже в прилюдии мне почудился оргазм.

Между вдохами были слышны наши стоны. И от Шамиля они исходили коротким рыком. А от меня влажными всхлипами.

Мы целовались вечность.

Гладковыбритая кожа мужчины скользила по моей. Слюна смешивалась и языки умело ее передавали друг другу. Поцелуй все не прекращался.

Он сейчас для нас был словно деликатес. Мы пировали. Никак не могли насытиться. Утолить голод.

Мы столько провели ночей друг без друга...

Ведь без еды человек может провести три месяца. Мы свой срок отбыли. Смертельно соскучились друг за другом. Теперь пора было праздновать. Насыщаться запретной страстью.

Шамиль отклонился первый. Отпружинил от стенки рукой.

В его взгляде прослеживался туман и сквозь густой черный смог мерцали звезды.

- Моя кукла!- победно заявил искуситель и демонстративно облизал влажные губы,- С первым заданием ты справилась. Пошли. Попросишь, чтоб я тебя трахнул.

* * *

С детства отец холил и лелеял меня. Мне досталась львинная доля любви, предназначенной равнодушной матери. Он баловал меня подарками. Недорогими, но всегда продуманными и нужными.

Не стесняясь зацеловывал щеки, пока я, смеясь, не начинала вырываться и отбиваться от его безграничной нежности. Всегда читал мне перед сном сказки. Долго, не меньше часа.

Я росла с уверенностью, что встречу его достойного преемника. С самооценкой, которая твердила, что я самая красивая, самая умная и самая любимая.

Измена мужа изменила мое восприятие мира. Подкосила все мои понятия. Взрослея, я начинала понимать, что отношение отца это не правило, это скорее исключение.

Восстановив в Сюрене свою уничтоженную самооценку, снова преодолев непроходимые горы комплексов, я воспылала уверенностью, что больше никогда и никому не позволю себя втаптывать в грязь и унижать.

Что я скорее останусь старой девой в обществе десятка воющих котов, чем снова наступлю на грабли под названием "наглые мужики".

И вот, стоя в узком коридоре своей унылой квартирки, и изнемогая от желания преклониться в очередной раз властному и жесткому бандиту, я слышала громкий треск. Это все мои принцыпы расходились по швам. Рвались и гордость, и самооценка, и дерзкая уверенность.

Я трепетала, как березовый лист на тонкой ветке от промозглого осеннего ветра. Норовила сорваться и, подхваченная сильным ураганом страсти, понестись во все тяжкие.

Любовь творит чудеса. Волшебство.

Но в моем случае это чувство подобно урагану или цунами, стирающему и смывающему мою личность.

И Шамиль вместо того, чтоб выбрать правильный путь к моему сердцу, решил просто растоптать мою волю. Подчинить себе. Унизить.

Самое ужасное в этом то, что я готова пасть перед ним, лишь бы снова получить часть его жестокого внимания...

Глава 30

Искушение, которое мне не под силу побороть...

Глядя в затянутую похотью бездну взгляда Юсупова, я читала для себя немой приговор.

И решившись на безрассудный поступок, я утешала себя слабым оправданием, что я поддаюсь в последний раз. Эти выходные последние в этом городе. Скоро я вернусь в Сюрен и заново начну отстраивать свой характер.

А пока...

Я медленно поплелась за Шамилем в спальню!

* * *

Шамиль Юсупов.

Я приехал раньше на полчаса. Потому что дождаться гребанного времени было невозможно. Подошел к убогой двери, за которой пряталась мелкая жопа, предназначенная сегодня для моего члена. И пока ждал, чтоб Кукла открыла дверь, уже реально раздумывал ее вынести к херам плечом.

Но малышка поторопилась и распахнула передо мной врата в свой маленький рай. А скоро и ножки раскинет в пригласительном жесте.

Растрепанная пигалица встретила меня таким ошарашенным взглядом, будто на пороге стоял сам дьявол.

Да, детка, тебе стоит меня бояться. Потому, что я, очень зол.

Я сжал кулаки и зубы, чтоб сдержать желание вы*бать куклу на пороге. Нагнуть ее резко и размашисто засадить без всяких прелюдий.

Бля, я соскучился за ней, как пацан.

Милена мелкая простая девчонка, которых топчет землю миллион, стала для меня единственной и самой желанной. И осознание того, какая эта невинная малышка - продуманная жестокая сука, будило во мне зверя.

Ее ангельское нежное личико, хрупкое изящное тело, пропитанное ароматом морозной вишни, так и напрашивались на наказание. Грубое. Беспощадное.

Сучка играла загнанного оленя, невинную жертву, будто за Оскар боролась.

Стыдливо прятала глаза, закусывала пухлые губы, в которые я мысленно уже толкался своим членом.

Бля, при этой мысли сразу встал. А ведь план был сначала поговорить и вынудить девку признаться во всех прегрешениях.

Хотя, к херам разговоры. Я задолбался ждать. Слишком долго сам себя мариновал. Надо было сразу помчаться за ней в Сюрен. Кому я сделал хуже тремя месяцами ожидания?! Только член оголодал, как койот в пустыне. Потому что дешевые шлюхи, которыми я  питался все это время, просто разлагающаяся падаль в сравнении с Куклой. Мраморной говядиной для моего пира.

Для вида и ради скупого интереса, я прошелся по ее квартире. Скорлупа, в которой моим плечищам не развернуться. Везде надо проходить боком, чтоб ненароком не проломить картонные стены.

Все унылое и серое. Даже удивительно, как в этой срани выросла такая красавица. Пробилась, как цветок из дерьма.

Милена усердно пыталась держать хорошую мину при плохой игре. И ее обреченная паника и несчастный вид заводили меня еще больше. Я уже применял всю выдержку и самообладание, которыми никогда раньше не мог хвастануть.

Но мысль, что  все равно сейчас трахну сучку, позволяла дать ей незначительную отсрочку. От возбуждения уже сводило яйца. А Кукла продолжала издеваться надо мной. Виляла тощей жопой прямо перед моим носом, делала умный вид и пыталась перечить мне.

Один ее неубедительный писк, что она не шлюха, веселил меня все больше. Ничего, я ей с удовольствием докажу обратное.

Я соскучился больше, чем думал. И хотел ее сильнее, чем кого бы то ни было. Значит быть Милене и куклой, и шлюхой, и моей любовницей. Но только моей. Хочу оставить себе ее. Пока не наиграюсь. Пока не выпью до дна всю ее сучью натуру. Будет моей куклой до тех пор, пока на нее член дергается.

Просто малышка пока не поняла, что встряла. Глубоко и безнадежно. Я ей обязательно объясню. Напомню, что я могу быть щедрым с ней. Ей надо бабки, я готов раскрыть для нее доступ в казну. Платить ей столько, сколько она у того клетчатого лягушатника никогда не выдурит.

Бля, от осознания ее продажной сучности, становилось впервые гадко.

Конечно, Милена трепыхалась и убедительно вещала, мол не такая я. Но все шлюхи так раскручивают своих клиентов на больший барыш. Я помню все. Как я вначале, как лох поверил. А потом она дала деру с моими деньгами и даже не попрощалась со мной.

Даже ее обещание вернуть бабки больше меня не задурманит. Потому что это только слова. Продажные девки всегда говорят много. Умело работают языком. Только до дела обычно не доходит. Всю выручку оставляют себе.

Язык Милены умелый и юркий. Я помню как она вылизывала до блеска мой член, кайфовала не меньше меня. Заглатывала мое копье в тугую глотку и смаковала, текла между ног от порочного действа.

39
{"b":"730454","o":1}