ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Лиа ощутила одобрение супруга и подарила ему в ответ самую тёплую из своих улыбок. Для неё порой было загадкой, как, дожив до столь почтенного возраста, он исхитрялся быть настолько наивным в некоторых вещах.

"Знаю, у вас на родине девушки очень берегут свою честь, — говорил он ей вчера, словно она нуждалась в дополнительных объяснениях. — Но ты должна понять: пара — это святое. Опять же, реалии Вольных Городов таковы, что произойти это может практически с каждой — по крайней мере, говоря о девушках из незащищённых слоёв населения".

Лиа на это только улыбалась и кивала.

Она не стала заострять внимание на том, что обычаи её родины в этом смысле тоже не столь однозначны. Да, для удачного замужества дева должна сохранить свою чистоту. Тут, однако, тоже таились свои зыбучие пески. Не зря считалось большой печалью, если в семье родилось много дочерей. Причина достаточно проста: чтобы дочь могла претендовать на статус старшей жены, с ней нужно преподнести мужу некие дары или блага (если, конечно, девушка от рождения не наделена уникально красивой внешностью или магическим даром). Речь не шла о деньгах, их в любом случае платил будущий супруг. Однако, старшей женой обычно брали женщину, семья которой может способствовать делам зятя связями, статусом или богатством. Далеко не для каждой находится подходящая кандидатура. И вот тут сценарии разнились.

В состоятельных семьях лучше всего устраивались дочери старших и любимых жён. Им подыскивали супруга старательно и тщательно. Также ценились на матримониальном рынке волшебницы (даже за дев из бедных семей, наделённых сильной магией, давали не меньше их собственного веса золотом и каменьями, а зачастую — больше). Остальным, особенно дочерям наложниц, везло заведомо меньше. Те, на кого не находилось мужей и отцовской милости, зачастую бывали проданы либо в младшие жёны, либо в качестве, опять же, наложниц. Само собой разумеется, в этом случае им вменялось не только удовлетворять господина, но и привечать его друзей, поощрять особенно отличившихся подданных… Для девушки из хорошей семьи — печальная судьба.

Бедным, однако, бывало ещё горше. Нет ничего хуже, чем множество дочерей в бедной семье. Да, зачастую у бедных мужчин жена была одна, но и на дорогостоящие по ирребским меркам противозачаточные чары никто не тратился. И дальше уже шла весьма простая математика: устраивали достойный брак для пары старших дочерей. Везло красивым и талантливым — они становились наложницами. Засидевшиеся в девках в большинстве случаев бывали проданы в дома удовольствия. Зависело ли от них такое положение вещей? По правде, едва ли.

Лиа обдумывала всё это, когда ощутила, что старший сын напрягся. Нет, внешне Эт оставался спокойным и улыбчивым, но, ветра ради, она воспитала этого мальчишку и прекрасно умела замечать его тревогу! Она скосила глаза, прослеживая направление взгляда своего мальчика, и прищурилась, разглядывая некую особу. Которую она точно не приглашала. Странно, ей казалось, она знает в лицо всех гостей… Лиа сделала вид, что крайне внимательно прислушивается к рассказам супруга о новых боевых чарах, и продолжила наблюдать за девицей.

Человек. Светлокожая чистокровная северянка. Лиа скривила губы: она не слишком любила этих вертихвосток, как и большинство её соотечественниц. Слишком многое о себе мнят из-за своей красоты, похожей на нелюдскую. Попадая в Ирребу, всегда стараются пролезть вперёд местных. Редко когда удачно, правда, ибо в ядах они разбираются на удивление плохо.

Эта отдельная северянка, между прочим, была ещё и дурно воспитана. Смеялась излишне громко, надела чрезвычайно приметную одежду (хотя все разумные дамы понимали, что не должны превзойти хозяйку вечера, и вняли гласу разума), бесстыдно распустила свои золотистые космы и то и дело бросала на Эта взгляды. Весьма говорящие.

Лиа поджала губы и слегка повела ладонью, подзывая свою личную телохранительницу, деву из рода пустынных вихрей. Той не нужно было говорить, достаточно чуть указать на девицу взглядом и приподнять вопросительно бровь. Вихрь кивнула, принимая приказ, и исчезла.

Пантомима была едва заметной, но придворные, удержавшиеся подле Лиа не один год и нарастившие себе хоть какое-то подобие мозгов, тут же удалились от северянки по залу так далеко, как только возможно, потащив за собой на буксире членов семей. Все знали: внимание Лиа подчас куда страшнее, чем заинтересованность её супруга. И редко когда кончается хорошо.

Невестка явно тоже заметила отирающуюся неподалёку странную девку, но виду не подала. Вихрь между тем вернулась — как всегда быстро.

— Мимолётное увлечение господина Эта, — прошелестела она так, что никто другой не смог бы услышать. — Он выгнал её, когда нашёл молодую госпожу.

Лиа мило улыбнулась.

— Не могли бы вы все извинить меня? — спросила она печально. — У меня вновь приступ мигрени, увы.

Муж скосил на неё насмешливый взгляд, но кивнул, отпуская.

— Не часто ли у вас болит голова, матушка? Лекари определённо плохо делают свою работу, — разумеется, Ото. Тэ совсем его испортил!

— Всего лишь переволновалась перед праздником. Не стоит тревоги, свет очей моих. Немного нюхательной смеси — и я буду в порядке.

Кивнув собравшимся, Лиа выскользнула из зала и посмотрела на вихрь.

— Кто её впустил? — уточнила она холодно.

— Девица прошла под именем одной из волчиц.

— Что же, — Лиа вздохнула. — Эдакая неприятность! Распорядителя — в подвал на пять дней. Приковать цепями, не поить и не кормить. Потом выкинуть вон. Коль он не отличает оборотницу от человеческой девки, на мою семью работать больше не будет. Волкам же передай, что им отказано от двора. Я разочарована и переговорю с сыном о том, что их кварталы слишком близко к Чёрному Дворцу. Мне воняет псиной, когда я приезжаю погостить. Сообщи об этом Гране, супруге их Главы. Если она не хочет последствий, пусть явится ко мне. С тем, кто позволил неведомо кому явиться сюда по волчьему приглашению.

Вихрь понимающе усмехнулась.

— Будет сделано, госпожа. Касаемо Равиэль?

— Это зовут Равиэль? Впрочем, избавь меня от лишней информации. Она уже уходит, не так ли?

15

Лиа вернулась в зал спустя пару мгновений и с удовлетворением пронаблюдала, как один из магов-охранников осторожно и ненавязчиво берёт девку под локоток и выводит из зала, весьма убедительно имитируя лёгкий флиртующий разговор.

— За что её прогнали? — спросила невестка тихо.

Не самый своевременный из вопросов, воистину. Лиа совсем забыла об особенностях драконьего слуха. Ох, годы, эти годы…

— Она пришла под чужим именем.

— Думаю, просто хотела покрасоваться. Или…

— Это не игрушки, милая. Ей здесь не место, — сказала Лиа легко.

Невестка сжала губы, и Лиа готова была поклясться, что она хотела сказать: "Как и мне".

Ох уж… но да ничего. Это молодость, ей порой свойственно непонимание простых вещей. Лишь с возрастом иные осознают (каждый в разное время, увы), что жизнь несправедлива. Более того, она не может быть справедлива, ибо справедливость — слишком уж расплывчатое понятие, которое каждый волен трактовать в свою пользу. Справедливо ли, что эта Равиэль чужая на этом празднике, а Дивера скоро станет хозяйкой Адоры? Весьма непростой вопрос. С одной стороны — так распорядились дыхания ветров, да. Никакой справедливости, лишь судьба. С другой стороны взглянуть, то всё не так уж однозначно получается. Дивера не была бы здесь, не пройди она непростой путь до статуса личной доверенной помощницы Властелина Чу, верно? Не случись этого, она просто не встретила бы Эта. Либо их следы на песке времени пересеклись бы позже. В любом случае лишь тогда, когда они оба были бы готовы ко встрече. И достойны её.

С другой стороны, эта девка. На что она рассчитывала, приходя сюда, ставя под удар своих покровителей? Ради чего? Или настолько тупа, что и впрямь полагала, будто Эт на ней, прости Рах, женится? Ох, смех один! Да даже если он достал её из какого-нибудь сарая (что по её манерам можно предположить), неужто она не удосужилась почитать об особенностях брачных традиций многоликих? Или расспросить тех же волков, на худой конец, если читать не умеет? Ведь, коль уж замыслила женить на себе Властелина, глупость себе позволить никак нельзя!

41
{"b":"730459","o":1}