ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Когда утонет черепаха
Любовь и секс: как мы ими занимаемся. Прямой репортаж из научных лабораторий, изучающих человеческую сексуальность
Как пройти собеседование в компанию мечты. Илон Маск, я тот, кто вам нужен
Шесть столпов самооценки
Бег
Позвоночник и долголетие: Научитесь жить без боли в спине
Почему коровы не летают?
Психология влияния и обмана. Инструкция для манипулятора
Бумажная принцесса
Содержание  
A
A

– Они грабители, возможно, убийцы. Но они же не дьяволопоклонники.

– Кто-то из подобных им, пусть всего один, – несомненно и в высокой степени таковым и является. Маг или маги – сильные и опасные, с неясными пока целями – это хуже всего. Вспомни четыре мертвых города – Мейзен, Амбрас, Артен, Гайа. С меня довольно. В Церене с лихвой хватает титулованных адептов дьявола. Их я, к сожалению, не могу казнить всех и сразу – у этой гидры много шей, а не одна. Костер – в том числе острастка иным.

– Это несправедливо.

– Молчи! Ты! – голос Гизельгера перерос в рык. – Я тебе приказываю – молчать. Слушай меня и пытайся понять. Нет справедливости на земле, место ей на небе, среди святых праведников. Зато на земле есть благо Церена. Это моя справедливость. Она должна быть и твоей, если ты не хочешь разрушить то, что создавалось предками.

– Но…

– Потом… Я еще буду говорить с тобой, нам есть о чем поговорить. А пока помолчи. День был слишком труден…

– Прости, отец.

Толстый упрямый мальчишка, сын великого императора, отвернулся, глядя, как удаляются прочь стены столицы – властелин Церена спешно возвращался в Лангерташ.

Глава 7

Под землей

Видит: в лесу голубая гора,

Вся в искрах вроде звезд,

А в глубь горы идет нора

В человеческий рост.

Баллада «Хеминг и Троллиха»

(Империя, Пещеры, осень 6999 года от Сотворения Мира)

В пещерах нет ни дня, ни ночи. Время суток сменяется под распахнутым небом, оставляя подземелью вечные сумерки.

Не приди сюда люди – была бы вечная ночь.

Бесконечно долго согретая солнцем вода уходила в почву, капля за каплей растворяла мягкий камень, залегший ниже кустов шиповника, земли и трав. Теперь глубоко под землей струится холодная чистая река, и каждая капля продолжает уносить невидимую частичку тверди.

Выше реки лабиринт – покинутое ушедшими вглубь водами русло – слепок прежних слоев известняка, сделанный из черной пустоты.

Люди прибавили к творению воды плоды собственных усилий – и в пещерах появился свет.

Иногда свет падает из узких отверстий в потолке пещер, порой теплится огоньком лампы или полыхает тревожным отблеском факела. Но освещают они одно: серые и коричневые своды, сложенные из известняка и доломита, и бледные лица людей, принесших под землю свет.

Альвисы называли лабиринт пещер одним словом – Грот. В первые недели Нора обошла все, что могла обойти, не заблудившись, побывала везде, куда ее пустили. Кое-откуда ее сразу прогнали со словами, смысла которых она, к счастью, не понимала. Пещеры казались ей удивительными. Десятки коридоров, сотни комнат, иногда залы с высокими сводами, иногда узкие лазы, в которые едва можно протиснуться, обдирая плечи. Под ногами то скользкий, увлажненный водой камень, то неровные изломы доломита, порой – сухой известняковый пол прохода, пробитого рукой человека. Закоулки-комнаты, едкий дым изредка горящего очага лениво стелется вокруг, прежде чем уйти в пробитое в потолке отверстие. И всюду альвисы.

Нора не знала, что находится выше, она не помнила, как Дайгал принес ее сюда, казалось невероятным, чтобы путь продолжался более двух-трех дней. В землях отца и соседей не может быть таких больших пещер. Разве что они находятся глубоко под землей и не заметны на поверхности? Нора представила себе, как под покровом темноты из тайного лаза в земле появляются один за другим бесшумные, беспощадные враги, окружают бург, лезут на стены сплошным серым потоком…

Это, конечно, пустые страхи. Но как она-то попала сюда? Спросить об этом можно было у Дайгала, но не хотелось. Вдруг представится возможность бежать, лучше заранее не настораживать главного врага.

Нора постепенно разобралась в системе родственных отношений ее хозяев. Старого альвиса звали Такхай, Дайгал был его старшим сыном, точнее, самым старшим из двух оставшихся в живых. Мальчишку, младшего сына старика, звали Тиви, что в переводе с языка альвисов означало «крысенок», слово, впрочем, имело вполне одобрительный смысл. Светловолосая девочка, Даура, была дочерью старшего брата Дайгала, погибшего при обстоятельствах, о которых Нора, памятуя о своей встрече с безумной Иланой, предпочитала не спрашивать.

Нору никто не притеснял, ею, казалось, мало интересовались. Однако ее тревога росла с каждым днем. Дайгал сказал, что вернет ее отцу за выкуп. Но ведь альвисы никогда не возвращали пленных, ни за выкуп, ни без такового. Нора знала это наверняка, потому что с альвисами никогда не вели переговоров, да те и не посылали к подданным Гизельгера своих парламентеров. Все, кто предположительно попал в плен к подземным жителям, считались покойниками. По ним разрешалось устраивать заупокойное богослужение в церквях Церена. Значит, Дайгал обманул ее. Зачем? Пока ответа не было. Ничего, первую схватку выиграл противник, но она будет терпеливой и хитрой, прозорливой и осторожной, найдет слабое место врага, улучит момент и победит. Победа заключалась в бегстве. Ах, она будет первой, кто сумеет сбежать от альвисов? Ну что ж, значит, будет первой! Надо же кому-то начинать. Нора пыталась найти в Гроте других захваченных имперцев, но тщетно. То ли они содержались в другом месте, то ли их вовсе не существовало.

Во всяком случае, стоило разобраться в хитросплетении пещерных ходов. К несчастью, у Норы не было ни бумаги, ни пера, ни даже куска дерева и острой шпильки, чтобы нарисовать хоть какое-то подобие плана. Дайгал, казалось, мало обращал на нее внимания, но одного правила придерживался очень аккуратно – немедленно, безо всяких церемоний отбирал у нее любой режущий или колющий предмет, хотя бы иголку, не останавливаясь перед необходимостью унизительного обыска. Нора теперь весьма сожалела о том, что продемонстрировала свой крутой нрав в первый день знакомства – не ясно точно, чего больше опасается враг, покушения или самоубийства, но предупрежден он был, увы, самой же Алиенорой.

Приходилось держать свои открытия в памяти. До сих пор Алиеноре не приходилось запоминать ничего сложнее молитв, а вершиной ее успехов в картографии явился сложный узор для вышивания. Однако за два месяца блужданий по пещерам, после которых она едва находила дорогу «домой», общее устройство Грота стало для Норы более-менее понятным. Коридоров было всего шесть, а не десятки, как показалось вначале. Три коридора, немного изгибаясь то вправо, то влево, шли почти параллельно друг другу, расширяясь и сужаясь, смотря по податливости камня. Еще три подобных коридора, по прихоти воды и тверди пролегших тоже параллельно, пересекали первые три под углом. Все вместе образовывало нечто наподобие косой решетки, в которой «прутьями» были ходы, а просветами между ними – скала, слагавшая стены пещер. В стенах было устроено множество комнат, высеченных, по-видимому, отчасти водой, отчасти человеческими руками. Комнаты сообщались с коридорами «дверями» – занавешенными тряпками проемами неправильной формы и служили жилищем обитателям пещер. Для удобства ориентирования на перекрестках стены украшали грубо выбитые в известняке знаки. Факел для левого коридора, меч для среднего и трезубец для правого. То, что «левых», «правых» и «средних» коридоров получалось ровно по два, так запутало Нору, что она с трудом могла пользоваться полученным знанием.

Однако открытие вдохновило девушку. За нею не следят. Где-то должен призывно светиться выход наружу. Достаточно дождаться «ночи», то есть времени, когда альвисы спят, и ускользнуть от стражи, наверняка бдительно стерегущей проход. Однако следующее открытие стало менее приятным. Выхода не было. Косая решетка коридоров оказалась только одним из ярусов пещеры, причем отнюдь не верхним.

В Церене имелись шахты – в том числе серебряные рудники, но дочери знати, разумеется, никогда не бывали там, иначе Нора сразу бы поняла, что она обнаружила. Это был подъемник – вертикальная шахта и клеть на канатах. Клеть спускали сверху, и где-то там, наверху, мерцал светом дня желанный выход. От клети Нору грубо прогнали.

16
{"b":"7307","o":1}