ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

«М-да, что-то я, действительно, устал», – подумал Мишарев. – «Пора мне в отпуск».

– Саша! – позвал его один из экспертов, тоже Александр. – Тут такая игрушка прикольная.

Мишарев встал в дверном проёме и посмотрел в комнату. Труп лежал, накрытый простынёй, а эксперт Саша, страстный любитель компьютерных игр, водрузил упавший системник на стол и сейчас проверял его работу.

На удивление, переживший падение компьютер работал. На экране монитора была видна очень красивая заставка, изображавшая берег моря. Песчаные обрывы, покрытые соснами и каким-то крупными лиственными деревьями, высились над золотым пляжем. В углу экрана располагалось какое-то «меню», строчки которого Мишарев разглядеть с порога не мог.

– Всё дурью маешься? – поинтересовался следователь, насмешливо глядя на своего тёзку и вытаскивая новую сигарету.

– Да нет, ты только посмотри! Игрушка, судя по всему, просто класс, я про такую никогда не слышал даже. Но она только здесь занимает пять гигабайт, да ещё требует для запуска входа в Интернет, а модем повреждён. Ещё тут нужен какой-то «преобразователь», и я думаю, это то, что было надето у него на голову. – Эксперт кивнул на тело, скромно лежавшее на полу.

– Ну-ну… – Мишарев затянулся и, прищурив глаз, посмотрел на тёзку, выпуская струю дыма.

– Саша, ты не против, если я эти диски… ну, того… – Саша-младший сделал неопределённое движение пальцами и кивнул на несколько компакт-дисков, валявшихся на столе.

«Господи», – вздохнул про себя Мишарев. – «Двадцать шесть лет человеку, а пацан-пацаном».

– Объясняю, – сказал он вслух, приваливаясь плечом о косяк, – это всё «вещь-доки». Поэтому ничего ты не возьмёшь. Во всяком случае, пока.

Эксперт разочарованно посмотрел на экран монитора и вздохнул.

«Блин, как я хочу в отпуск! Как мне всё надоело!», – подумал Мишарев и снова глубоко затянулся сигаретой.

Глава 1.avi: «Ты помнишь, как всё начиналось?»

Десантный бот стоял на краю огромной лесной поляны. Даже не поляна это была, а целое девственное поле, обрамлённое лесной чащей, в которой преобладали хорошо знакомые на Земле ели и сосны, только местами слегка разбавленные лиственными породами. Густая высокая трава устилала богатую почву, на которой никто никогда не сеял никаких культурных растений.

Если смотреть от крайней нижней опоры бота, казалось, что дальние предметы, находившиеся в поле зрения, периодически окутываются радужным туманным ореолом и искривляются, как отражения в плавно текущей воде, а небо вспыхивает разводами основным цветов спектра, полностью скрывая в такие моменты плывущие в вышине белоснежные кучевые облака. Это работала так называемая «невидимка», закрывавшая десант от постороннего глаза. На неподготовленного наблюдателя эти визуальные метаморфозы производили странное и неприятное впечатление, которое к тому же дополнялось мерзким звоном в ушах, негромким, но будто бы ввинчивающимся в самую сердцевину мозгов. К этому необходимо было привыкнуть.

Травяное поле тянулось почти на километр, где вдали гряда тёмно-зелёной чащи обрезала его как ножом. Когда цветные разводы «невидимки» гасли, то над зубцами елей, выделявшихся на общем фоне, голубело совершенно земное небо, однако никто из копошившихся сейчас у бота людей сделать такого сравнения не мог, поскольку на Земле никогда не был. Из всего экипажа исключение составлял один лейтенант, который вроде бы на Земле когда-то был, да и то он сейчас возился в рубке с боевыми системами наведения.

Капитан Колот Винов таких аллегорий тоже не выстраивал. Он стоял, прислонившись к посадочной опоре, и курил длинную зелёную сигарету, хотя устав строжайше запрещал курение при высадке десанта на вражеской территории даже при включённой «невидимке».

Мимо капитана взад-вперёд сновали десантники, рослые парни с Фермы. Некоторые здоровяки запросто вытаскивали на горбу ёмкости с напалмом, а в каждой было, наверное, по центнеру! То, что здоровые такие, было, конечно, хорошо, плохо было другое: все они являлись наёмниками, и потому доверия им не было никакого.

Капитан скосил глаза на десантников и послал смачный, зеленоватый плевок под ноги очередному солдату, спускавшемуся по наклонному пандусу. Фермянин поскользнулся в слюне, но устоял, балансируя с ящиком взрывчатки.

Капитан сплюнул ещё раз, теперь уже в сторону и попал на посадочную опору. Густая слюна начала медленно сползать по металлу, покрытому побежалостями от перепадов температур.

Мужичьё, деревенщина, подумал капитан. Надоело выгребать навоз быдлей из хлева, ионизировать молоко, да тискать толстых девок в стогах. (Ферма была аграрной планетой, и капитан знал, что все девки, а уж, тем более, бабы, там толстые, как обычно в таких случаях.)

Капитан разглядывал фермян с брезгливостью военного-профессионала. В наёмники подались, денег заработать, видите ли! Так-то, вроде, здоровяки, каких мало, а прижарит шкуру напалмом или кусок ягодицы срежет лазером – сразу нюни распустят. Он, капитан Колот Винов, с радостью променял бы сотни этих остолопов на дюжину своих в доску ребят с Попоя.

Променял бы, если бы не эта тварь, Профессор Хиггинс. Надо же, тоже, имечко: Профессор! Естественно, он никогда бы не доверил капитану боевой корабль с настоящими бойцами-попойцами. Боится, зная, что тогда бы ему самому не поздоровилось.

У капитана с Хиггинсом были старые счёты. Давным-давно он, как начальник контрразведки Президента Попоя выслеживал бандитов Хиггинса, замышлявшего государственный переворот. Либеральная власть бывшего Президента Нико довела ситуацию до того, что на планете Попой практически не было смертной казни. Нико был добрейший человек, но этим пользовалась любая сволочь. У капитана, предлагавшего раз и навсегда жёсткими мерами покончить с подпольщиками, были связаны руки. И чем же это кончилось…

Тем, чем и должно было кончиться. Прошло уже почти пять лет, как Профессор Хиггинс при поддержке своего пристебая Пигмалиона и молодчиков из банды Синей Бороды, именовавших себя многовиками (якобы, от того, что их было много, и они выражали интересы «многих») осуществил на Попое государственный переворот.

Вся семья Президента Нико и он сам были расстреляны, а трупы облиты кислотой и сброшены в старые урановые шахты. Капитан с верными людьми, несмотря на жёсткое излучение, хотел найти останки, чтобы предать их земле по совести, но никто не знал, где эти самые шахты. Кроме того, длительное пребывание в зоне сильнейшей радиации наверняка делало очень спорными в принципе результаты идентификации останков президентской семьи по структуре ДНК.

Теперь всё, всё на Попое совсем иначе. Профессор Хиггинс вроде как всенародно избран Пожизненным Президентом Попоя, а Пигмалион назначен таким же пожизненным Премьером (в данном случае «пожизненный» писалось уже с маленькой буквы). Сволочь и осёл Синяя Борода дорвался до своего – заполучил в полную наследную собственность бар «Старый Альтаирский Кишлак», или просто САК в просторечии, где в былые времена при прежней власти капитан любил посидеть за бокалом «Астероидного» или отдохнуть в номерах.

Хорошее, тихое было местечко. Из окошечек виднелись зелёные аллейки с жёлтенькими песчаными дорожками, утром мадам в номера завтрак подавала. Девочки не что-нибудь вам, а нормальные: две руки, две ноги, посередине, хм… гвоздик…

Интимнейшая, почти домашняя обстановка…

А сейчас эта тварь пристроила к бару вместо уютных номеров публичный дом в сотню этажей с посадочной площадкой для орбитальных челноков на крыше. Толчётся всякий сброд с половины галактики, проходимцы, быдло разное.

Шлюх доставляют тоже всех мастей: со щупальцами, с рогами, с хвостами, есть членистоногие, прости господи, кишечно-полостные и даже червеобразные. Словом – выбирай, клиент, подругу на ночь.

Сейчас, в который раз вспомнив об этом, капитан негромко выругался и передёрнул плечами.

Эта сволочь Хиггинс даже имена людям сменил. Фамилии всех жителей Попоя, которые содержали больше восьми букв, он приказал делить пополам. Первая половина – имя, вторая – фамилия. Поэтому теперь капитана звали Колот по фамилии Винов.

2
{"b":"7311","o":1}