ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Человеку с физико-математическим образованием можно было бы быть и посообразительнее. У тебя, Серёга, похоже, от страха рассудок отшибло.

– Да ладно, – немного обиженно сказал я. – Чего ты обзываешься?

– Ну, какую, какую почту? Электронную естественно. Для тех, кто сидит на той стороне. Сами мы к ним в гости придти не сможем, к сожалению: вот, уж, чего нет, того нет. – Он вздохнул. – Хотя, и тут, кажется, могут быть варианты.

– Как!? – почти подскочил я.

– Не беги впереди паровоза, Сперва нужно установить связь. Так вот, первое сообщение я отправил. Подождём ответа. Кстати, я именно поэтому с самого начало просил, чтобы в работу вокруг «воронки» было посвящено как можно меньше людей: зачем морочить местным голову? Ну, знает Монарх и Премьер, ещё пара лиц – и всё. Давай собирайся, мы сейчас вылетаем на место.

– Да нет вопросов, – с готовностью подпрыгнул я. – А какое хоть сообщение ты отправил?

– Это было довольно деликатное дело, сам понимаешь, – сказал Мишка. – Надо ведь так как-то было написать, чтобы за розыгрыш не приняли. Мало ли всяких идиотов сейчас по Сети лазают, верно? Я думал и написал довольно просто…

Он покопался в карманах, вытащил блокнотик и, открыв его на нужной странице, прочитал:

«Вас удивит то, что Вы можете прочесть, но не удивляйтесь. Особая просьба – не афишировать наш контакт и максимально ограничить круг посвящённых в ситуацию лиц (хотя бы пока). Тут нет никакого криминала, а причину такой просьбы Вы поймёте, когда мы начнём общаться более тесно.

Пока скажу следующее: если Вас интересует конструкция шлема-преобразователя, ответьте по адресу, который здесь указан. Очень желательно, чтобы Вы сообщили несколько слов о себе. Ждём ответа. Нам жизненно важен контакт с Вами».

Я пожал плечами:

– Немного расплывчато, а вот о шлеме-преобразователе, по-моему, зря. Кстати, неужели ты вот так, по памяти, можешь повторить свою конструкцию?

– Ну, во-первых, я мог бы вспомнить, если бы посидел некоторое время. А, во-вторых, я же в своё время взял, так сказать, с собой все свои материалы.

– Ага, – кивнул я, – но, всё-таки, стоит ли сообщать «туда» о шлеме?

– Видишь ли, надо адресата приучать к мысли о нашей реальности постепенно. Если сразу начать описывать то, что есть на самом деле, то мало кто поверит. Вот ты бы сам поверил бы, если бы получил е-мэйл, где писали бы, что к тебе обращается, фактически, программа из интернета? Уверен, что нет! А о шлеме – это затравка. Уверен, что именно поэтому людям захочется установить контакт. Они явно пощупали программу, поняли, что у них на руках интересная штука, и шлем будет совершенно реальной, а не виртуальной, осязаемой для них вещью.

Я развёл руками: Мишкину логику было трудно оспорить.

– Главное, чтобы это вообще сработало.

– Естественно, – кивнул Мишка, допивая пиво. – Вот и посмотрим. Давай-ка, трахнем ещё по рюмочке – и вперёд!

На Тухо-Бормо мы прилетели на рассвете. Вокруг зоны «торнадо» был установлен армейский кордон. Мы расположились в походном домике на краю зоны завалов, и Мишка показал мне прибор, который он соорудил для того, чтобы наблюдать возможные послания с «того» света.

По словам моего друга послания должны были появляться в районе воронке, но видеть их непосредственно мы не могли. Для этого требовался некий прибор, который уже и сконструировал Михаил. Фактически, это было программа, как и всё тут, но воспринимаемая нами в виде определённого устройства. Наш мир, как и любой другой, был дан нам «в ощущениях». Чем и являлся.

На гравилёте мы подлетели на безопасное расстояние к «воронке», и Миша направил на неё датчик прибора, напоминавший раструб старинного грамофона. На экране прибора появился фон, напоминавший мне пустой экран телевизора при отсутствии сигнала. Я сказал об этом Мишке. Он усмехнулся:

– Похоже, действительно. В какой-то степени, послания из реального мира, появляясь через вот эту созданную аномалию, являются для нас чем-то вроде радиоволн, которые можно улавливать и представлять в нужной кодировке. В принципе, у меня уже есть полное понимание, как нам сейчас наладить и визуальный контакт, если у людей там комп оборудован всем необходимым, но, сам понимаешь, будут же нестыковки с масштабом времени. Поэтому хотя бы так контакт наладить.

– А-а, хм, м-да… – кивнул я.

Мы посадили гравилёт на относительно ровную площадку и стали ждать.

Часы проходили, но экран оставался пустым. Иногда мне казалось, что там на мгновение или даже четь короче возникают какие-то слова или обрывки слов, но Мишка ответил, что это просто мусор, который через «глюк» прорывается к нам.

– Если придёт послание, адресованное конкретно нам, мы его увидим, – заверил но.

– Слушай, – спросил я Мишку, вспомнив про вопросы с энергией, – я всё забываю тебя спросить, как получается, что и здесь нам нужно экономить энергию? Почему ты не сделал так, чтобы тут, например, гравилёт летал бесконечно долго, а пистолет стрелял, и патроны бы не кончались?

Михаил пожал плечами:

– А что, нужно было бы так сделать? Я просто делал мир сходный по основным параметрам с нашим. Мне ведь нужно было задать причинно-следственные связи, а также основные мировые константы. Они просто такие же, вот и физика мира схожа с нашим.

– Но можно, значит, задать что-то вообще иное?

– А почему нет? – удивился Мишка. – Это же как лист бумаги: что нарисуешь, то и будет. Только для того, чтобы получить красивый и гармоничный рисунок, нужно умети хорошо рисовать. Иначе, получатся каракули, вот так вот.

Неожиданно запел сигнал вызова по правительственной связи. На голоэкране появился Премьер.

– Я ничего не понял, – довольно раздражённым тоном сказал д'Олонго. – Вы куда делись и чем вы занимаетесь? Почему не докладываете?

Мы с Мишкой переглянулись. Естественно, это была моя вина: Михаил занимался вопросом как бы по моему прямому поручению, хотя, естественно, я мог давать ему только какие-то чисто условные указания, поскольку ни черта не понимал в сути исследования. Улетев с ним ночью на Тухо-Бормо, я не поставил в известность ни Премьера, ни Монарха, оставив только записку Ноле и сообщение для секретаря в министерстве.

– Дело в том, господин Премьер, – сказал я, соблюдая официальность обращения, – что господин Советник ведёт работу чрезвычайной важности. Её необходимо держать в строжайшем секрете.

– Канал кодирован, – сказал Премьер, хмуря брови. – Я готов выслушать вас.

– Господин Премьер, – вступил в разговор Михаил, – я бы не стал так рассчитывать на кодировку канала связи. Возможно, уже сегодня к вечеру мы будем готовы представить вам кое-какие данные, если их получим.

Премьер немного нервно прошёлся по кабинету взад-вперёд и остановился, казалось, прямо напротив нас.

– Имейте в виду: Монарх просил информировать его лично о всех событиях. Как вы думаете, Советник, эти изменения на дальних звёздах как-то связаны с «торнадо»?

– Это пока не вполне ясно, – задумчиво ответил Мишка. – Мне не хотелось бы накаркать, но боюсь, что связаны. Хотя пока и не знаю, как. Пока одни предположения.

– Хорошо, что вы выяснили по «торнадо»?

– Я уже сказал, господин Премьер: лучше я доложу лично.

Д'Олонго задумался. Было видно, что он нервничает, но старается держаться как можно более уверенно и спокойно.

– Ладно, – сказал он, наконец, – я сейчас решу, как лучше провести заседание. Вас информируют, а пока – занимайтесь исследованиями. Чем больше материала вы соберёте, тем лучше. У меня пока всё.

– Зря он так открытым текстом начинает вести разговоры, – сказал Михаил, когда Премьер отключился. – Монарх хоть и считает, что Идента его поддерживает, но их шпионов везде полно. Нужно быть осторожнее.

– Да, Колот Винов слишком полагается на фон Анвара, – согласился я. – Я именно поэтому ещё и лично проверил всех солдат и офицеров подразделений, выделенных для кордона. В конце концов, от этого и наша безопасность зависит.

64
{"b":"7311","o":1}