ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Вчера же на вокзале Миша присмотрел вполне крепкого на вид бомжика довольно интеллигентного вида. Миша угостил его пивом, стараясь, правда, стоять с наветренной стороны, и договорился в общих чертах о сотрудничестве.

Маша тем временем сняла подходящую квартиру, и к вечеру они уже перевезли туда всё нужное оборудование. Сложнее всего оказалось с выделенной линией, но надбавка в триста долларов сильно ускорила работы.

Саша был всё-таки свойским парнем и пожертвовал на хозяйственные нужды операции все свои сбережения «на чёрный день» – пять тысяч сто долларов, с учётом того, разумеется, что всё с процентами будет компенсировано за счёт любезного Виктора Петровича. Чтобы Александру со Светланой спокойнее отдыхалось на солнечных пляжах у виртуальных морей, Миша заверил его, что постарается, чтобы компенсация была, самое маленькое десятикратная.

Миша посмотрел на часы. Было ещё довольно рано, без десяти семь, но они сюда не отдыхать приехали, и он, допив легкий утренний коктейль, пошёл будить Машу.

Они позавтракали и отправились на вокзал, вычислять давешнего гражданина без определённого места жительства. Семёныча, как представился им бомжик, они нашли на задворках шашлычной «Кура», где он отмачивал бутылки в железной бочке с водой и таскал вёдра с объедками.

Пока Миша, оставив Машу в машине, беседовал с Семёнычем, давая ему указания, где они встретятся через час, из подсобки вышел приземистый кучерявый шашлычник и уставился на Мишу. Несколько минут он смотрел, а потом подошёл и поинтересовался:

– Ты чэго Сэмёныча трогаешь?

– Самед, Самед, – лебезливо затараторил бомж, – всё в порядке! Люди просто просят помочь, работка для меня есть…

– Какой работка? – Самед не смотрел на Семёныча, а смотрел только на Мишу. – У него один сэгодня работка – здэсь работка! Никуда нэ пойдот…

Однако некоторая сумма отступных денег сделала духанщика более сговорчивым и даровала Семёнычу независимость. Миша, объяснив бомжу, как добраться до пункта специальной медицинской обработки бездомных, который он нашёл вчера по справочнику, поехал купить кое-какую одежду. Он мог, конечно, забрать Семёныча с собой, но совершенно не хотел сажать смердящего мужичка в чистый салон Сашкиной «восьмёрки». Кроме того, у бомжа кроме запаха, безусловно, могли быть и вши.

Приобретя на глаз недорогой китайский спортивный костюм, спортивные тапочки и кое-какое бельё, Миша и Маша подъехали к спецприёмнику. Семёныч был уже тут как тут.

– Не болтал, куда поедешь? – спросил Миша.

– Ни боже мой! – Семёныч замахал руками. – Вы же сказали, чтоб я молчал, как рыба.

– Это правильно, – констатировал Миша и пошёл решать вопрос с приведением Семёныча из бомжеского в божеский вид.

Естественно, чистить бомжа и проводить его медосмотр никто не разбежался, но щедрая «смазка» сделала своё дело, и уже через четверть часа Семёныч попал на санитарно-медицинский конвейер.

Мишу особенно удовлетворило, что по предварительному заключению у Семёныча не было туберкулёза.

– Волосики, конечно, сбрить придётся, – сказал пьяноватого вида то ли фельдшер, то ли врач, всматриваясь в Мишу с сосредоточенностью человека, которому с утра не хватило.

– Я понимаю, – кивнул тот, прикидывая, как Семёныч будут выглядеть, обритый наголо. – Валяйте, сбривайте. Мне главное, чтобы он был чист, как ангел.

– Он вам, извиняюсь, кто будет? – полюбопытствовал медик.

– Дядя, – вздохнул Миша, – единоутробный. Три года его искал.

– Хм, – молвил фельдшеро-врач и подозрительно посмотрел на Мишу. – Всем бы таких племянников.

– Ну, не всем так везёт, – усмехнулся Михаил. – И хорошо бы побыстрее всё сделать. Денег-то достаточно?

– Вполне, вполне, – заверил сотрудник спецприёмника, зажимая между пальцами дополнительный «стольник», и, наконец, ушёл заниматься своими прямыми обязанностями.

Чуть больше, чем через час пред Мишей и Машей предстал отмытый, обритый и благоухающий одеколоном среднего роста и средних лет мужчина с немного помятым, но весьма интеллигентным лицом. Если бы не лоснящаяся после бритья голова, он мог бы сойти за выскочившего на утреннюю пробежку доцента какого-нибудь института.

– Прохладно, – сказал Семёныч, немного виновато улыбаясь и поглаживая голую голову; его загорелое лицо резко контрастировало с белой кожей тем, где росли сбритые волосы.

– Ну, что ты хочешь – осень, – кивнул Миша. – Сейчас тебя ещё приоденем.

Он посмотрел на мешок в руке бомжа.

– А там что?

– Так ведь брахлишко моё…

– Выброси, – строго приказал Миша. – Оно тебе больше не понадобится.

– Понял, – покорно согласился Семёныч.

Миша завернул на расположенный неподалёку вещевой рынок и подобрал Семёнычу туфли, брюки, пиджак, свитерок, пару рубашек и осеннюю куртку. Взглянув в очередной раз на голую голову бомжа, он купил ещё и кепи. Кроме того, он взял ещё бритвенные принадлежности и несколько пар носков.

Семёныч, не веря чуду, таращился на свалившееся на него богатство. Он долго крепился, но, усевшись на заднем сидении, не выдержал и спросил:

– Ребята, а что, всё-таки, мне делать надо будет?

– Да ничего особенного, – ответил Миша, вставляя ключ в замок зажигания. – Сидеть на квартире, отвечать на телефонные звонки – я объясню, что отвечать. Будут люди приходить – задавать им вопросы – тоже скажу, какие. Записывать в тетрадочку… Писать-то ты умеешь?

– Обижаете, молодой человек, – с вдруг явно прорезавшейся сквозь собачью преданность обидой сказал бомж. – Сейчас я, конечно, так, никто, а был доцентом…

– Да ну?! – Миша даже поставил машину на «ручник» и повернулся к Семёнычу. – И где?

– В медицинском…

– В нашем?!

– Нет, не здесь, – Семёныч снял уже надетое кепи и почесал голую макушку. – В Омске.

Миша несколько секунд смотрели на бомжа. Было похоже, что Семёныч не врёт.

– М-да, – сказал Миша и посмотрел на молча слушавшую разговор Машу. – И как же получилось?…

– Да, что там! – махнул рукой Семёныч. – Что получилось, то и получилось, уже не вернёшь ничего. – Он вздохнул и помолчал: – И никого. Вряд ли интересно мои воспоминания слушать. Вы мне вот чего, ребята, скажите: вы серьёзное что-то задумали?

– Вас как зовут? – спросила Маша.

Бомж посмотрел на неё и снова вздохнул:

– Я же уже говорил: Семёнычем.

– Нет, а полностью?

– Если полностью, то Павел Семёнович.

Маша обменялась взглядами с Мишей.

– Вот что, Павел Семёнович, – сказал Миша, переходя на «вы», – с чего вы взяли, что мы задумали что-то серьёзное?

– Так ведь кто станет столько тратить на бомжа? – ещё раз вздохнул бывший доцент. – Вы мне только скажите, вы меня потом шлёпните? Да нет, мне уже всё равно, жизни-то у меня и так нет…

– Да зачем нам вас шлёпать?! – возмутился Миша. – Когда закончим – получите обещанные деньги, как я уже говорил, и расстанемся. Одежду всю оставите себе, и не болтайте ерунду больше!

Они привезли Павла Семёновича на снятую квартиру и показали, где ему можно находиться и что можно делать.

– Никуда не выходите, никого не приводите. Сюда, – Саша указал на дверь во вторую комнату, где было установлено оборудование для перемещения в виртуальный мир, – уж, пожалуйста, не пытайтесь заходить. Хотя она, правда, заперта, но, тем не менее – предупреждаю.

Проинструктировав бывшего доцента, они оставили его набираться сил к завтрашней работе и поехали проведать Калабанова.

Миша рассчитывал слепить перед депутатом-бандитом небольшого «горбатого» и, кося «под дурачка», объявиться с малозначимой туманной информацией. Кроме того, между прочим, для затравки он хотел показать ему Машу, а, точнее, Свету, чтобы потом, ссылаться по легенде на неё, как на подругу мифической обладательницы чертежей преобразователя.

Однако их ждало разочарование: Калабанов находился в командировке в области в составе какой-то депутатской группы. С ним же, как доверенное лицо депутата, пребывал и Николай. Вернуться они должны были только через два дня.

86
{"b":"7311","o":1}