ЛитМир - Электронная Библиотека

— Просто невероятно, как они сумели так быстро научиться создавать технические устройства? — сказал он Монре.

— Терп наверняка что-то сделал с их разумом, — предположила Монра. — Возможно, он заложил какие-то знания на уровне подкорки, и теперь эта информация постепенно проявляется.

— Зачем ему это потребовалось?

— Терп — великий экспериментатор, наука для него — самое важное в жизни. Поэтому с ним было очень трудно: он все время что-то искал, ему не сиделось на месте. Этр часто надоедало…

— Тебя раздражает научный поиск? — удивился Лис. Тебя, происходящую из цивилизации, создавшей искусственные вселенные? У вас что, все так думают?

— Все не все, но из тех, что остались, — подавляющее большинство. Видишь ли, ясно, что наша цивилизация перестала существовать, на эту тему, как ты уже заметил, очень любил рассуждать Эльот, мир его праху! Мы, или то, что от нас осталось, — народ индивидуалистов: мы не живем совместно, у каждого свой мир или миры, и большинство за то, чтобы поддерживать этот статус-кво. — Не переставая нажимать на рычаг, Монра продолжала: — Как ты уже слышал от Эльота, у нас были стычки за право владения тем или иным миром, но потом они прекратились. До меня доходили слухи, что некоторые вынашивают планы захвата миров и сейчас, но никто не решается начать войну. Большинство предпочитает наслаждаться жизнью в тех мирах, которые им достались. Но я также слышала, что кое-кто из наших болтается неизвестно где, даже рискует проникать на Землю. Например, туда уже давно наведывается Терп. Возможно, кто-то из таких путешественников и посетил тебя, пытаясь завладеть полукругом.

— Подожди, — удивился Лис, — как я помню, Эльот говорил, что есть много вообще не занятых вселенных. Почему те, кто, как ты говоришь, вынашивает планы захвата, н заберут такие миры себе?

Монра засмеялась:

— Натура! У соседа все всегда лучше, это во-первых А во-вторых, большинство из незанятых миров —это та» называемые экспериментальные, или «недоделанные» миры. Ну, что-то вроде заброшенных полигонов для испытаний и тому подобное. Они считаются не очень приспособленными для жизни, их еще надо благоустраивать «под себя», а для этого нужна соответствующая аппаратура и машины, которые есть не везде и не у всех. Куда проще заполучить нечто готовое. Поэтому все в своих мирах имеют системы защиты от непрошеных гостей. Тебе сильно повезло, что Терп где-то задержался, судя по всему, а системы слежения в его Дворце были отключены или настроены на конкретных потенциальных врагов.

— Это до меня давно дошло, — пробормотал Лис. Вот что я не понимаю, так это то, как ваши, так сказать, соотечественники путешествуют между мирами. Для это надо иметь технические средства или знать, где расположен точки перехода.

— Я тоже до конца не знаю, — сказала Монра. — Может быть, у кого-то есть Ключи, хотя их, как ты уже слышал, единицы. Я, например, видела Ключ только один раз. Кто-то, наверное, знает о точках перехода, никому более не известных. Кстати, наличие секретных или почти всеми забытых точек перехода и мобильных кругов — ты с ними хорошо знаком — как раз дает возможность путешествовать так, что о тебе мало кто может узнать.

— Но как это остается незамеченным в течение тысяч лет?!

— Так ведь путешествует не огромная масса людей, а некое очень малое количество: ты же слышал, что попасть, например, на Землю мало желающих. А во-вторых, какие-то сведения, наверное, все равно становятся известны, но повторяю: это же не массовые миграции. Ты что, считаешь, что те немногие из Творцов, которые рискуют выбираться на Землю, снуют у всех на виду туда-сюда? Нет конечно! Вот мы с Терпом лет сто назад, когда уже не жили вместе, выбирались на Землю. Он тогда связался со мной и пригласил. Может быть, хотел восстановить наши отношения, не знаю. Сказал, что мне полезно бывать иногда на Земле. Тогда, кстати, с нами отправился и Эльот. Так вот, Терп заверил нас, что у него отработана безопасная схема. И действительно, все прошло спокойно или почти спокойно, а мы были там несколько лет. Правда, конечно, инкогнито, под видом обычных землян. Но Терп и тогда умудрился почти ничего нам не рассказать и не открыть никаких кодов.

— Понимаю, — кивнул Лис, — но что мешает найти эти точки перехода в течение стольких лет тем же шаровикам, и тоже случайно? Или завладеть Ключом, если, как вы считаете, они сидят на Земле уже не одну тысячу лет? Времени у них было достаточно.

— Хм, найти заброшенные точки перехода непросто, если, конечно, нет соответствующей аппаратуры. Наткнуться можно только случайно — как, скажем, наткнулся ты. Да у тебя случай вообще уникальный! А тот, кто знает, не станет рассказывать кому-то просто так, все будет хранить в тайне. Это ведь своего рода наслаждение — знать такое, что никто, кроме тебя, не знает, и иногда щекотать нервы, пользуясь этим.

— Тогда, в подвале у Тарлана, вы сказали, что Земля — Запретный мир. Я не понял, у вас что, каралось посещение Земли? Тогда почему туда рискуют соваться?

— Ты не понял, — улыбнулась Монра. — Ну подумай, кто у нас сейчас может кого-то карать? У нас нет судов или чего-то в этом роде. С момента, когда наше общество распалось на индивидуумов, владеющих собственными мирами, у нас исчезли все общественные институты, способные влиять на независимую личность. Определенный страх перед миром Земли остался скорее как традиция, которую большинство просто чтит, так сказать.

— Мне, наверное, это трудно понять и представить — я слишком долго прожил на Земле совсем в других условиях, да и тут, в мире Терпа, в этом вопросе многое сходно с Землей: существует человеческое сообщество с тесными, устоявшимися связями. Если бы я вдруг остался на Земле, мне было бы интересно даже написать что-то вроде трактата о возможности существования общества, подобного вашему, — общества, состоящего из отдельных личностей, никак между собой не связанных. Но сейчас не об этом. Скажи-ка мне, почему ты считаешь, что шаровикам за столько лет не мог представиться случай завладеть Ключом?

— Если кто-то и имел Ключ, он берег его как зеницу ока. Терп, например, свой только раз показывал мне: у нас все друг другу до конца не доверяют. Ключом каждый хотел бы завладеть, ведь ты понимаешь, что эта штука дает возможность открывать переходы между фазовыми пространствами, то есть нашими вселенными, во многих местах без дополнительных специальных устройств…

— Я, кстати, не понял, каков принцип действия Ключа, — перебил Лис, — хотя перекопал почти все в огромной библиотеке Терпа и в его Компьютере.

Монра снова рассмеялась:

— Если бы кто-то мог это понять! Ключ — загадка для любого из нас. После Большой войны с шаровиками Ключей осталось очень мало, а сколько было до нее — неизвестно. Устройство это, как я понимаю, генерирует некие резонансные частоты «поля пространства», позволяя открывать проходы в фазовых плоскостях, разделяющих наши искусственные миры.

— Ты все время говоришь об искусственных мирах. Получается, что естественных, так сказать, параллельных миров нет? Или они есть? Но тогда на что же настроен Ключ? Он работает на все миры или только на искусственные, созданные вами?

— Ты разве забыл, что рассказывал Эльот? У нас считали ваш мир именно таким естественным миром. Хотя, конечно, кто знает? Все известные параллельные вселенные были созданы искусственно, но есть и такие, которые, как я слышала, не создавались никем из наших. Хотя это тоже, возможно, просто забытые вселенные. Не встречала никого, кто бывал в такой вселенной. Единственное исключение — мир Земли.

— Таким образом, — подытожил Лис, — можно говорить о том, что существуют искусственные вселенные, то есть созданные кем-то из Творцов, и вселенные естественные, которые никто из вас не создавал, но которые никто и не видел?

— Я, во всяком случае, не видела Творца, который бы говорил мне, что посетил хоть одну такую вселенную, кроме вселенной Земли, — подтвердила Монра.

— Любопытная картина получается, — задумчиво сказал Лис, энергично двигая рычагом привода вверх-вниз. — Честно говоря, для меня она пока не совсем понятная.

72
{"b":"7313","o":1}