ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Убежище страсти
Пробужденные фурии
Жизнь без жира, или Ешь после шести! Как похудеть навсегда и не сойти с ума
Трансерфинг реальности. Ступень I: Пространство вариантов
Невеста напрокат, или Дарованная судьбой
Синдром Джека-потрошителя
Тайна Голубиной книги
Очарованная луной
Вы ничего не знаете о мужчинах
A
A

– Камень и Море! – усмехнулся ему вслед Красавчик. – Какие мелочи! И что мне за нужда в целом дне?

Сердито уставясь в ничто, Ковенант ускорил шаг.

Но едва он успел добраться до ведущего на ют трапа, как его догнала Линден. Догнала и схватила за руку с таким видом, будто между ними что-то произошло. Глаза ее были влажны, а нарочитая серьезность во взоре не имела ничего общего с прежней суровостью. Нежные губы – те самые, которые он целовал с такой страстью, – изогнулись, словно скрывали невысказанную просьбу.

Однако Ковенант не мог простить себя, и, почувствовав это, Линден отпустила его руку. Она подалась назад и заговорила так, словно не могла подобрать нужные слова:

– Ты по-прежнему удивляешь меня. Никогда не угадаешь, чего от тебя ждать. Всякий раз, когда ты отдаляешься так, что кажется, до тебя уже и не доберешься, ты вытворяешь что-нибудь в таком роде. Вроде того, что было сделано тобой для Сандера и Холлиан...

Неожиданно – видимо, почувствовав, что говорит не то, – Линден умолкла. Ковенант едва не взвыл от отчаяния – сила и искренность ее порыва причиняла ему боль. Он уже успел извратить все, на чем основывались их отношения. К тому же она была целительницей. И имела больше прав на кольцо, нежели он.

Отвращение к себе сделало Ковенанта грубым и бесцеремонным.

– Ты и вправду решила, что я надумал попусту разбрасываться силой? Вот, значит, какого ты обо мне мнения.

Линден вздрогнула, в глазах ее появились растерянность и обида.

– Нет! – протестующе воскликнула она – Ничего подобного. Я... я просто хотела привлечь твое внимание.

Она подняла глаза и встретилась с ним взглядом.

– Дело в том, что ты меня напугал. Если бы ты смог увидеть себя...

– Если бы я смог увидеть себя со стороны, – сердито проворчал он, подавляя желание заключить Линден в объятия, – меня бы стошнило. – С этими словами он устремился вверх по трапу. Прочь от нее. И лишь выскочив на продуваемый пронизывающим ветром ют, Ковенант замер на месте и в отчаянии заломил руки.

Сидя за завтраком на камбузе и пытаясь вобрать в себя как можно больше исходящего от плит тепла, Ковенант слышал доносившиеся с палубы отрывистые команды. Голоса принадлежали Севинхэнду и Яростному Шторму: он руководил расчисткой передней палубы, она – подготовкой к погребению погибших. Но через некоторое время к ним присоединился и голос Красавчика – ему вторили топот ног, грохот и скрип снастей. Собрав остаток мужества, Ковенант поднялся наверх – посмотреть, что же там происходит.

За ночь команда успела расчистить большую часть передней палубы, рассортировать и разложить обломки. Теперь Великаны готовились к починке сломанной фок-мачты. Красавчик склонился над огромным каменным чаном со смолой, но ухитрялся при этом следить за действиями матросов, скреплявших неповрежденный нок с обломанным концом мачты. Работали Великаны непривычно тихо – обычных шуток и прибауток не было и в помине. Слишком долго пребывали они во власти Гиблого Ветра, с момента встречи с Душегрызом не имели ни минуты отдыха, а теперь еще и их будущее стало хрупким и ломким, как окружавший корабль лед. Выдерживать подобное напряжение неопределенно долго не под силу даже Великанам.

До сих пор Ковенанту не приходилось видеть Красавчика за работой. С интересом – тем паче, что рад был любой возможности отвлечься – он наблюдал за тем, как супруг Первой заканчивает свои приготовления. Передав чан одному из своих помощников, он подцепил в петлю плиту крепь-камня, перекинул эту ношу через плечо и принялся медленно взбираться на торчащий из палубы обломок фок-мачты. Между тем Великаны поместили чан со смолой в сеть и с помощью шкива и ворота подняли его к обломанной верхушке, туда, куда поднялся и где закрепился с помощью пропущенной под мышками петли Красавчик. Снизу было отчетливо видно, как из его рта вырываются клубы пара.

Повенчанный-Со-Смолой без промедления принялся за дело. Зачерпывая из чана вар, он стал обмазывать им обломанную, зазубренную верхушку. Смола была липучей и вязкой, но Красавчик управлялся с густой массой на удивление ловко. Пальцами он втирал вар в каждую трещинку и разглаживал поверхность до тех пор, пока обломанная верхушка не стала ровной и плоской. Затем он отломил от плиты кусочек крепь-камня и погрузил его в смолу.

Почти в то же мгновение вар впитался в камень, ставший неотличимым от гранита мачты.

Удовлетворенно хмыкнув, Красавчик знаком велел опустить вниз чан со смолой и спустился сам.

Матросы принесли из трюма канаты и принялись поспешно крепить их к неповрежденной перекладине, а Красавчик полностью сосредоточил внимание на той части мачты, что упала на палубу. При падении она раскололась на несколько кусков, но один из них по длине равнялся всем остальным вместе взятым. С помощью смолы и крепь-камня Красавчик сделал оба конца этой, лучше всего сохранившейся, секции такими же ровными и плоскими, как и обломанную верхушку.

Ковенант не мог взять в толк, какой во всем этом смысл, а необходимость торопиться заставляла его нервничать. Через некоторое время он сообразил, что Яростного Шторма нигде не видно. Предав тела погибших морю, она покинула палубу – надо полагать, у нее были и другие дела. Желая тоже заняться делом, а заодно и согреться, Ковенант поплотнее закутался в одеяло и отправился на, поиски боцмана. Он нашел ее в ее собственных владениях – в лабиринте кладовых и каморок. На борту дромонда находилось поразительное количество древесины: она использовалась как топливо и как материал для мелкого ремонта в тех случаях, когда обстоятельства или сроки не позволяли использовать камень. Яростный Шторм с тремя помощниками работала в сравнительно просторном трюме, служившем плотницкой мастерской.

Мастерили они огромные сани. Двое саней с широкими полозьями. Сколочены сани были грубо, но добротно и, судя по виду, были достаточно велики и прочны, чтобы нести Великана.

Двое матросов сколачивали доски гвоздями, тогда как Яростный Шторм и еще одна Великанша взяли на себя работу потоньше – они вырезали полозья. С помощью ножей, напильников и тесаков они счищали кору с бревен толщиной с Ковенантову ляжку и придавали им форму, позволявшую легко скользить по снегу и льду. Кора и стружка густо устилали пол, воздух напитался запахом смолы, но до завершения работы было еще далеко.

На недоуменный вопрос Ковенанта Яростный Шторм пояснила: для того чтобы достичь Ревелстоуна, ему и его спутникам потребуется больше припасов, чем можно унести на спинах. К тому же сани позволят Великанам доставить Ковенанта и Линден к берегу с такой скоростью, которая людям, разумеется, не под силу.

И вновь, уже в который раз, Ковенант был пристыжен предупредительностью служивших ему людей. Сам он не осмеливался заглядывать в будущее дальше того момента, когда покинет борт «Звездой Геммы». Великаны же заботились о нем больше, чем о себе, больше, чем о своем корабле. Если бы другие не пеклись о нем так, его уже давно не было бы в живых.

На обратном пути он проходил мимо каюты капитана. Дверь была закрыта, но изнутри доносился голос Первой. Она убеждала Хоннинскрю остаться на дромонде.

Капитан молчал, но молчание его было более чем красноречивым. Пристыженный тем, что, пусть и невольно, подслушал чужой разговор, Ковенант ускорил шаг и вновь отправился на переднюю палубу – взглянуть, что удалось сделать Красавчику и Севинхэнду.

Солнце висело как раз над выбоиной, образовавшейся на месте грот-мачты, и замысел изуродованного Великана уже начинал обретать зримые очертания. Даже Ковенант догадался, каковы его намерения. Красавчик завершил работу над лежавшей на палубе длинной каменной балкой и вместе с Севинхэндом наблюдал за тем, как матросы, обмотав канатом, крепили к обломку сохранившуюся в целости массивную каменную рею. Ковенант недоверчиво прищурился:

– Неужто это будет держаться?

Красавчик пожал плечами – так, словно развести руками было уже свыше его сил. Голос Великана от усталости звучал сипло:

23
{"b":"7326","o":1}