ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Любовница без прошлого
Безбожно счастлив. Почему без религии нам жилось бы лучше
Гончие Лилит
Ненавижу эту сучку
Так держать!
Карильское проклятие. Возмездие
Сюрприз под медным тазом
Ключ от тёмной комнаты
Хранитель персиков
A
A

Она бросила взгляд на Сандера и продолжила:

– Не хочу, но придется. Эту историю рассказать необходимо. Когда мы, направляясь на север, проходили к востоку от Ревелстоуна, нам повстречался отряд харучаев. Восемьдесят бойцов были посланы своим народом, дабы посчитаться за кровопролитие, учиненное Верными. Услышав наш рассказ и поняв, что поднять Страну на сопротивление невозможно, они приняли решение: окружить Ревелстоун и не пропускать через образовавшийся кордон ни одного Всадника. Таким образом, они надеялись лишить Верных питающей Ядовитый Огонь крови – а мы бы тем временем дожидались твоего возвращения. Четверых они выделили на подкрепление нам – Дорриса и Фола, которых ты видишь, а также Берна и Трелла, сгинувших, как сгинул и Стилл. Ибо нас подвело наше невежество. Способность Верных овладевать умами была известна всем, ведь именно поэтому в прошлом харучаи угодили в ловушку. Однако никому из нас и в голову не могло прийти, сколь безмерно возросла эта сила в последнее время. Когда мы пересекали местность неподалеку от Ревелстоуна, Берн, Трелл и Стилл отправились на разведку: проверить, безопасна ли дорога. Мы находились всего в дневном переходе от Твердыни, но ни мы сами, ни Герн, ни Доррис, ни Фол не столкнулись ни с какой угрозой. Однако разведчики, оказавшись лишь ненамного ближе к цитадели Верных, попали в зону их влияния и были лишены воли и разума.

Герн, Доррис и Фол мигом почувствовали, что произошло, но они не могли пуститься на выручку, ибо тогда угодили бы под власть Верных и сами. Зато мы с Сандером могли, и мы... – Холлиан запнулась, но не позволила себе остановиться: – ...мы отправились в погоню и вступили в битву. Конечно, огонь крилла позволил на-Морэму узнать о нашем присутствии. Мы выдали себя – а может быть, и тебя. Но нас охватило отчаяние и ярость. Наверное, мы гнались бы за ними до самых ворот Ревелстоуна, но... – Женщина судорожно сглотнула. – ...Но тут мы узнали, что в ловушку попали не только Берн, Стилл и Трелл. Более двух десятков харучаев со всех сторон бездумно брели под нож, чтобы стать пищей для Ядовитого Огня. – Глаза ее наполнились слезами. – Это оказалось последней каплей. Мы поняли, что бессильны, и вынуждены были бежать. Ночью, – закончила она совсем тихо, – Гиббон на-Морэм дотянулся до нас и попытался овладеть белым камнем крилла. Но Сандер, любовь моя, сохранил свет в чистоте. – Голос ее посуровел. – И сдается мне, если на-Морэму вообще ведомо, что такое страх, – он устрашен, ибо Сандер заставил его поверить, что юр-Лорд уже вернулся.

Но Ковенант едва ли прислушивался к ее рассуждениям – он пытался разобраться в нахлынувшем с ее словами хаотичном потоке воспоминаний и видений. Харучаи, лишенные воли и разума, и другие, с безумной обреченностью пытавшиеся спасти товарищей. Мрачный восторг, сопутствовавший попыткам Гиббона овладеть криллом... Мысли Ковенанта кружили вокруг пагубных последствий его отказа сразиться с Верными. В Анделейне, когда он встретился с Умершими, Баннор сказал ему: «Вызволи моих сородичей, их нынешнее положение невыносимо». А он, Ковенант, ограничился тем, что освободил харучаев из Ревелстоуна. И при этом позволил Всадникам и на-Морэму продолжать свои злодеяния. А в результате питаемый кровью харучаев и несчастных жителей разоренных деревень Солнечный Яд усилился, и смена его фаз участилась до двух дней.

От размышлений его оторвало восклицание Линден, неожиданно вскочившей на ноги и бросившейся к Кайлу и Герну. Ковенант непроизвольно последовал за ней.

Линден поняла, что крылось за напряженным молчанием харучаев, но слишком поздно. С устрашающей внезапностью Герн нанес Кайлу удар, выбросивший его под дождь. За спиной Ковенанта повскакивали со своих мест Сандер, Холлиан и все Великаны. Опередившую Ковенанта на шаг Линден схватил и оттащил в сторону Фол, а в следующее мгновение Доррис оттолкнул и самого Ковенанта – впечатление было такое, словно тот налетел на стальной прут. Толчок вышиб из легких Ковенанта весь воздух, перед глазами его заплясали огоньки. Не упал он лишь благодаря тому, что его поддержала оказавшаяся позади Первая.

Кайл и Герн были едва видны за завесой дождя. Однако в грязи, где казалось невозможно обрести точку опоры, под ослепляющим ливнем они обменивались ударами с безумным неистовством и невероятной точностью.

– Прекратите! – негодующе воскликнула Линден. – Вы что, с ума посходили?

– Ты не права, – спокойно отозвался Доррис. Он и Фол преграждали путь к створу пещеры, дабы никто посторонний не вмешался в схватку. – Они делают то, что должно. Так принято.

Пока Ковенант силился набрать воздуха, Первая потребовала объяснений. Совершенно бесстрастно, даже не оглядываясь туда, где за пеленой дождя шел бой, харучай пояснил:

– Таким образом мы проверяем друг друга и разрешаем сомнения...

Похоже, Кайл оказался в невыгодном положении. Равновесие он удерживал и все удары Герна отражал с непостижимым – учитывая свирепый ливень – мастерством, однако все время находился в обороне.

– ...Кайл рассказал нам историю об ак-хару Кенаустине Судьбоносном. Он был спутником победителя, великого героя, и мы должны помериться с ним силами...

Неожиданно Герн отвлек внимание соперника ложным выпадом и молниеносной подсечкой сбил его с ног. Однако упавший харучай перекатился и мгновенно вновь оказался в боевой стойке.

– ...А еще Кайл говорил, что и он сам, и Бринн изменили своему, ими же избранному долгу, поддавшись соблазну водяных дев. Он утверждал, будто ни один харучай не устоял бы перед их чарами...

Искусство и сила Кайла и Герна были равны. Однако Герн, видевший, как теряют волю его соплеменники, наносил удары с неистовством самоотречения. Что же до Кайла, то он, не устоявший перед Танцующими-На-Волнах, научился оценивать себя. И помнил, что победа Бринна над хранителем Первого Дерева привела к гибели Троса-Морского Мечтателя. Герн обрушил на противника шквал стремительных ударов, и один из них достиг цели. Кайл упал лицом в грязь.

Кайл!

Невесть как ухитрившийся восстановить дыхание, Ковенант вывернулся из рук Первой. В мозгу его вспыхивал огонь – то белый, то черный попеременно. Языки пламени пробегали по правому предплечью, словно его плоть была трутом. В груди рождался неистовый крик, который должен был остановить харучаев.

Оглушить их.

Доррис тем временем невозмутимо продолжал:

– ...а, кроме того, мы желаем почтить память Хигрома и Кира. Почтить память тех, чью кровь пожрал Ядовитый Огонь.

Затем без всякого предупреждения он отвернулся от собеседников и со свойственной харучаям смертоносной грацией прыгнул туда, где сражались Герн и Кайл. Такой же прыжок совершил и Фол. Они напали вместе.

– Не надо! – закричал Сандер, схватив Ковенанта за руку в попытке унять разгорающееся пламя. – На-Морэм ощущает свечение крилла в моих руках. Подумай, сколь же явственно будет взывать к нему твоя сила?

– Мне все равно, – гневно проревел Ковенант. – Пусть он попробует остановить меня, и я... – но тут же осекся. Оказалось, что Фол с Доррисом вовсе не навалились на Кайла. Они сражались и с Герном и друг с другом. Уже вскочивший на ноги Кайл тоже ввязался в общую схватку. Все четверо отвешивали удары во всех направлениях.

– Хотят оплакать... – Разгоревшееся было пламя медленно угасало. – О, черт! – Ковенант махнул рукой. В конце концов, он не имел права вмешиваться в дела харучаев, ибо его собственная печаль была связана с насилием.

Линден следила за бойцами с тревогой, как врач опасаясь возможных травм и увечий. Сандер же, встретившись с Ковенантом взглядом, молча кивнул в знак понимания.

Схватка прекратилась так же неожиданно, как и началась. Покрытые синяками и ссадинами, харучаи вернулись в пещеру. Кайлу досталось больше, чем трем его соплеменникам, однако на его лице не было уныния, так же как и на их лицах – торжества.

– Мы сошлись на том, что я недостоин, – промолвил он, глядя прямо в глаза Ковенанту. Кровь сочилась из его разбитой губы, на скуле красовался багровый кровоподтек. – Я остаюсь с тобой, ибо этого хотел ак-хару Кенаустин Судьбоносный, но должен признать, что недостоин такой чести. Фол будет охранять Избранную... – Слегка поколебавшись, он добавил: – Прочие вопросы разрешить не удалось.

53
{"b":"7326","o":1}