ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
На самом деле я умная, но живу как дура!
Книга Пыли. Прекрасная дикарка
Икигай: японское искусство поиска счастья и смысла в повседневной жизни
Нелюдь
Я признаюсь
От сильных идей к великим делам. 21 мастер-класс
Аргонавт
Дом напротив
Мечник
A
A

Линден вздрогнула. Она не сделала ничего, чтобы заслужить прозвище, данное ей элохимами. И боялась даже размышлять о его подлинном значении. Неужто Холлиан думает, будто она, Линден, в состоянии воздействовать на Солнечный Яд?

Сандер метнулся к Холлиан, но тут же остановился и замер в нескольких шагах от нее.

– Мы смертны, – вымолвил он с дрожью в голосе, – и ты, и я. Соприкосновение с такой силой уничтожит нас, истребит саму нашу сущность.

Холлиан покачала головой.

– Боюсь, другого выхода нет. Ты ведь не хочешь пожертвовать жизнями юр-Лорда и Избранной – надеждой Страны! – лишь потому, что у нас недостало храбрости рискнуть собственными?

Он принялся увещевать ее, но Холлиан пылко возразила:

– Сандер, я не знаю предела своих возможностей. То, чего я хочу добиться, несоизмеримо с моим опытом. Но... – тут ее голос смягчился, – мне ведома твоя сила. В ней у меня нет сомнения. Тебе я отдала свое сердце, и я говорю тебе – это возможно. И должно быть сделано.

Из-за гребня по-прежнему доносились душераздирающие вопли, но ярость и интенсивность их пошли на убыль. И Линден чувствовала пробегавшую по орде рябь – юр-вайлы взывали к Силе. Шум уже приобретал некую упорядоченность, начиная походить на пение. Юр-вайлы собрались использовать свое учение против собственного творения.

– Адский огонь! – вскричал Ковенант. – О чем, вы тут толкуете? Мы должны что-то делать!

Холлиан посмотрела на него:

– Я говорила о возможности изменить Солнечный Яд... – Ковенант ошеломленно вытаращился. Она торопливо продолжила: – Речь, конечно, не о том, чтобы ослабить его силу или тлетворность. Но вот фазу сменить можно, подобно тому как, перекатив камень, можно направить ручей в другое русло.

Он решительно ничего не понимал.

– Завтра должно взойти солнце дождя, – терпеливо пояснила Холлиан. – Смена фаз Солнечного Яда учащается с ростом его силы, промежутки между солнцами укорачиваются. Я думаю, что мы могли бы попробовать ускорить приход завтрашнего солнца. Сделать так, чтобы дождь пошел сегодня.

Теперь мрачное предчувствие Линден обрело четкую форму, и она поняла страх Сандера. Для подобного действа требовалась невероятная сила, а Холлиан была беременна. Дважды уязвима. Приходилось рисковать двумя жизнями.

Но как бы Линден ни ужасалась, другого пути к спасению она не видела.

– Попытайтесь, – взмолился Ковенант. – Пожалуйста.

Просьба его была обращена к Сандеру.

Гравелинг молчал. Всем своим обликом он напоминал того угрюмого, отчаявшегося человека, который в подкаменье Мифиль сообщил Линден и Ковенанту, что он должен убить собственную мать. Имей Линден возможность предложить хоть что-то, будь у нее хоть сколько-нибудь разумное предложение, она закричала бы изо всей мочи: «Нет! Не делай этого!»

Но ей нечего было сказать. И она промолчала.

Тем временем к Сандеру вернулась обретенная им благодаря Ковенанту страстная решимость. Теперь он был другим человеком, тем, кто, пытаясь оберечь Неверящего, не устрашился Гиббона-Опустошителя.

– Мы сделаем это, – процедил он сквозь зубы. – Если такое вообще возможно, мы сделаем.

– Хвала Земле! – воскликнула Первая, вытаскивая меч. – В таком случае не мешкайте. А я тем временем сделаю что могу, дабы помочь отродью демондимов.

С этими словами она устремилась к гребню и исчезла в направлении, где сражался Вейн.

Гортанный рев юр-вайлов возвестил о том, что у них появился новый противник. Ритм заклинания сбился, и Линден почувствовала, что уже вздымавшийся вал Силы опал и раздробился.

Медленно и скованно Сандер уселся напротив Холлиан. Она улыбнулась, пытаясь приободрить его, но гравелинг нахмурился. Страх за любимую, написанный на его лице, боролся с суровой решимостью. Не прикасаясь друг к другу, Сандер и Холлиан сидели скрестив ноги, лицом к лицу. Ковенант подошел к Линден.

– Следи за ними, – прошептал он. – Ежели дело примет дурной оборот, мы должны будем остановить их. Следи внимательно. Я не вынесу, если... – Он пробормотал под нос ругательство. – Я не могу потерять их.

Линден молча кивнула. Грохот битвы отвлекал ее внимание от подкаменников. Стиснув зубы, она заставила себя сконцентрироваться на Сандере и Холлиан.

Сандер на миг склонил голову, а потом полез за пазуху и вытащил оттуда Солнечный Камень и обернутый тканью крилл. Оркрест он положил на землю между собой и Холлиан. На мертвой почве ничего не отражавший в своей прозрачной глубине камень выглядел словно провал в пространстве.

Достав лианар, Холлиан положила его поперек лодыжек и подняла руки ладонями к Сандеру. Она была эг-брендом, и направлять силу к цели предстояло именно ей.

Лицо Сандера искажал страх, руки его дрожали, но, тем не менее, он острием клинка сделал по разрезу на каждой ладони.

Запястья Холлиан мигом обагрились кровью, лицо ее побледнело от боли, но она не дрогнула, а повернула руки так, чтобы густые капли стекали прямо на оркрест. Когда поверхность камня сделалась красной, Холлиан взяла свою палочку.

Сандер выглядел так, словно едва сдерживал крик, но каким-то образом он заставлял даже отчаяние служить ему. Держась обеими руками за рукоять, он направил острие крилла себе в грудь. Точно так же держала лианар Холлиан.

Солнце висело почти точно над ними.

Откуда-то издалека до Линден донеслись ругательства Первой. Она ощутила исходившую от воительницы эманацию боли. Растерявшиеся было юр-вайлы вновь принялись собирать Силу, и вал ее вздымался все выше. Ритмично звучало их заклинание. Красавчик взревел и устремился за кряж, на выручку жене.

Гравелинг и эг-бренд подняли крилл и лианар – один амулет напротив другого.

Его руки слегка дрожали, ее – оставались тверды. Они соприкоснулись костяшками пальцев. Лианар находился как раз напротив самоцвета крилла, на линии между окровавленным оркрестом и солнцем. Когда из Солнечного Камня брызнул кроваво-красный луч, Линден показалось, что обжигающая сила пронзила ее насквозь. Огонь окружил руки гравелинга и эг-бренда, клинок и палочку, а затем устремился к сердцу солнца.

Сандер мучительно напрягся, губы его растянулись, обнажив зубы. Глаза Холлиан расширились, словно несоизмеримость предпринятой ею попытки с человеческой силой неожиданно устрашила ее. Но, ни она, ни гравелинг не отступили.

Онемелой рукой Ковенант ухватился за руку Линден, до боли впившись в нее тремя уцелевшими пальцами. Ей вспомнилось, как таким же манером, но совсем по иной причине, на Песчаной Стене ее схватил за руку Кайл.

Линден казалось, что она слышит отвратительный хруст рассекаемой мечом Первой плоти. Ярость Вейна не ослабевала. Хриплое дыхание Красавчика слышалось даже сквозь вопли юр-вайлов. Но их Сила росла.

Обжигающий, стремившийся к солнцу луч нес в себе толику серебристого пламени. Сердцевина его была словно подернута серебряной нитью. Луч исходил из самоцвета крилла и вмещал в себя силу решимости Сандера.

Напряжение было столь велико, что Линден испугалась за гравелинга и подалась вперед, вознамерившись отозвать его. Но тут взялась за свое дело эг-бренд, и Линден замерла в изумлении.

В сердце самоцвета возникло голубое свечение. По мере того как оно усиливалось, подпитываясь решимостью Холлиан, по нервам Линден пробегало ощущение все нарастающей мощи. Отблески голубого огня окрашивали луч и уносились к солнцу. Сначала понемногу, капля за каплей, растворяясь в кроваво-красном луче, голубизна была почти незаметна, но Холлиан поддерживала лазурный огонь, и он разгорался быстрее, чем успевал истаять. И в конечном итоге к солнцу потянулась тоненькая, но непрерывная струйка мерцающего голубого света.

Но аура вокруг солнца не выказывала ни малейших признаков изменения. Подкаменники распевали ритуальную песнь. Напряжение их становилось все ощутимее, однако до окружающих не доносилось ни звука. Сила заклинания мгновенно поглощалась лучом. И ужасающе опаляла видение Линден. Что-то внутри нее без умолку твердило одно и то же: ...останови их, пока они себя не убили, останови их, останови ... Но она не могла. Она ничего не могла.

89
{"b":"7326","o":1}