ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Азазель
Мужчины с Марса, женщины с Венеры. Курс исполнения желаний. Даже если вы не верите в магию и волшебство
Как спасти или погубить компанию за один день. Технологии глубинной фасилитации для бизнеса
Два в одном. Оплошности судьбы
Странная привычка женщин – умирать
Ласковый ветер Босфора
45 татуировок менеджера. Правила российского руководителя
Идеальная няня
Нелюдь
Содержание  
A
A

Диос сказал: «Это нужно остановить». Что бы он там ни имел в виду, его слова не относились к бедам Термопайла. Шеф полиции Концерна не пожелал облегчать участь Энгуса и выводить его из-под контроля программы.

Будучи трусом, Энгус знал, что с ним может случиться. Он мрачно приблизился к интеркому и произнёс своё имя. Когда дверь скользнула в сторону, он понуро вошёл в комнату, словно ребёнок, ожидавший наказания за шалость. Майлс последовал за ним.

Минуту или две они смотрели друг друга, как заклятые враги. Затем, чтобы скрыть страх, Термопайл взял один из стульев, поставил его у стены и сел, опершись затылком о стену.

– Располагайся поудобнее и попытайся отдохнуть, – пробормотал он распухшим языком. – Нам придётся провести ночь на ногах, но на час покоя ты можешь рассчитывать.

Нику понадобится не меньше часа, хотя бы по той причине, что он захочет продемонстрировать свою мужскую удаль.

– Ты долго этого ждал.

Майлс уставился в пол, словно стыдился смотреть на Энгуса или что-то скрывал. Прикурив очередной ник, он подошёл к терминалу и нажал несколько клавиш – просто для того, чтобы убедиться в работоспособности компьютера. Затем он взял стул и с сердитым видом сел рядом с Энгусом.

– Ты что-то знаешь об этом деле, – тихо произнёс Тэвернер. – Знаешь, но не хочешь делиться со мной. Чего ты мне не рассказал? Что ты услышал от Диоса?

Похоже, Майлс помнил о видеокамере, хотя и не подавал виду. Во всяком случае, он не использовал командные коды Энгуса.

– Я многое не рассказал тебе из того, что знаю, – насмешливо ответил Термопайл.

Дешёвка! Раздавленный кусок дерьма!

– Мне и самому неизвестно многое из того, что я знаю. Поэтому я не могу делиться этой информацией с тобой – даже если бы захотел совершить такую глупость.

– Дай-ка я догадаюсь, – сделав вид, что не заметил насмешки, промурлыкал Майлс – Сказочка о том, что мы должны разрушить верфи «Купюры», – это просто трюк Лебуола. Реальная причина во мне. И в Морн Хайленд. Звучит не очень правдоподобно, но у нас с ней много общего. Она летала на Станцию Всех Свобод. К амнионам.

Опасаясь видеокамеры, Энгус хрипло ответил:

– Твоя догадка неверна. Ты просто испугался и не знаешь, что теперь делать.

– Я знаю, что мне делать! – крикнул Майлс. – А ну-ка открой рот!

И хотя ник был выкурен лишь наполовину, он затушил его о язык Энгуса. Пока тот жевал остатки табака и пепла, а затем с жалобным видом глотал их, Майлс прикурил новый ник.

– Моя голова в петле, и я не позволю тебе или кому-то ещё затягивать верёвку! – продолжал он выкрикивать. – Возможно, ты действительно не можешь рассказать мне о том, что тебе известно. И, скорее всего, тебе известно очень мало. Я это понимаю. Ты просто случайная жертва обстоятельств. В каком-то смысле ты ещё больше в дерьме, чем я. Но людям всегда нужны те, кому хуже, чем им.

Он ехидно посмотрел на Энгуса:

– Или те, чью жизнь мы можем сделать хуже, чем наша.

Энгус промолчал. В этот момент он охотно продал бы душу за возможность поблевать.

Майлс тоже молчал, о чём-то размышляя. Он сидел, покачиваясь на стуле. И только злость, с которой Тэвернер курил ник за ником, свидетельствовала о его внутреннем возбуждении.

Почти час, пока они ожидали вести от Саккорсо, Майлс заставлял Термопайла поедать его окурки. Сохраняя пол комнаты чистым и используя рот компаньона в качестве пепельницы, он получал злорадное удовольствие, словно избавлялся от грязи своей души, а точнее – марал ею Энгуса.

Ник

Она ему не нравилась. Красивая женщина, напившаяся почти до беспамятства. Всё могло бы сложиться по-другому, если бы эта радость Круиза в течение последних лет не мариновала свои мозги в спиртных напитках. Она могла бы стать достойной его усилий. Впрочем, алкоголь не нанёс её телу вреда – пока не нанёс. Это ясно демонстрировала её скудная одежда. Грудь была полной и тугой, линии бёдер – безупречными. Но мутные глаза и вялые губы свидетельствовали о том, что сё больше клонило ко сну, чем к сексуальной близости с мужчиной.

В том, что он делал, было некое забавное качество. Ник размышлял над этим, утешая обиженную проститутку, пока та жаловалась на «урода», который «оцарапал» ей шею. Женщины… Почему во всех его делах возникали женщины? Куда бы Ник ни прилетал и чем бы ни занимался, они всегда служили ему средством достижения целей – и причиной того, что эти цели, когда он добивался их, оказывались ничтожными.

Женщина, сидевшая рядом с ним, была настолько пьяна, что её совершенно не волновало то, что творилось вокруг. Её бессмысленный взгляд не оставлял сомнений в том, что результат, который Ник получит от общения с ней, окажется таким же пустяковым, как и все другие. Но он не останавливался. Вероятно, он просто не мог остановиться. Им управляли высшие силы, не признававшие никаких колебаний. Одной рукой он массировал её шею, а другой поглаживал сладкую ложбинку на груди. Его губы шептали ей на ухо нежные утешения. Даже если бы умом Ник решил отказаться от неё, не желая впутываться в планы Энгуса и предательство Майлса, его тело осталось бы здесь. Он знал, что будет поддерживать огонь, тлеющий в душе этой женщины, до тех пор, пока её страсть не выйдет из-под контроля.

Майлс снова подверг его опасности. Реальной опасности! Все предыдущие сделки с ним не давали Нику никакого повода доверять бывшему чиновнику службы безопасности Рудной станции. И Энгус тоже был воплощением предательства – причём такого злобного, что его обман порой приобретал метафизические свойства.

С другой стороны, эти ничтожества нуждались в нём. Судя по тому, что они прилетели сюда на украденном полицейском корабле, положение их было весьма ненадёжным. Кроме того, план Энгуса имел определённые достоинства, и Ник признавал это с профессиональной беспристрастностью.

Термопайл оставил без объяснения много интересных подробностей – например, то, как он собирался похитить Дэйвиса. Но рациональность замысла была безупречной. Нику не нравилось получать приказы от Энгуса, однако он восхищался его манерой мыслить. Иногда он сожалел, что не может сам придумывать такие виртуозные планы.

Хотя, наверное, не всё потеряно. У него возникали неплохие идеи, и он по-прежнему имел кое-какие возможности. И даже при этой ущербности, при этом отсутствии полноты, он не потерял своей власти над женщинами. Его очередная жертва могла бы пренебречь сексуальными домогательствами и предложениями обычных завсегдатаев Круиза. Но, проведя в компании Ника несколько минут, ощутив жар и нежность его прикосновений, она уже не сводила с Саккорсо осоловевших глаз, взглядом умоляя его овладеть её телом. А он продлевал эту томную муку, откладывая следующий шаг. Он шептал ей бессмысленные фразы о красоте её лица и внезапно вспыхнувшей любви. Его пальцы блуждали под её одеждой, лаская то малое, что она скрывала. Усмешка стала резче. Ник мог сокрушить любую оборону, но женщина и без того уже была готова отдаться ему. Наконец, не в силах сдерживать страсть, она прошептала сиплым и пьяным голосом:

– Уведи меня куда-нибудь.

Он алчно – а про себя презрительно – ответил:

– Я ждал, когда ты об этом попросишь.

Ник помог ей подняться на ноги. Теряя равновесие, она прижалась к нему и обвила руками его шею. Саккорсо вывел спутницу из бара и направился к стойке администратора.

Комнаты в «Дёшево и сердито» по меркам Круиза считались действительно недорогими, тем не менее право использовать шестьсот двадцать первый номер нанесло его скудным сбережениям ощутимую потерю. Однако Ник не огорчался. Если бы он строил свою жизнь исходя из количества денег, то давно называл бы себя неудачником, а он терпеть не мог это слово. Никто, кроме Сорас Чатлейн, не называл его так, и Саккорсо собирался проучить её за это.

Поднимаясь в лифте на шестой уровень, он продолжал строить планы. Пьяная проститутка тёрлась носом о шею Ника и ласкала рукой его пах. Но мысли Саккорсо были далеки от неё. После стольких раздражающих воображение образов – Энгуса, Майлса, Морн – он вернулся к человеку, который действительно интересовал его. К Сорас Чатлейн.

49
{"b":"7329","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Эланус
Гости «Дома на холме»
Ловушка для тигра
Иллюзия греха
Мифы о болезнях. Почему мы болеем?
1984
Невеста снежного короля
Король на горе
Мама на нуле. Путеводитель по родительскому выгоранию