ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Майлс был жутко напуган. От страха он даже забыл те ругательства, которые входили в его ограниченный запас.

Вход в амнионский сектор начинался с круглой двери в обычной бетонной стене. Но именно сюда его привела небольшая схема, которую он получил в приёмной зоне. Массивная дверь напоминала люк воздушного шлюза. Закрывшись за ним, она отрежет его от человеческой атмосферы верфей «Купюра».

Рядом с дверью находился интерком с клавиатурой Ещё раз вытерев ладони об одежду, он набрал свой идентификационный код и условный пароль для общения с амнионами в запретном пространстве. Тишина вокруг была такой, что он мог попробовать её на вкус.

Прошла минута, может быть, две. От головокружения подкашивались ноги. Майлс обессиленно привалился к стене.

Если бы Энгус и Ник пошли за ним, то давно бы уже догнали. Значит, они не пошли. Почему Билл позволил этому случиться? Он мог бы послать за ним охранников. Неужели ему не ясно, что это Энгус и Майлс забрали Дэйвиса? Ведь он записал их беседу в гостинице «Дёшево и сердито». Где же тогда охрана? Значит, Билл боится амнионов – боится не меньше Майлса.

Едва дыша, он ещё раз ввёл код и пароль. Интерком затрещал.

– Человек, нам требуется твоё имя для подтверждения идентичности.

Голос в крохотном динамике звучал бесстрастно и холодно.

– Майлс, – прохрипел Тэвернер.

Горло у него перехватило. Он судорожно сглотнул несколько раз и повторил своё имя. Снова на некоторое время воцарилась тишина. Затем, словно предрекая смерть, скрипучий голос произнёс:

– Майлс Тэвернер, войди в воздушный шлюз. Амнионы рады твоему визиту

Завыли сервоприводы Дверь открылась На пороге шлюза стоял мужчина, будто вышедший из самого страшного сна Майлса. Он был амнионом лишь наполовину. Один глаз и треть лица сохранили человеческий вид – так же как грудь, одна рука и нижние части ног. Но другой круглый глаз имел зеленовато-жёлтый цвет.

В безгубом рту виднелся частокол заострённых зубов. Его амнионскую руку и колени покрывала ржавчина. На коленях она лежала таким толстым слоем, что ему пришлось вырезать дыры на чёрном скафандре, – иначе он просто не мог бы ходить. В человеческой руке мужчина держал дыхательную маску.

– Добро пожаловать, Майлс Тэвернер.

Его голос звучал как скрип железной пружины.

– Для удобства вы можете называть меня Марком Вестабулем. Прошу вас, наденьте эту маску.

Он протянул её гостю. Майлс машинально отступил.

– Майлс Тэвернер, нам неясна причина вашего визита. Его скрипучий голос царапал нервы, как острые когти.

– Если хотите, то можете говорить со мной здесь. Но тогда наша беседа будет записана средствами наблюдения этого человеческого поселения.

Он был прав. Его слова имели смысл. Майлсу хотелось убежать, но он усилием воли подавил это желание. Если Билл запишет их разговор, то Энгусу, Нику и Дэйвису лучше покончить жизнь самоубийством. Хотя Билл убьёт их и без всякой записи. А вот внезапный уход Майлса мог разозлить амнионов – сильно разозлить. И он тогда потеряет свой последний шанс на спасение.

Тэвернер шагнул вперёд и взял дыхательную маску. Марк Вестабуль направился к внутренней двери шлюза. Надев маску, Майлс испытал очередной приступ головокружения. Он споткнулся на пороге, но устоял на ногах. В страхе схватившись за косяк, Тэвернер замер на месте. Он не мог заставить себя сделать ещё один шаг. Человеческий глаз Вестабуля заморгал. Казалось, он хотел подмигнуть, но забыл, как это делается.

– Майлс Тэвернер, вы напуганы? Почему вы боитесь? Вы вели себя нечестно с амнионами?

«Вёл себя нечестно? – хотел крикнуть Майлс. – А разве кто-то из вас вёл себя со мной честно?» Однако он не стал произносить таких слов. Это было вредно для жизни. Майлс смущённо возразил:

– Я всегда говорил вам правду.

Маска заглушала его голос.

– Не моя вина в том, что кое-что, что я считал правдой, вдруг превратилось в ложь.

Амнион задумался над его словами. Поморгав человеческим глазом, он глубокомысленно изрёк:

– Значит, вы узнали истину и решили рассказать о ней амнионам. Это похвально. Как я уже говорил, мы рады вашему визиту. Прошу вас, входите в шлюз.

Почти раздавленный страхом, Тэвернер переступил порог. Дверь закрылась, отрезав его от человеческого мира. Теперь ему не на что было надеяться.

Зеленовато-жёлтый свет, сканеры, дегазация. Насколько он знал, амнионы не были восприимчивы к человеческим микробам и паразитам. Тем не менее они не желали подвергать себя риску. Майлс тоже не хотел рисковать. Именно поэтому он и вёл переговоры с ними.

Пока ультрафиолетовый свет делал свою работу, Марк Вестабуль бесстрастно осматривал гостя. Через минуту внутренняя дверь шлюза открылась. Майлс вздрогнул, ожидая увидеть фалангу поджидавших амнионов. Но коридор за дверью был пуст. Вероятно, амнионы доверяли Вестабулю – особенно в контактах с людьми.

Судя по тому, как он двигался, его суставы были ржавыми не только снаружи, но и внутри. Махнув рукой, он велел Тэвернеру следовать за ним.

– Пожалуйста, идите за мной. Я проведу вас в комнату, где вы будете чувствовать себя в безопасности. Вы расскажете мне о своём предложении, изложите условия, и мы обсудим, как их можно будет удовлетворить.

«Безопасность? Здесь? Ты спятил, Марк».

Стараясь унять бешеное сердцебиение, Майлс поплёлся за амнионом.

Комната, о которой говорил Вестабуль, располагалась неподалёку. Это было хорошо – Тэвернер не вынес бы долгого пути. Недостаток кислорода и волнение подточили силы и изжевали его терпение до мелких лоскутков. Если бы он не опирался о странные стены из феромонного металла, то уже не раз упал бы.

Когда Вестабуль провёл его в комнату – такую же пустую и безликую, как коридор, – Майлс облегчённо вздохнул, увидев в ней кресла. По крайней мере он мог сесть. Более того, сняв эту дурацкую маску, он мог закурить. Не ожидая приглашения, Тэвернер устало опустился в ближайшее кресло и вытащил пачку ника.

Вестабуль недоуменно смотрел на Майлса, пока тот шарил по карманам в поисках зажигалки. Судя по выражению человеческой части лица амниона, он не понимал намерений Тэвернера.

Однако когда Майлс сдвинул маску и сунул ник в рот, Вестабуль торопливо сказал:

– Это опасно, Майлс Тэвернер. Конечно, искра вашей зажигалки – а это магний, не так ли? – будет небольшой. Но поток кислорода из дыхательной маски усилит её, и огонь опалит вашу кожу.

Секунду разум Майлса оставался пустым. Ему хотелось курить – ужасно хотелось. Только ник мог вернуть ему храбрость и уверенность в себе. Однако предупреждение Вестабуля заставило его представить вспышку огня, опаляющую глаза и лицо. Магний, раскалённый добела, пусть даже в крохотном количестве, мог повлечь за собой большие неприятности при соответствующих условиях.

Вздрогнув, Тэвернер сунул ник обратно в пачку, положил её и зажигалку в карман – и вдруг почувствовал благодарность к Вестабулю. Тот спас его от ожогов и слепоты. Наверное, амнионы ценили Майлса как информатора. Голова у него закружилась от облегчения и страха.

– Я никогда не посмел бы обманывать вас, – глухо произнёс он через пластик маски. – Можете не сомневаться. Всё, что я говорил вам, было правдой… насколько мне известно. Но так получилось, что другие люди обманули меня.

Марк Вестабуль подошёл к другому креслу и сел напротив Тэвернера. Его амнионские колени почти касались ног Майлса. К счастью, он не наклонился вперёд. Майлс не выдержал бы такой близости амниона.

Сложив ржавую корягу и человеческую руку на груди, Вестабуль доброжелательно предложил:

– Тогда давайте начнём со лжи и истин, которые привели вас к нам.

«Нет, – подумал Майлс, – лучше уж начать с перечисления того, что ты назвал „моими условиями". А какими они могут быть? Даже представить трудно. Защитите меня! Сохраните мою жизнь! Дайте мне покой!»

Всё это было слишком обобщённым и неясным, но страх мешал ему придумать что-нибудь другое. Он ничего не знал об амнионах. Как он мог просить их о защите, если ещё не видел реакцию Вестабуля на его «ложь и истины»? Тем не менее амнионы были уличной бандой – по сути, конечно, а не по названию. Значит, и действовать с ними следовало старым и проверенным способом.

84
{"b":"7329","o":1}