ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Энгус тоже ожидал предательства от Ника – но не здесь и не таким образом. Это могло произойти в амнионском секторе или на обратном пути, когда группа будет возвращаться на «Трубу» Больше всего Термопайл боялся не самого предательства Ника, а того, что инструкции программного ядра помешают ему поквитаться с Саккорсо.

Не выходя вместе с остальными из лифта, Энгус кивнул Дэйвису. Тот набрал на клавиатуре нужный код, и внутренняя дверь открылась. Тогда все быстро перешли в воздушный шлюз. Как только закрылась внутренняя дверь, завыли компрессоры. Они выкачивали воздух из шлюза, предотвращая тем самым его выхлоп в вакуум. Скафандр Энгуса раздулся. Его спутники при каждом движении взлетали к потолку. Им, казалось, не терпелось вырваться из камеры шлюза и затеряться в бездне звёздного ада.

Энгус задыхался от жары. Он понизил чувствительность внутришлемного микрофона, чтобы Ник и остальные не услышали его тяжёлого дыхания. Открытый космос и огромная бесконечность над головой ужасали Термопайла, однако зонные импланты не оставляли ему выбора. Прикусив нижнюю губу, он ждал, когда откроется внешний люк воздушного шлюза.

Когда сервоприводы «Трубы» откатили крышку люка в сторону, он быстро выглянул в открывшийся проем и убедился в своих предположениях насчёт предательства Ника. Охраны снаружи не наблюдалось. Весь район доков был омыт белым неоновым светом. Мощные прожектора и лампы на высоких столбах освещали стоянки кораблей, давая подлетающим судам визуальное подтверждение их траекторий. Выгравированный в иллюминации ландшафт казался обычным и одновременно странным. Бетон покрывал поверхность планетоида на многие километры вокруг – это было сделано для усиления внешнего слоя Малого Танатоса и для укрепления контрфорса верфей «Купюра».

В отличие от грузовых и ремонтных доков эта часть космопорта не щетинилась стрелами подъёмных кранов и сигнальных маяков. Здесь не было силовых установок, погрузочно-разгрузочных платформ и огромных воздушных шлюзов для товарных поездов и портовых каров. Главными отличительными чертами служили якорные стоянки и утробы шахт, окружённые связками захватов, патрубков и кабелей. В центре находились два огромных радиотелескопа, отвечавших за перехват сообщений в этом квадранте пространства. Рядом с ними виднелись антенны сканеров, похожие на высокие обгоревшие деревья. На всём протяжении космопорта в шахматном порядке располагались люки аварийных воздушных шлюзов и орудийные установки плазменных пушек, которые целились в чёрную пустоту, заменявшую небо. Сами по себе эти пушки выглядели массивными и опасными. Но на фоне бездонной тьмы, окружавшей Малый Танатос, они казались такими же крохотными и безобидными, как и старая космическая глыба, на которой они размещались. Контраст между неестественным человеческим светом и естественной нечеловеческой темнотой придавал ландшафту странный вид. Под куполом чёрного и бескрайнего пространства любой прожектор, независимо от интенсивности света, выглядел жалким и ничтожным огоньком. Чувства и разум настаивали на том, что миллионы тонн бетона и мегаватты электроэнергии, созданной термоядерным генератором, могли служить доказательством человеческого превосходства над природой. Но пустота вокруг была не согласна с этим. Вот почему Энгус считал скафандр такой же защитой, как корабли и станции. Костюм и шлем не только предохраняли его тело от вакуума, но и спасали разум от бездны безумия. Пустое пространство ужасало Термопайла – хотя и было единственной реальностью, которую он действительно понимал.

При таком освещении «Мечта капитана», находившаяся в сотне метров от «Трубы», была видна как на ладони. Когда Энгус взглянул в том направлении, корабль Ника начал отделяться от якорной стоянки. Оседлав сноп воздуха, бившего из лопнувших патрубков, и в короне искр от порванных силовых кабелей, судно медленно и плавно поднималось над доками.

Лит

Когда «Мечта капитана» вырвалась из якорных захватов и взлетела над планетоидом, Лит Коррегио, пристегнувшись ремнями к креслу командного пульта, управляла импульсным двигателем и сложной системой сопел.

В неё вливались новые силы: ускорения, толчков манёвренных двигателей и вращения внутренней сферы корабля. Они раскачивали её тело и вырывали друг у друга, вызывая приступы тошноты. Если бы не вращение сферы, она переносила бы старт гораздо легче. Но Лит намеренно пошла на такое неудобство, зная, что магнитное поле, создававшее центробежную силу притяжения, будет воспринято Башней, «Штилем», «Затишьем» и «Планёром». Оно придаст «Мечте капитана» более мирный вид. Космическое судно, решившее вступить в бой с другими кораблями, не стало бы стеснять себя вращением внутренней сферы.

Лит обращала внимание на каждую мелочь, стараясь не замечать воя ветра в её ушах. Пока это был мистраль настоятельной спешки, но он мог оказаться огромным черным вихрем, который грозил унести её к гибели. Отсутствие людей за инженерным и системным пультами выводило Лит из себя. Смена на мостике была неполной. Корабль остался без капитана, и ей приходилось возмещать потерю, связанную с секретами Ника.

– Башня завопила, – доложил Линд с пульта связи. Его голос был хриплым от страха и напряжения. Кадык бегал по горлу, как затравленный зверёк.

– Они нам не угрожают, но произносят какие-то оборванные фразы.

– Плюнь на них, – велела Лит. – Можешь вообще отключиться от Башни. У тебя и так хватает работы. Ты послал сообщение Ника на ближайший пост прослушивания?

– Кончай шутить, – ухмыляясь, вмешался Пэстил. – Что за юмор, мать твою так? Неужели Ник решил отправить сообщение на пост ПКРК? И что нам это даст? Когда оно дойдёт до копов, мы уже будем трупами.

Лит молчала, ожидая от Линда ответ. Тот сверился с данными на экране.

– Всё сделано. Сообщение по высокоточному лучу в те координаты, которые Ник использовал в прошлый раз.

– Тогда займись кораблями, – сказала она ему. – Меня интересуют «Трубы», «Планёр», «Штиль» и «Затишье». С одного из них нам пошлют особый сигнал.

Атмосфера на мостике казалась свинцовой от напряжения. К сожалению, очистители воздуха не могли рассеять это ощущение.

– Что конкретно мне ждать? – спросил Линд.

– Приоритетных кодов Ника. Старых кодов.

Лит набрала их на клавиатуре и переслала на монитор связиста.

– Как только засечёшь их, дай мне знать. Я должна отреагировать на приказ, который последует за ними.

– Но Ник не хотел…

– Отставить! – рявкнула она. – Ник дал мне точные распоряжения. И он не меняет своих решений. Если же ему захочется их изменить, то он воспользуется новыми кодами. Короче, когда ты услышишь старые коды, я хочу знать, на какие компьютеры будут ссылаться в приказах, отданных нам с другого корабля.

«Распространяй свою власть на все».

– Не трать время на разговоры! Сразу пересылай их сообщение ко мне.

– Я понял.

Склонившись над пультом, Линд начал вводить последовательность команд. Лит взглянула на хронометр. С каждой минутой вой ветра в её ушах усиливался.

– Мальда, статус оружия? – спросила она.

– Всё готово, – ответила старший стрелок. – Дай цель – и я разнесу её в клочья.

Переведя дыхание, Лит повернулась к пульту сканера:

– Кармель, твоя работа может сохранить нам жизнь. Наблюдай за этими кораблями и верфями «Купюра». Если кто-то начнёт наводить на нас прицел, мне необходимо твоё предупреждение. Так же как и в случае, если кто-то погонится за нами.

– Я послежу, – бесстрастно ответила Кармель.

Она даже не взглянула на Лит. Её внимание было приковано к мониторам пульта.

– Кстати, о предупреждении. С «Трубы» выходят люди. Я насчитала шесть… семь человек.

«Люди, – подумала Лит, и её сердце едва не подпрыгнуло к горлу. – Вышли из „Трубы". Но почему их так много? И был ли среди них Саккорсо?» Впрочем, эти вопросы никак не влияли на то, что она должна была сделать. Они ничего не меняли. Лит позволила ветру разорвать их в клочья и унести за горизонты настоящего момента. Стараясь подавить зачатки паники, она повернулась к помощнику штурмана:

99
{"b":"7329","o":1}