ЛитМир - Электронная Библиотека

– Очень мудро, – неожиданно отозвался Знаток Хэвелок, не отрывая взгляда от доски. В полной сосредоточенности он двинул две или три шашки короля на противоположную сторону доски; затем его дамка пропрыгала через них, и он жадно схватил побитые шашки. – Только перескоки – реальны. Можете спросить у любого философа. А все остальное… – он широко развел руками, – можно не принимать в расчет.

Териза поневоле улыбнулась, видя мягкую улыбку короля, обращенную к Хэвелоку. Способ, каким Знаток играл в шашки, ясно доказывал, что он не в своем уме; тем не менее она нашла трогательным доброе отношение короля к старому воплотителю. Глядя на них, она на мгновение позабыла, что разговор в комнате прежде всего касается ее самой.

Но Джерадин был слишком расстроен и недоволен, чтобы порадоваться хорошему настроению короля.

– Мой владыка король, все это не шутка. Королевство трещит по швам, весь Мордант ждет от вас хоть каких-то действий. – Его голос задрожал, но необходимость сказать это, казалось, избавила его от всяческих колебаний, сомнений и тревог. – Я не знаю, почему вы ничего не делаете, но Мастера в конце концов не выдержали бесконечного ожидания. Они… – он слегка приглушил голос. – Мы делаем все, что в наших силах, чтобы найти ответ. И мы нашли его. Мне кажется, что нашли. Леди Териза не тот Воин, которого мы ожидали, но, вероятно, это не имеет значения. Есть причина, почему она находится здесь вместо того, кого мы ожидали, и я не думаю, что это лишь чистая случайность. Я не скрытый Архивоплотитель. А зеркала не обладают собственным сознанием.

Наблюдая, как сменяются на лице пригодника различные чувства, Териза поняла, почему с ним так часто случаются всякие казусы. Он был слишком многими людьми одновременно – мальчишкой, мужчиной и всем вместе взятым – и эти его различные составные части редко уравновешивались. И это в нем показалось ей привлекательным. Но следующая мысль опечалила ее; сама она состояла не из очень большого количества частей, а из очень малого.

Король тоже смотрел на Джерадина, и в его морщинах, казалось, проглядывала похожая печаль. Но на лице его был интерес и нечто, напоминающее гордость.

– Такая убежденность достойна уважения, – заметил он. Дрожь в его голосе окрасила реплику в тона сомнения, притворства. – Ты говоришь о том, что видел, Джерадин. Расскажи мне, что ты видел и что придало тебе такую убежденность.

Джерадин помедлил в нерешительности, посмотрел на Теризу, словно верил, что она знает, что именно следует сказать; словно он чувствовал, что будет более убедительно, если слова доказательств будут исходить из ее уст. Но, естественно, она не имела ни малейшего представления, чего он от нее хочет. Через мгновение он снова глянул на короля Джойса.

– Мой владыка король, – сказал он, и его голос срывался от решимости и тревоги, – она – Мастер-воплотитель.

После этих слов король перевел свой водянистый, ничего не выражающий взгляд – взгляд, который мог означать как удивление, так и скуку, на Теризу.

Не обращая внимания на присутствующих, Хэвелок снял с доски все шашки и принялся расставлять их для новой партии.

– Я считаю, – тихо сказал Джерадин, – что ее сила изменила направленность воплощения, и потому я попал совсем в другое место.

Утверждение было настолько абсурдным, что прошло несколько секунд, прежде чем Териза поняла, что должна что-то ответить на это. Она покраснела под настойчивыми взглядами обоих мужчин.

Близкая к панике, она ответила:

– Нет. Нет, конечно же, нет. Это безумие. Я даже не знаю, о чем вы говорите.

Джерадин осторожно сказал:

– Я нашел ее в комнате, полностью увешанной зеркалами.

– И что? – Часть ее сознания была поражена – настолько это дикое предположение испугало ее. – У всех есть зеркала. И многие люди используют их для украшения. Это всего лишь стекло – с чем-то, нанесенным на обратную сторону, чтобы стекло могло отражать… Это совершенно ничего не значит.

В ответ на ее слова король пробормотал тихо, словно старался успокоить ее:

– Возможно, в вашем мире дела обстоят именно так. Но здесь все иначе.

Но Джерадин перебил его со всей страстью:

– И в каждом из зеркал воплотимым была она сама. Они в точности отражали и меня. И с ней ничего не случилось. Ничего не случилось и со мной. Я мог бы сейчас бредить. Или совершенно лишиться рассудка. Но со мной все в порядке. И с ней все в порядке.

Так вот, это были ее зеркала.

Изумление сковало челюсти Теризы. Она чувствовала, что совершенно не понимает, о чем идет речь. В каждом из зеркал воплотимым была она сама. А здесь все совсем иначе. В один момент все ее уловки, попытки ухватиться за самые обыденные вещи – простенькие факты, подтверждающие, что она действительно реальна, – начали трескаться и рассыпаться.

А король Джойс смотрел на нее с растущим интересом, отчего она чувствовала себя еще хуже.

– Это правда, миледи? – спросил он, словно Териза только что доказала, что она какое-то экзотическое насекомое. – История учит, что воплотитель однажды попытался создать плоское зеркало, которое в точности показывало то место, где он находится. Таким образом, он увидел в стекле себя – и в то же мгновение разум его помутился. Тело его осталось на прежнем месте, но внутреннее равновесие было нарушено, его дух улетучился. Он оказался потерян при воплощении. Как люди вашего мира избегают подобной участи?

Цепляясь за остатки здравого смысла, она пробормотала:

– Но это невозможно. Зеркала никому не могут причинить вреда. Они всего лишь показывают, как вы выглядите. Словно отражение в воде. Разве вы никогда не видели в воде свое отражение?

Оба мужчины странно посмотрели на нее. Мягким успокаивающим тоном король Джойс сказал:

– С самого детства нас приучают относиться к зеркалам враждебно. Поэтому мы стараемся не смотреть в них.

Внезапно Знаток Хэвелок ударил кулаком по доске с шашками, затем подхватил доску и подбросил ее в потолок.

Шашки как деревянный дождь, застучали по граниту потолка и бесшумно попадали на красно-голубой ковер.

Вскочив на ноги, старый воплотитель проревел:

– Кошмар и несчастье! – Его глаза опаляли яростным взглядом короля и Джерадина; багровые пятна появились на лице Знатока, а толстые губы зашевелились, словно мясистые черви. – Она – женщина! – Он сделал неприличный жест в ее сторону. – Неужели вы и все остальные умники из Гильдии воплотителей слепы? Она женщина, жен-жен-ЖЕН-щина. – Слюна потекла из его рта. – О мои чресла!

Не в состоянии решить, что же ей следует делать, Териза просто стояла и смотрела на него.

– Посмотрите на него! – мотая рукой, он ударил короля Джойса в грудь – удар, драматичный скорее по исполнению, чем по намерению. – И на него! – второй рукой он ткнул в Джерадина. Неловко, но быстро он нагнулся к полу, словно плохо сконструированная механическая игрушка, затем выпрямился – И на это! – Новый наклон. – И на это! – Каждый раз, когда он выпрямлялся, он показывал шашку в открытой ладони. – Все – мужчины! Все до одного!

Когда его ладонь наполнилась шашками, Знаток разжал ее, и они снова исчезли в ковре.

– Клянусь крикливым козлом Архивоплотителем! – закричал он так, словно трое людей, стоящих перед ним, заставляли его переживать смертельные муки. – Она – женщина!

Двигаясь со скоростью, чрезмерной для его неловких старческих конечностей, он доковылял-допрыгал до входной двери палаты, резко распахнул ее и с силой захлопнул, не выходя. А затем, несколько успокаиваясь, поднял с пола шахматную доску и установил ее на столике. Не обращая ни на кого внимания, он сел на стул и принялся изучать пустую доску, словно напряженная партия продолжалась.

Король Джойс деликатно вздохнул.

Джерадин сказал:

– Прошу прощения. – Но Териза не совсем понимала, почему ее сердце билось так сильно, словно она только что каким-то образом избежала чудовищной катастрофы.

15
{"b":"7335","o":1}