ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ничего страшного, мой мальчик, – ответил король с отсутствующим видом, похлопывая пригодника по плечу, словно тот был в ответе за это происшествие. На мгновение его взгляд стал стеклянным, словно он размышлял о чем-то, – или, может быть, он просто успокаивался. Затем он кивнул самому себе. Неизвестно почему улыбнувшись в сторону Теризы, он сказал: – Джерадин, мне пришло в голову, что довольно удивительно, что Гильдия отпустила леди Теризу с тобой. Она здесь благодаря воплощению – а некоторые из Мастеров, насколько я знаю, существа довольно ревнивые. И я подозреваю, что они предпочитают хранить то, чем занимаются, в секрете от меня. Тем не менее ты – здесь. Как ты можешь объяснить это?

Джерадин сделал попытку твердо посмотреть на короля, но его смущение было слишком очевидно.

– Ты сказал Мастерам, что, возможно, она и сама Мастер?

Пригодник шумно сглотнул:

– Нет.

– Ага, – сказал король спокойно. – Это-то все и объясняет. Естественно, они отпустили ее, считая всего лишь одной из твоих ошибок. Но почему ты не сказал им?

Румянец медленно залил лицо Джерадина. На его скулах вздулись желваки. Смущение его было столь сильным, что Териза ощутила желание расплакаться. Но он твердо сжимал челюсти и упрямо молчал.

– Мой мальчик, мне кажется, что ты поступил неразумно. – Рука короля крепче сжала плечо Джерадина, но выражение его лица оставалось ласковым. – Ты ведь старался – сколько же времени прошло? – десять лет старался стать воплотителем, членом Гильдии. Как же ты теперь можешь рассчитывать на успех, если рискуешь обманывать людей, которые превосходят тебя знанием, умением и положением?

– Мой владыка король. – Джерадин заставил себя посмотреть королю в глаза, чтобы тот увидел боль, светящуюся в его взгляде; но внезапно в них появилось достоинство. – Если бы я все рассказал им, они приказали бы мне хранить все это от вас в секрете. Тогда мне пришлось бы проявить открытое неповиновение – и мои надежды на мантию были бы утрачены навсегда. – В его голосе зазвучала подспудная горечь. – Я не могу подчиняться приказам, требующим обманывать короля Морданта. И в то же время не могу отказаться от мечты. Поэтому я вел себя так глупо. Они сочтут, что я не заметил ее зеркал – или не понял значения того, что видел.

В ответ точно такая же улыбка, как та, что очаровала Теризу, озарила лицо короля. На мгновение его возраст, слабость и неуверенность отступили, и он стал просто счастливым человеком.

– Спасибо тебе, Джерадин. Приятно видеть такую преданность, в особенности у сына моего старого друга Домне. Я постараюсь устроить все так, чтобы тебе не пришлось раскаяться в своем поступке. А сейчас… – он стал задумчив, – давайте порассуждаем, как нам лучше все устроить? Скажи мне, – он медленно опустился в кресло, стоящее напротив сидящего Хэвелока. Его мантия неуклюже свесилась на одну сторону, еще больше напоминая палатку. – Как Мастера реагировали на появление леди Теризы де Морган?

Успокоенный обещанием короля, Джерадин расслабился.

– Все просто. Вы и сами можете догадаться, что произошло. Все были до крайности изумлены, когда она появилась из зеркала. Мастер Гилбур пришел в ярость. Я уверен, он считает, что я преступный злоумышленник, а не… – он скривился, – не просто неудачник. А Мастер Эремис, гм, был доволен.

– В этом-то я не сомневался, – прокомментировал король. – Мастер Эремис, – пояснил он Теризе, – обладает чувством прекрасного, которое никогда его не покидает.

Джерадин кивнул и продолжил:

– Мастер Квилон воспринял ее появление точно так же, как и я, – в качестве доказательства, что вы правы относительно воплотимого. Но его никто не слушал.

Мастер Барсонаж возложил на меня ответственность за нее. Он приказал мне обращаться с ней со всем радушием, согласно законам вежливости Орисона. Но приказал не отвечать ни на один ее вопрос. И вот она оказалась здесь, вырванная из собственного мира, и единственное, что привела ее сюда моя просьба. Она оказалась в месте, которого не понимает, и мне приказано не давать ей никаких, даже самых простых, объяснений.

Териза почти не слушала его. Она размышляла: «Неужели он смотрит на меня так, смотрит, словно я действительно существую?» Это ощущение было совершенно новым и полным загадочной значимости. «Неужели ему кажется, что я красива? Неужели такое возможно?»

– Правда может оказаться и в том, – заметил коротко король, – что она сама Мастер-воплотитель и выбрала нас прежде, чем ты встретился с ней.

Джерадин возмутился:

– Так что это меняет? Разве я не говорил все это время, что она воплотитель? Она, тем не менее, достойна…

– Нет. – Тон короля был спокойным и решительным. – Ты делаешь выводы, ни на чем не основывая их.

Приказ Мастера Барсонажа имел под собой некоторые основания. Когда алендский монарх направил своего посла обсудить наши соглашения и выяснить мои намерения, он понимал, что происходит в его мире, и большую часть того, что происходит в нашем. Это подразумевалось само собой. Но, тем не менее, я не стал объяснять ему все, что знаю, думаю или во что верю, ни в политических целях, ни из вежливости. Я не приглашал его в тайные места Орисона и не пускал его в тайники души. Делать так было бы слишком опасно – несмотря на определенные преимущества. Не зная его секретов, я не мог предугадать или проконтролировать, как он воспользуется моими. И еще менее я предрасположен отвечать на вопросы, которые посол верховного короля Кадуола мог бы хотеть задать.

Те же самое справедливо и по отношению к леди Теризе, – король посмотрел на нее, – если вы простите меня за то, что мы беседуем о вас как о лице отсутствующем. – Вернувшись взглядом к Джерадину, он продолжил: – Если, как она утверждает, она пришла из мира, в котором зеркала ничего не значат, и этот мир не подозревает о нашем существовании, тогда лучше уж проявить неучтивость и отказаться отвечать на ее вопросы. Но в таком случае – заметь это, Джерадин, – было ошибкой вообще воплощать ее здесь. Я сейчас говорю не о моральной точке зрения, а о практической. Если она не воплотитель, то какую пользу она может нам принести?

Джерадин стоял неподвижно и молчал.

Знаток Хэвелок продолжал изучать пустую доску, не обращая внимания на то, что происходит вокруг.

– И наоборот, если она на самом деле воплотитель – Мастер зеркал, достаточно сильный, чтобы изменить проводимое тобой воплощение из нужного тебе воплотимого – тогда она находится здесь по причинам, которые ясны лишь ей, и о которых мы ничего не знаем. Она словно посол, которого следует в равной степени как уважать, так и опасаться.

Вы не считаете, миледи, – неожиданно обратился он к Теризе, – что я честно рассмотрел дилемму с обеих сторон?

Она уставилась на него, не в состоянии воспринять его логику. Пытаясь найти в происходящем какой-то смысл, она сначала согласилась с существованием магических зеркал, которые не отражают то, что находится перед ними, а вместо этого показывают альтернативные миры или реальности. Затем она начала испытывать серьезные подозрения, что ее собственные зеркала, зеркала, находящиеся в ее квартире, были такими же, давая ей, Теризе Морган, власть над реальностью и даже над разумом других людей. И все это превратилось в полную бессмыслицу прежде, чем она услышала странный вывод, который просил подтвердить король Джойс.

Она невольно повернулась к Джерадину. Он был единственной нитью, связующей ее с прошлой жизнью, с ее обычными фактами и ограниченностью. Вы ведь видели меня, хотела возразить она. Вы видели мою квартиру. Там не было ничего магического. И вы не потеряли разум. Ничего из сказанного не имеет со мной ничего общего.

Но пригодник не отрываясь смотрел на короля.

– Но если она настолько сильна, – медленно произнес он, – и является воплотителем более могущественным, чем мы можем себе представить, тогда с нашей стороны глупо рисковать, обижая ее. Мы не знаем ее целей – они могут быть для нас как благом, так и несчастьем. Но они наверняка обратятся во зло, если мы будем обращаться с ней плохо. Нам нужна ее дружба, а не ее гнев. Мы должны быть открытыми и искренними с ней.

16
{"b":"7335","o":1}