ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Тринити прикусила губу, досадуя на себя, потом подступила на шаг ближе к Джеку и решилась посмотреть ему прямо в глаза.

— Вы сожалеете, что приехали сюда?

— Нет, — негромко проговорил он. — Никоим образом.

— Мне пришло в голову, что я напугала вас своей вспышкой. А ведь я хотела этого меньше всего. Я так отчаянно нуждаюсь в том, чтобы вы остались, мистер Райерсон! Просто скажите, что я должна делать и как себя держать, и я вас послушаюсь. Даю слово.

Некоторое время он, видимо, тщательно обдумывал ее слова, потом положил руки ей на плечи; взгляд его казался твердым и успокаивающим.

— Я ошеломил вас сообщением о лазейке. И разумеется, было непростительной бестактностью распространяться о моей бывшей невесте. Не начать ли нам сначала?

— Я бы предпочла именно это.

— Держитесь со всей доступной вам прямотой. Потенциальные деловые партнеры всегда должны быть максимально искренними и откровенными друг с другом.

— Это верно, — согласилась Тринити, чувствуя, как спадает напряжение. — Я признательна вам, сэр, за ваше терпение.

— Теперь мы уже можем присоединиться к остальным?

— К остальным? О! — Тринити отшатнулась, вся вспыхнув. Пусть и на короткое время, но она совершенно забыла о существовании «остальных» и теперь до смерти боялась, что Джек это заметил. — Конечно, мы должны присоединиться к ним. Идемте.

— После вас.

Джек отступил в сторону, пропуская Тринити в дверь.

Все еще пылающая румянцем смущения, она проплыла мимо него с достоинством и с безразличным видом, потом подобрала юбки и поспешила выйти в холл — от греха подальше.

Глава 4

Джейни еще спала, уютно свернувшись клубочком, когда Тринити поднялась на крышу, овеянную теплом летнего дня.

Элена подала на стол разные вкусности, начиная с крохотных хрустящих пирожных и кончая слоеными лепешечками pan dulce [3], окрашенными в соответствии со старинным семейным рецептом в розовый цвет. Мэри и Луиза потягивали горячий шоколад, а Тринити и Джек наслаждались свежим, терпким лимонадом и переговаривались.

— Если верить Брэддоку, ваш отец был своего рода антикваром. Так ли это?

— Да. Он был принят на службу человеком по имени Дэриен Портер. — Тринити с удовлетворением отметила про себя, что Джек широко раскрыл глаза, услышав это имя. — Вы о нем слышали?

— Импортер сахара, я полагаю.

— Да, это его основное занятие, — подтвердила Тринити. — Но его страсть — коллекционирование редкостей и уникальных артефактов. Мистер Портер путешественник, так сказать, на свой лад, но большую часть времени предпочитает проводить в Париже и Лондоне. Отцу он платил за то, что тот разъезжал по всему свету в поисках драгоценных предметов для его коллекции.

— Восхитительно.

— Когда отец умер, я написала мистеру Портеру, попросив нанять меня вместо отца. Это его позабавило. И в особенности позабавило его жену, которая вступила со мной в переписку. Они, разумеется, посмеивались над моим предложением, но Эмелия Портер не оставила без внимания мой интерес к путешествиям и, в свою очередь, предложила мне должность ее личного секретаря. Они уговорили меня вернуться на восточное побережье. Оттуда я сопровождала их в Лондон и Париж.

— Впечатляющая возможность. И вы оставили эту должность ради спасения ранчо?

— На самом-то деле… — Тринити сделала паузу и неуверенно улыбнулась. — Я оставила эту должность еще за месяц до того, как убили дедушку. Я как раз была на пути в Калифорнию, когда получила известие о его смерти.

— А почему вы отказались от места? — спросила Луиза, явно потрясенная тем, что кто-то мог отказаться от столь восхитительной жизни.

— Лондон, Париж и другие города, которые посещали Портеры, замечательны и прекрасны, но меня тянуло в более экзотические места. В Багдад, Каир, Куско, Афины, Санкт-Петербург… Я собиралась попросить дедушку, чтобы он финансировал мои путешествия. Его рас ходы я возмещала бы из средств от продажи собранных мной редкостей.

— Восхитительно, — повторил Джек, и что-то в его тоне насторожило Тринити. Неодобрение? Или обида?

Луиза тоже это заметила.

— Джек плохо относится к тому, что и женщинам нравятся приключения. Он считает, что мы должны быть послушными и не фантазировать, а риск и приключения — удел мужчин.

Тринити пригляделась к выражению лица Джека, припомнив, как он говорил, что вовсе не хочет, чтобы его сестры и кузина были обречены на полное послушание и не более того.

Неудивительно, что в ответ на реплику Луизы он негромко произнес:

— Но разве не ради этого я привез вас с собой на ранчо? Не ради новых и сильных впечатлений и, конечно же, приключений?

— Это правда, — вмешалась в разговор Мэри. — Столько недель у нас были одни приключения! На пароходе и особенно в джунглях Панамы. А здесь много лошадей и такие просторы, по которым можно скакать верхом! Если бы Джек хотел, чтобы мы сидели смирно и больше ничего, он ни за что не взял бы нас сюда.

— Я согласна с тобой, — сказала Тринити. — Я все свои детские годы упрашивала отца взять меня с собой — хотя бы один раз! — в какую-нибудь необыкновенную и опасную страну, но он всегда отказывал мне и просил потерпеть. А потом было уже поздно. Мистера Райерсона стоит похвалить.

— Он привез нас сюда только потому, что боялся, как бы мы не сбежали, пока его нет дома, — заявила Луиза. — В прошлом году от него ушла невеста. А в прошлом месяце я вылезла из окна, чтобы встретиться с одним молодым человеком. Вот почему он привез нас. Хочет, чтобы мы были у него на глазах и не искали приключений.

— Каждый день, проведенный в твоем обществе, уже приключение, — сухо заверил Джек свою кузину.

С трудом сдерживая смех, Тринити обратилась к Мэри:

— А ты, дорогая? Ты тоже хочешь путешествий и приключений?

Девочка выпятила губы и, подумав, ответила:

— Я хотела бы читать книги. И я хочу выйти замуж и чтобы у меня было очень много детей. А вы не хотите выйти замуж и родить детей?

Взглянув на Джека, чтобы убедиться, что он не обижен и не смеется над ней про себя, Тринити сказала:

— Я не против замужества и не против детей, но я в твоем возрасте и даже раньше начала мечтать о путешествиях и хочу удовлетворить свое желание, прежде чем осесть на месте.

— Если вы хотите путешествовать на корабле, мы можем познакомить вас с Эрикой. Она наш любимый друг, и у них с мужем есть свой корабль, — предложила Мэри.

— Понятно.

— Довольно об Эрике, — вставил Джек. — Девочки, почему бы вам не подняться к себе и не отдохнуть до ужина? У мисс Стэндиш наверняка есть дела, а я собираюсь начать просмотр счетных книг ранчо.

— Не следует ли и вам отдохнуть, сэр? Вы проделали долгий путь, — посоветовала удивленная Тринити.

— Джек никогда не отдыхает, — снова встряла в разговор Луиза, нетерпеливо тряхнув головой. — Он только и делает, что работает. Читает книги и работает, работает, работает.

Джек протянул руку и взъерошил кузине волосы.

— Полагаю, мы уже установили, какой я глупый и скучный.

— Спасение этого ранчо — занятие отнюдь не скучное, — возразила Тринити и обратилась к девочкам:

— Мистер Райерсон будет настоящим героем, если найдет способ спасти «Сломанную шпору». И знаете почему?

Не только потому, что это мое наследство, но и потому, что это предотвратит совершение огромной несправедливости.

Мэри широко раскрыла голубые глаза:

— Какой несправедливости?

— На своем ранчо к югу от нашего живет бесчестный и злой человек. Его имя Уолтер Краун, и он всегда завидовал успеху моего дедушки. Изо всех сил старался причинить ему вред. Он даже привозил сюда зараженных коров и пускал больных животных в наши стада, чтобы распространить заразу. Потом он начал принуждать дедушку продать ему ранчо, а когда тот отказался, убил его.

— О Боже! — хором воскликнули девочки.

— Если мы потеряем «Шпору», значит, Краун победил. Но если мистер Райерсон найдет способ спасти ранчо, тогда Краун будет побежден. Вот почему, как я считаю, работа мистера Райерсона — далеко не простое дело.

вернуться

3

Сладкие хлебцы (исп.).

14
{"b":"7343","o":1}