ЛитМир - Электронная Библиотека

— Что-то стряслось? — спросила она.

— Право, не знаю, — услышала она расплывчатый ответ. — Мой новый муж — скрытный человек. Трудно понять, что у него на уме. Боюсь, как бы он не пришел к тебе и не начал расспрашивать о Саймоне, вернее, о ребенке, якобы погибшем при родах.

— Если он появится здесь, я расскажу ему ту же историю, что мы придумали для Мортимера. Но ответьте, что ему за нужда беспокоиться о мертвом младенце?

Николь стащила с себя грубый плащ, колкая материя которого раздражала ее нежную кожу, и бросила его на низкий табурет.

— По правде говоря, я сама все ужасно усложнила. Гленнит изогнула дугой бровь.

— И что же вы такое натворили?

Перед тем как поведать женщине о своих трудностях, Николь глубоко вздохнула.

— Когда Фокс известил меня о своем намерении взять приступом замок Марбо, я предупредила об этом Мортимера. Фокс сошелся с ним в поединке и убил его. Но все могло сложиться иначе. Узнав о моем предупреждении, Фокс, ясное дело, точит на меня зуб. Ведь из-за меня он мог потерять все.

— Бог мой, леди, зачем же понадобилось предупреждать Мортимера? Я-то думала, что его смерть вам только на руку.

— Из-за Саймона. Я опасалась, что в случае штурма крепости мальчик может пострадать.

— Но вы бы рассказали все де Кресси.

— Не могу! — Николь принялась мерить шагами комнату. — Могла ли я признаться мужчине, который пришел, чтобы завладеть мной и моими землями, что у меня есть сын? Ястреб, обнаруживший в своем гнезде яйцо кукушки, вышвырнет его вон. Саймон слишком уязвим и беззащитен. Я не могу рисковать его жизнью и здоровьем, уповая на великодушие и добрую волю какого-нибудь мужчины!

— Но ведь Саймон — его сын!

— Да, но он никогда не признает ребенка, который ничем на него не похож!

Гленнит сморщила лоб, пытаясь что-то сообразить.

— Вероятно, вы правы. Мужчины в подобных вопросах непредсказуемы. Конечно, если он злится на вас за предательство, то рассказывать ему сейчас о существовании Саймона не время. Но это, похоже, не все, что вас тревожит. Я чувствую, что вас гложет что-то еще.

Николь вспомнила и о другой причине, толкнувшей ее нанести визит колдунье. Всю дорогу в деревню она размышляла, взвешивая «за» и «против» своего решения просить Гленнит дать ей для Фокса приворотного снадобья. Она знала, что есть средства, способные возбудить в мужчине ненасытную страсть. Но вдруг Фокс станет удовлетворять свою похоть не с ней? Если она подсыплет ему порошок, а он затащит в постель Элис, то она убьет их обоих!

Она смотрела на Гленнит, мешкая с ответом, потом сказала:

— Вся суета и беспокойство последних дней лишают меня сна. Я вот что подумала: не можешь ли ты приготовить для меня снотворное питье?

Слова Николь как будто озадачили Гленнит, но ненадолго. Она взяла свечу и направилась к двери в дальний конец помещения, где за перегородкой располагалась кладовая.

— Если вы подождете, я что-нибудь намешаю.

Николь последовала за знахаркой. Ее всегда поражало, как женщина хранила в памяти все знания, которыми обладала, умея составлять из десятка разных трав всевозможные композиции, готовить лечебные отвары, мази, припарки, порошки.

Гленнит поставила на деревянный стол свечу и, прежде чем приступить к процессу приготовления травяного сбора, расчистила столешницу. Сначала она изучила ряд глиняных горшков, стоявших на полке, потом, отобрав некоторые из них, взяла из каждого по щепотке засушенных трав и бросила в широкую миску. После чего ведунья начала измельчать их каменным пестиком.

— Что входит в снотворное снадобье? — полюбопытствовала Николь.

— Вам должно быть известно, что я своих секретов не выдаю, — ответила женщина, смерив Николь долгим взглядом. — Во всяком случае, пока не настанет момент передать знания другому человеку.

— И кому бы ты хотела их передать? — осведомилась Николь, водя пальцем по горшкам, которые стояли на прибитой к стене полке. Странные значки, нацарапанные на их круглых боках, ей ни о чем не говорили, хотя она могла читать и писать по-латыни.

— Может быть, у меня когда-нибудь будет дочь.

— Но ведь ты поклялась, что никогда не выйдешь замуж. Гленнит фыркнула:

— Чтобы понести и вырастить ребенка, муж не нужен.

Николь подумала о Саймоне, воспитывавшемся среди женщин. Наступит день, когда понадобится, чтобы рядом с ним находился мужчина, способный передать ему мужские навыки. Кому смогла бы она доверить столь ответственную роль? И чему бы она хотела, чтобы он научил ее ребенка? Ей претила жестокость и неприглядность жизни рыцаря. Она мечтала об иной, более цивилизованной судьбе для своего сына. Она бы предпочла, чтобы он посещал церковь и стал ученым.

Но тогда придется скрыть от него тайну его происхождения, Вэлмар и Марбо находились во владении ее семьи со времен Вильгельма Завоевателя, но и до того по линии ее прабабки замки и прилегающие к ним земли принадлежали саксонским предкам Николь.

Если нынешнее положение не изменится, Саймон все равно не унаследует свои родовые поместья. Он мог стать наследником ее богатства только в том случае, если Фокс признает его своим сыном. Но такая возможность представлялась ей маловероятной. Шансы были исключительно малы. Николь снова вздохнула.

Гленнит бросила на нее лукавый взгляд.

— Не нужно так убиваться, а то ты раньше времени состаришься. Все может еще перемениться к лучшему. Жизнь полна неожиданностей.

— Господи, какой ты состоятельный человек, Фокс, — не уставал удивляться Рейнар, когда вместе с другом они скакали по влажным от росы хлебным полям, окаймленным полосами изумрудно-зеленых пастбищ. — Я даже не догадывался, что твои владения столь необъятны, а земли — богаты и плодородны.

— Зерно на полях должно еще превратиться в муку в закромах, — уточнил Фокс. — Пока мы не соберем урожай, я не вправе на него рассчитывать.

— Но я имею в виду не только тучные поля с ячменем, просом и пшеницей. Что насчет садов, которые тянутся вдоль реки? Яблоки в этом году уродились на славу. Деревья гнутся и трещат под их тяжестью. А обширные покосы с сочными травами? Им несть числа. Сена должно хватить в избытке для всего поголовья скота, чтобы пережить грядущую зиму. Почти в каждой крестьянской семье есть куры, коза или корова. А стада свиней, которые мы видели на прокорме в лесу? Они позволят вдоволь запастись солониной и перезимовать, не зная печали.

Фокс не нашелся что ответить. Сказать по правде, он и сам был ошеломлен при виде изобилия, представшего их взорам. Прискакав в Уилфорд, они обнаружили там за рекой не только форт, крепость, в честь которой местечко получило свое имя, но и пивоварню, часовню и две мельницы. Одна молола зерно, а вторая приводила в движение сукновальные машины. Тут же раскинулась небольшая деревушка, состоявшая из аккуратных домиков. В деревушке де Кресси и его людей встретили загорелые пышногрудые женщины Уилфорда, приветствовавшие нового хозяина свежесваренным элем и горячим хлебом, щедро сдобренным сливочным маслом и густым золотистым медом. Фокс не мог не заметить, какими упитанными и ухоженными выглядели их детишки. Зеленые холмы, окружавшие селение, пестрели гуртами белых овец.

День выдался удачным, и поездка принесла ему немалое удовлетворение. Фокс натягивал поводья, придерживая лошадь, чтобы местный староста, ехавший на муле, поспевал за ними. Выезжая утром за пределы замка, он планировал не только провести осмотр своих угодий, но и главным образом развеяться. Он хотел находиться как можно дальше от Николь. Хотя они почти не встречались — накануне женщина даже не вышла к вечерней трапезе, — но все в Вэлмаре напоминало ему о ее существовании. Ему повсюду мерещился, сводя с ума, чарующий аромат ее духов. Он не мог не вспоминать роскошное убранство светлицы, куда стремился всей душой и в то же время страшился возвращаться. Ведь там каждый предмет, каждый ковер на полу и на стене дразнил его воображение чувственным великолепием дамы, позаботившейся об уюте.

27
{"b":"7348","o":1}