ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Как раз наоборот, – заверил Губерман, одарив собравшихся ясным взором, слегка смазанным затуманенными стёклышками очков – Намечается фантастическая сделка. Решил вот обсудить с вами.

Супруга сделала вид, что поправляет бретельку, и уронила вторую. Покосившись на мужа, решила оставить все как есть, и стала отхлёбывать из бокала шампанское.

Трое гостей следили за ней так внимательно, что Губерману пришлось громко кашлянуть, чтобы напомнить о своём присутствии. С видом фокусника он помахал прозрачной целлулоидной папочкой, в которой угадывался официальный бланк с государственной атрибутикой, размашистыми подписями и резолюциями. Папка была пущена по кругу, и целую минуту Губерман наслаждался уважительным молчанием, с которым она передавалась из рук в руки. Голые плечи его супруги как-то вдруг забылись, стали неинтересными.

– Госзаказ – это да, – вздохнул один из гостей. – Живые бабки, никакой бартерной тягомотины. За сколько пробил?

– Так тебе Боря и признался, – сказал его сосед с плохо скрываемой завистью. – Он в последнее время из «белого дома» не вылезает, – всех там, наверное, прикормить успел.

Третий гость неопределённо хмыкнул и предположил:

– Не все в жизни так гладко, как на бумаге. Иначе можно было сделку втихаря провернуть, без нашего участия. Верно говорю, Боря?

– Верно, – неожиданно согласился Губерман. – Естественный человеческий эгоизм. Но иногда выгоднее поделиться, чем изображать из себя собаку на сене.

– Вот и в «СПИД-инфо» пишут, что у чукчей принято жён гостям одалживать. – Мадам Губерман со светским видом повертела в руках бокал, оставляя на нем жирные отпечатки пальцев. – Сама читала.

– Акх-ха! – Самый впечатлительный гость поперхнулся водкой и закашлялся, багровея на глазах.

Неожиданная реплика приятно взбудоражила весь мужской контингент за исключением Губермана, который перекосил рот в сторону супруги и негромко сказал:

– Лапушка моя информированная, я могу тебя хоть завтра отправить на Север, к чукчам. Вместе с твоей заразной газетёнкой, которую ты штудируешь вторую неделю.

Она обиженно сомкнула накрашенные губы, погребя в себе накопленные сведения о способах повышения мужской потенции, волшебных свойствах яичников обезьян и об омолаживающем эффекте косметических масок из замороженной спермы.

Гости были слегка разочарованы таким оборотом событий, но вскоре речь Губермана увлекла их куда сильнее, чем эротические откровения его супруги.

По его словам, выходило, что городские власти заказали фирме «Самсон» крупную партию ГСМ для обеспечения своевременной уборки урожая. Оплата в течение трех банковских дней, по факту начала поставки. Закупочные цены на тридцать процентов выше отпускных. Таким образом, на десять вложенных миллионов выходило два миллиона нечистой прибыли.

– Три, – хором поправили хозяина гости. – Ты сказал: тридцать процентов.

– Десять из них нужно отдать за заказ, – вздохнул Губерман. – Такие услуги бесплатными не бывают.

Остаётся два миллиона. Если договоримся, – он азартно сверкнул очками, – поделим их на четверых.

– А с какой стати ты решил делиться? – хмыкнул друг детства, сделавшийся брюзгой и циником после того, как в юности заработал зрелую плешь, а в зрелости – старческую вставную челюсть, понадобившуюся ему после неудачной сделки с цветным ломом.

– У меня сейчас в наличии только четверть нужной суммы, – грустно признался Губерман. – А ГСМ мне отгрузят только после стопроцентной предоплаты. Так что мне нужны партнёры. – Он развёл руки, как бы собираясь обнять гостей. – Необходимо финансовое вливание. Организацию беру на себя от начала до конца.

– Звучит заманчиво, – признал его бывший соученик, большой знаток Уголовного кодекса и взаимозачетных махинаций.

Третий гость, Максим Мамотин, выделявшийся в компании редкой пшеничной чёлкой и бирюзовым пиджаком, припорошенным перхотью, согласно промычал, не отрываясь от перепелиной тушки, в которую впился, как только разделил в уме 2000000 на 4.

Дробя зубами хрупкие птичьи косточки, он мысленно уже занимался распределением своей будущей прибыли.

Губерман неодобрительно покосился на увлёкшегося едока. Он успел включить в кармане сверхчувствительный диктофон и опасался, что бесконечные хруст и чавканье отрицательно скажутся на качестве записи.

– Максик, – ласково сказал он. – Я так и не понял: ты в доле?

– А фуй ли фут фумать! – прозвучало в ответ непрожеванное, но зато прямолинейное мнение Мамотина.

Потом четвёрка молодых бизнесменов приступила к обсуждению совместных действий, да так увлечённо и многословно, что украшение стола со съехавшими бретельками тягуче зевнуло и поплелось в спальню с зеркальным потолком. Там дожидалось её недочитанное эссе о прелестях женской мастурбации. Она ещё не вполне поняла смысл этого термина, но смутно догадывалась, что отыщет в статье ключ к решению многих проблем.

Воодушевлённый уходом супруги, которая вполне могла уснуть, так и не дождавшись его, Губерман выпил водочки ещё и посмотрел увлажнившимися глазами на товарищей. Он всегда полагал, что на них можно положиться, и не ошибся. Они тоже доверяли ему и готовы были рискнуть по-крупному. Все трое согласились выложить требуемые суммы – частично из своих заначек, частично из кредитных закромов.

Двоим требовалось на это не менее десяти дней. Мамотин обещал управиться раньше. И все вместе сходились в едином мнении, что деньги должны работать, а не лежать мёртвым грузом.

– Не залежатся ваши миллионы, – возбуждённо пообещал Губерман, поправляя очки на переносице чаще, чем это было необходимо. – Это я вам гарантирую.

И он говорил чистейшую правду. В том, что партнёры расстанутся с накопленными средствами, Губерман не сомневался. По его замыслу, все трое должны были стать новыми заказчиками особняков в посёлке Западный. Когда их заставят расстаться с деньгами, они бросятся не справедливости искать, не отмщения, а разбегутся кто куда, спасая шкуры от одураченных кредиторов. Предложенная сделка с ГСМ была, кстати, абсолютно реальной, вот только провернуть её Губерман намеревался самостоятельно, без всяких прихлебателей… чужого бензина.

Поиграли ребятки в преуспевающих бизнесменов, и хватит. Кончилось время дружных игр, ушло навсегда, как детский азарт, с которым когда-то проделывали умопомрачительные махинации на картонном поле «Монополии». Вслед за игрушечными фантиками в руки поплыли настоящие деньги, которые давались так легко, что взрослый бизнес казался продолжением детской забавы. Рано повзрослевшие мальчики забыли только об одном: в каждой игре, сколько бы людей в ней ни участвовало, настоящий победитель всегда один, а остальные обречены на поражение.

Глава 14

НА ТРОПЕ ВОЙНЫ

Тем вечером дачный посёлок, раскинувшийся на берегу зеркального ставка, выглядел мирным, уютным оазисом недавнего прошлого, в котором отсутствовали такие современные понятия, как кидалово, мочилово, гонево и палево. И двое мужчин, возившихся с досками у открытой двери сарайчика, как нельзя лучше вписывались в общую идиллическую картину.

Маленький, если бы не круги под глазами и густая щетина на лице, вполне сошёл бы за мальчишку.

С него постоянно сползали то старенькие спортивные штаны, то рукава чересчур большого свитера, когда он помогал большому мужчине строгать, пилить и сбивать гвоздями сосновые доски. Мужчину можно было принять за отца небритого паренька.

Сколачиваемое ими сооружение походило на длинный узкий ящик.

Высокий мужчина время от времени поднимал голову и поглядывал на остывающий багрянец вечернего неба, прикидывая, успеют ли они закончить работу засветло. Маленький, отрываясь от громоздкого ящика, смотрел в противоположную сторону – на тёмные окна дома. За ними скапливался мрак, готовившийся вытеснить дневной свет с поверхности земли.

Дом скрипел и пощёлкивал всеми своими суставами, – словно смерть, поселившаяся в нем, заставляла его беспокойно вздрагивать.

41
{"b":"7349","o":1}