ЛитМир - Электронная Библиотека

— Зачем ты говоришь такие вещи? Ты намерен пугать меня?

— Нет. Я хочу просто не мешать тебе.

Женщина у туалетного столика медленно повернулась к нему, протянула руки, и он шагнул к ней, опустился на колени, прижался губами к длинным вздрагивающим пальцам.

— Мама, мама… Если бы мы могли начать все с начала!

— Все бесполезно, сыночек, — услышал он тихий шепот. Поднял голову. Неестественно выпрямившись, мать смотрела не на него, а выше — вглядывалась в то, что было недоступно его пониманию.

— Бесполезно что-то начинать сначала… Бесполезно, поверь мне…

— Почему?

— Я скоро умру, Андрюша… Я это чувствую…

…Осторожно закрывая за собою дверь, он почувствовал чье-то присутствие, поднял глаза — и вздрогнул: в коридоре, ведущем к парадной лестнице, стояла Кира. Похоже было, что девушка поднималась к себе в номер, воспользовавшись противоположным входом в отель, и остановилась, увидев его.

Андрей неосознанно подался ей навстречу — а Кира отпрянула, и, взметнув юбкой, быстро взлетела на верхний этаж.

«Все-таки случилась какая-то глупость», — подумал он.

Постоял и спустился вниз, заказать билет на завтрашний рейс до Лилля.

Артур знал свое дело: фрак и манеры были безукоризненны, столик в «Неграско», лучшем ресторане Ниццы, заказан за два часа. Когда рука об руку с Кирой они появились в дверях ослепляющего роскошью обеденного зала, взоры посетителей невольно устремились на них.

Под перешептывания и перекрестный огонь взглядов стройный молодой человек во фраке с зачесанными назад длинными светлыми волосами вел по проходу ослепительную красавицу в роскошном вечернем платье. Даже оркестранты не удержались от того, чтобы выразить свое восхищение. Саксофонист выдал короткую восторженную импровизацию, а скрипачи одобрительно застучали смычками о свои инструменты.

— Сюда, пожалуйста, — профессионально улыбнулся седовласый метрдотель, подводя их к затемненному зеленью столику, третьему от оркестра.

— Мерси, — сказала Кира.

Артур отодвинул ей стул. Кира села на свое место с некоторой неловкостью — очень мешал непривычно длинный подол, который пришлось подбирать обеими руками. Вспыхнув, она подняла на своего спутника глаза — Артур уже сидел напротив — и с благодарностью увидела, что он ободряюще ей подмигнул.

— Что будем заказывать? — Кожаная папка меню была с поклоном подана Кире, но вопрос задал Артур. Кивком головы он отпустил официанта и наклонился к девушке, накрыв ее руку своей:

— Если ты не знаешь, что тут едят, то давай я сделаю заказ за нас обоих.

— А ты знаешь… что тут едят?

— Еще бы! Бродить по ресторанам Ниццы без подсказки, все равно что плутать в лесу без компаса!

— Я слышала… — пролепетала Кира, с робостью оглядывая белоснежные крахмальные скатерти, трогая массивное столовое серебро на столе, — то есть я читала…

Что во французских ресторанах надо заказывать… устрицы…

— Значит, ты слышала умных людей или читала хорошие книги. Устрицы — самое распространенное блюдо на Лазурном берегу! Я был на плантациях, где их выращивают: такие клети, в которых морская вода с пониженным содержанием соли. Но здесь подают речных устриц. Это деликатес деликатесов. — Артур мечтательно закатил глаза и поднял руку, призывая официанта. — Казанова обычно съедал на завтрак 50 устриц. И правильно делал! Ученые доказали, что устрицы — это афродизиак, то есть они повышают половое влечение, — интимно добавил Кирин спутник, когда официант ушел, приняв заказ.

…Они ели плоские устрицы «акрашон», и Артур, который оказался настоящим гурманом, учил Киру правильно обращаться с деликатесом: поворачивать устрицу выпуклой стороной к тарелке и только потом открывать специальной вилкой. Затем этой же вилкой надо было удалить несъедобную часть, так называемое устричное место. А потом, сбрызнув моллюска лимонным соком, съесть его, после чего выпить сок, образовавшийся в углублении раковины, или просто высосать устричный мускул из раковины вместе с соком.

И было шампанское — настоящая «Вдова Клико»! — которое кипело в бокалах. На хрустальных стенках играли всеми цветами радуги огни ресторана. А когда шампанское кончилось, по настоянию Артура стали пить розовое Кот де Прованс — лучшее вино на Лазурном берегу.

Кира была почти счастлива и немного пьяна.

— Пойдем танцевать, — рассмеялась она, прикладывая к пылающей щеке прохладный бокал.

Артур поднял брови, продолжая жевать лепешку из нутовой муки.

— Пойдем! У меня сегодня бал…

— Бал?

— Да! — Она вспомнила, что завтра ей улетать обратно в Москву, а через неделю склоняться в три погибели на тетишурином огороде.

Кира нервно рассмеялась:

— Сегодня — бал, а завтра в двенадцать часов Золушка опять превратится в замарашку!

Не прибедняйся, — фыркнул Артур, — такой бабец отдыхает одна на лучшем курорте! — представляю, сколько денег дает тебе… кто? Папаша; наверное?

™ Не хами, — погрозила ему Кира. — Пойдем танцевать?

~ — Ну… пошли. Только ты сначала расплатись. — («С этими богатыми неврастеничками лучше соблюдать предосторожность!»)

Кира щелкнула замочком расшитой стразами сумочки (она прилагалась к платью и была очень кстати), вынула несколько купюр, небрежно бросила их на стол:

— Пошли!

Отбросив салфетку, Артур легко поднялся с места и на подходе к эстраде, где медленно кружилось несколько пар, галантно подхватил свою партнершу. Кира с опозданием вспомнила, что совсем не умеет танцевать (если не считать за танцы неловкие топтания на танцплощадке ЦП КО в далекой юности), но молодой человек и здесь оказался на высоте: он уверенно вел Киру сквозь все коварные ритмы вальсов и фокстротов, его сильная рука поддерживала ее за талию… Жемчужный шлейф взлетал, разноцветные огни кружились, превращаясь в цветную волшебную цепь, и музыка пела, пела Кире о том, что все-все будет хорошо…

— Передохнем? — шепнул ей на ухо Артур. Он нисколько не устал, даже не запыхался, но видел, как в изгибе шеи у Киры бьется синяя жилка и неровно вздымается высокая грудь. Она остановилась, приложив ладонь к вырезу платья.

— Пожалуй! Только недолго, хорошо? — Музыки было еще так много, и она так манила!

Он покорно склонил голову и повел ее обратно к столику, на который официант уже водрузил огромную вазу с фруктами.

За столик Кира шла, не глядя по сторонам, но ощущала кожей устремленные на нее восхищенные глаза. «Это самый-самый, по настоящему счастливый день в моей жизни!» — подумала она.

И вдруг… Рука Артура, поддерживающая ее, дрогнула и ослабла. Кира почувствовала, что происходит нечто необычное. Кавалер резко оттолкнул Киру, метнулся в сторону, отпрянул назад… попытался загородить ее собой… и, наконец, сделал отчаянную попытку самому спрятаться за Кирину спину — хотя вот это-то уж было совсем глупо!

У столика, расположенного неподалеку от оркестра, медленно поднялась высокая сухопарая фигура. В этой женщине, одетой в открытое не по возрасту белое газовое платье с целой выставкой драгоценностей на увядших шее и груди, Кира с ужасом узнала ту самую «русскую княгиню», что не шла у нее из головы вот уже столько времени!

И конечно… конечно… конечно, рядом с ней — с этой «старой паучихой», «Екатериной Великой», как говорила о ней Нелли, сидел ОН! Приглаженный, отутюженный… Ну надо же, внутренне застонала Кира, надо же такому случиться, чтобы изо всех кабаков и кафешантанов Ниццы эти двое выбрали именно этот ресторан и именно в это время!

Пока в голове у девушки проносились эти мысли, Андрей тоже поднялся с места и стоял, не сводя глаз с Киры. А шея и грудь дамы пошли багровыми пятнами, чересчур ярко накрашенный рот покривился на сторону и стал похожим на большую красную кляксу.

— Паскудник!!! — прошипела она, не обращая на Киру никакого внимания — она смотрела на Артура.

В этот момент музыка стихла, и ругательство прозвучало особенно отчетливо, на весь зал. — Щенок! Ты!!! Кусаешь руку, которая тебя кормит!

16
{"b":"7354","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Практический курс трансерфинга за 78 дней
Понаехавшая
Любовь насмерть
Как избавиться от демона
Последние Девушки
Позвоночник и долголетие: Научитесь жить без боли в спине
Три нарушенные клятвы
Исчезающие в темноте – 2. Дар
Линейный крейсер «Худ». Лицо британского флота