ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Богатство! — воскликнул Роберт. Глаза его блеснули, лицо озарилось радостью. — Богатство даст тебе все, сынок. Чем раньше ты поймешь это, тем будет лучше для тебя. Это единственная стоящая вещь на земле!

— А происхождение этого богатства не имеет никакого значения, не так ли? — произнеся эти слова, Волк тут же пожалел об этом. Спорить с Робертом, взывать к его чувствам и совести было бессмысленно.

— Ты думаешь, леди Кэролайн не все равно, каким способом я нажил свое состояние? — насмешливо спросил Роберт.

— Да. — Волк в упор смотрел на отца, не пытаясь скрыть охватившего его отвращения. — Думаю, ей это безразлично.

Женщины, с которыми он общался в Англии, были все как одна эгоистичны и до крайности беспринципны. И коли эта леди Кэролайн решила продать себя подороже, то Роберт, безусловно, прав. Она не даст себе труда задуматься о чероки, которых подло обманули, и о женщине, прожившей с Робертом не один год и безжалостно вышвырнутой вон.

— Привези ее сюда. Я заплачу тебе. — Роберт покачнулся, с трудом удерживая равновесие. — Леди Кэролайн прибудет в Чарльз-таун через неделю. Черт возьми, дорого бы я дал, чтобы она уже была здесь!

Волк открыл было рот, чтобы высказать этому человеку все, что он думал о его деньгах и его утонченной жене-англичанке, но перед его мысленным взором возник образ матери. Как она убивалась, когда его, десятилетнего, отняли у нее! Она умерла несколько лет спустя от лихорадки, но Волк знал, что на самом деле ее убил Роберт Маккейд. Он сломил ее дух, и все годы после разлуки с сыном она медленно угасала. Лихорадка лишь довершила дело, начатое Робертом.

И смерть ее до сих пор остается неотмщенной.

Волк не мигая смотрел на старика. Сам того не ведая, Роберт в эту самую минуту давал ему возможность отомстить за мать. Придет время, и он обо всем узнает. Волк позаботится об этом. Его полные, чувственные губы растянулись в подобии улыбки.

Он отомстит, и никто не осмелится помешать ему в этом, — леди Кэролайн не сможет устоять перед ним.

— Я привезу вашу женщину, — бесстрастно произнес он и, повернувшись, спустился с крыльца. Через мгновение его поглотила тьма.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Конец лета 1759 года Чарльз-таун, Южная Каролина.

Она оказалась совсем не такой, какой он ее представлял себе. Впрочем, так бывало всегда, когда дело касалось женщин.

Прислонясь к грязной, в потеках, стене бара гостиницы Купера, Волк пристально разглядывал женщину, которая пересекла океан, чтобы стать его мачехой. Не будь он так зол на происходящее. Волк непременно расхохотался бы при виде ее. Роберту нужна была утонченная женщина, и эта леди с готовностью согласилась продаться ему. Но что толку? Эта фарфоровая куколка не выдержит и двух недель той жизни, на которую она по неведению обрекла себя.

Она встревоженно оглядела зал своими огромными глазами. Волк почувствовал укор совести. Эта девушка была чем-то похожа на испуганного, загнанного оленя. Сам же он вынужден выступить в роли жестокого, безжалостного охотника: она станет жертвой его мести. Но он постарался подавить в себе сочувствие и невольную симпатию к будущей жене отца.

Ведь не он же, в конце концов, создал эту ситуацию.

Леди Кэролайн, эта хрупкая блондинка с матово-бледной кожей и точеными чертами лица, поддавшись корысти, оказалась вдали от родных, в чужой полудикой стране. Прибыв в Южную Каролину, она предоставила Волку возможность отомстить за безвременную кончину и поруганную честь его матери. С его стороны было бы непростительной глупостью упустить этот шанс. В том, что обстоятельства сложились именно так, а не иначе, он видел неумолимую волю рока.

Растянув губы в лучезарной улыбке, Волк оттолкнулся от стены и пересек душное, прокуренное помещение. Разговоры затихли, и собравшиеся с любопытством оглядели его.

— Леди Кэролайн? — произнес он, остановившись подле столика в углу. Она теребила кружевной платочек, лежавший у нее на коленях, и не сразу подняла глаза на Волка.

— Да? — произнесла она наконец севшим от волнения голосом и кашлянула. Разглядев своего собеседника, она окончательно смутилась и растерялась. Он был высок и строен, худощав, но крепко сложен и очень широк в плечах. Гораздо крупнее большинства окружающих мужчин. Так, по крайней мере, показалось Кэролайн, глядевшей на него снизу вверх.

— Я — Кэролайн Симмонс, — с трудом выдавила она из себя. Она снова принялась теребить платок, чтобы скрыть дрожь своих тонких, изящных рук. Вид этого человека напугал ее. Нельзя сказать, чтобы незнакомец выглядел или вел себя не как джентльмен. Совсем наоборот! Он говорил с ней почтительно и казался гораздо более опрятным и ухоженным, чем любой из находившихся здесь мужчин. Его серый шелковый костюм был великолепно скроен и безупречно сидел на его стройной фигуре, наряд дополняла белоснежная рубашка, туго накрахмаленная и выглаженная. Но Кэролайн с тревогой подумала, что внешний облик воспитанного джентльмена, судя по всему, лишь оболочка, за которой скрывается дикая, неукротимая и необузданная сила, которую нельзя было не заметить в этом человеке.

Незнакомец представился ей, но Кэролайн, поглощенная своими мыслями, расслышала лишь его фамилию и пробормотала:

— Маккейд... Вы — Роберт Маккейд?

Она не имела ни малейшего представления о внешности своего суженого и никак не ожидала, что он окажется столь представительным, и грозным, и... молодым.

— Нет, — ласково улыбнувшись, ответил Волк. — Я — Рафф Маккейд, его сын.

— О-о-о, — протянула вконец сбитая с толку Кэролайн. Она с трудом подавила искушение прижать ладони к пылавшим щекам. Выходит, человек, чья внешность так напугала ее, станет ее пасынком?! От этой мысли у нее потемнело в глазах. Ей было известно, что у Роберта Маккейда два сына, но она представляла их себе юными и беспомощными, нуждающимися в опеке, — словом, примерно такими, каким был ее собственный брат Эдвард. Этот же диковатый великан явно не нуждался ни в ком.

Кэролайн поймала на себе внимательный взгляд его черных глаз и нервно облизала губы.

— Я очень рада познакомиться с вами, мистер Маккейд.

— Готовы ли вы отправиться в путь? — спросил он безо всяких предисловий. Поначалу Волк намеревался, представившись леди Кэролайн, отправиться с визитом к губернатору колонии и предложить ей подождать его возвращения в номере. Он собирался в Чарльз-таун по своим делам еще до того, как Роберт обратился к нему с просьбой встретить его невесту. Но робость и наивность этой девушки произвели на Волка неприятное впечатление. Он слишком хорошо знал женские уловки, чтобы поверить в ее искренность. На своем веку он встречал немало хитрых плутовок, прикидывавшихся простодушными овечками, чтобы заполучить его в свои сети. Этот номер у нее не пройдет! Пусть потомится в приемной у губернатора. Это послужит первым шагом к ее укрощению.

— Прямо сейчас? Да, готова. — Кэролайн встала, расправив складки на платье, и твердо взглянула в глаза самоуверенного пасынка. Однако этот взгляд нимало не смутил его.

— Я рассчитывала, — произнесла она бесстрастным голосом, — что Роберт... что ваш отец сам приедет за мной. — Кэролайн не добавила, что ожидала его два дня тому назад, когда «Морской голубь» вошел в гавань Чарльз-тауна. У нее при себе почти не было денег, и даже столь кратковременное пребывание в гостинице вконец истощило ее скромные финансовые ресурсы.

— С ним случилось несчастье, — сказал Волк, беря ее за локоть.

— Несчастье? Надеюсь, он не очень сильно пострадал? — с тревогой спросила Кэролайн, в душе упрекая себя за черствость и эгоизм. Ведь если Роберт Маккейд не сможет жениться на ней, они с Эдвардом просто пропадут. И это тревожило ее гораздо больше, чем самочувствие незнакомого ей человека.

— Нет, и он уже поправляется. Однако мой... отец пока не в состоянии свободно передвигаться. Поэтому он не встретил вас здесь. — Ради осуществления своего плана Волк должен был держаться с будущей мачехой безупречно вежливо и предупредительно. И все же с каким трудом он назвал отцом этого ненавистного человека!

2
{"b":"7357","o":1}