ЛитМир - Электронная Библиотека

– Как прошла новогодняя вечеринка, Морган? – вдруг спрашивает Дора, выдёргивая меня из мыслей.

– Прошла… Э… Нормально, – коротко отвечаю я и делаю глоток чая, чтобы спрятать лицо за кружкой.

– Большего я от неё добиться не смогла, – говорит мама Доре. – Но я думаю, всё было неплохо. Как минимум она вернулась довольно поздно.

– Замечательно! – радуется Дора.

– Что в этом такого удивительного? – фыркаю я, ставлю чашку на стол и, сама того не замечая, начинаю гладить пушистую спину Мерлина.

– Просто мы буквально силой заставили тебя пойти, и даже тогда ты без конца повторяла, что дольше десяти минут там не вытерпишь, – замечает мама с хитрой улыбкой. – Сколько было разговоров, что буквально каждый в школе тебя ненавидит! Но признай, ты прекрасно провела время, как мы и говорили.

– Я бы не сказала, что это было прекрасно, – бормочу я. – Всё было… нормально.

Мама и Дора смеются, качают головами, а потом переключаются на разговор о маминой работе – Доре очень хочется узнать о её новом проекте.

Если честно, я и правда хорошо провела время, но только благодаря Оуэну и Айрис. Если бы не они, я сбежала бы оттуда как раз через десять минут.

Нам с Оуэном пришлось закончить разговор о магии, когда к нам подошла Айрис. Разумеется, раз она была с нами, то рядом появился и Феликс, вынужденный мириться с моим присутствием. И вот уже скоро в нашем уголке собралась целая компания, так что я смогла расслабиться и болтать со всеми, как это делают нормальные подростки на вечеринках.

Даже Мерлин вёл себя хорошо. Он крошечной гусеницей свернулся у меня на плече и проспал весь вечер.

Так что, да, было весело, а потом я в буквальном смысле практически уничтожила эту вечеринку.

К счастью, только мы с Оуэном знаем, что произошло на самом деле, но легче от этого не становится.

Это произошло, когда запускали фейерверки. Мы все стояли во дворе дома Айрис и наблюдали, как над нашими головами, освещая небо, взрываются разноцветные огоньки. Оуэн наклонился ко мне и шёпотом сказал, что технически наше правило о том, что нельзя использовать магию в школьной жизни, входит в силу только в первый день четверти.

– И что?

– И то, – ответил он, – что ты можешь значительно улучшить этот фейерверк.

Это очень простое заклинание. Я тысячу раз его отрабатывала.

Я щёлкнула пальцами, и фейерверк стал гораздо масштабнее и красивее. Со всех сторон слышались ахи и охи, ребята не ожидали такого чудесного зрелища.

Оуэн снова наклонился к моему уху и тихо сказал:

– Неплохо для ведьмы.

Я повернулась, чтобы сказать очередную колкость в адрес колдунов, но Оуэн оказался так близко, что мысли в голове вдруг совершенно перемешались, я посмотрела ему в глаза и по телу пробежала странная дрожь.

Внезапно в высоте что-то взорвалось с таким грохотом, что все подпрыгнули. После этого последовала целая серия оглушительных взрывов. Фейерверк словно взбесился! Залпы со зловещим шипением летели во все стороны, грозя угодить кому-нибудь в голову. Все закричали и кинулись в дом.

– Морган! – крикнул мне Оуэн, закрывая уши руками и прижимаясь к земле. – Ты что сделала?

Я упала на землю рядом с ним как раз вовремя, чтобы увернуться от залпа, который пролетел вдоль земли и в итоге пробил черепичную крышу дома.

– Ты должна собраться! – зашипел Мерлин мне в ухо. – Морган! Сосредоточься!

Пытаясь не обращать внимания на крики моих одноклассников, которые со всех ног бежали к входу в дом, пытаясь укрываться за кустами и деревьями, я закрыла глаза и сделала глубокий вдох, чтобы сосредоточиться.

Успокоившись, я щёлкнула пальцами, и фейерверк прекратился.

– Молодец! – выдохнул Мерлин. – А теперь надо минимизировать ущерб.

Пока мои одноклассники приходили в себя и выбирались из укрытий, я быстро щёлкнула пальцами – и все следы взрывов, уродующие сад Айрис, исчезли, черепица на крыше встала на места, а дымок, клубящийся тут и там, пропал.

Если не считать напрочь перепуганных лиц собравшихся, то никто бы и не подумал, что двор только что обстреляли из фейерверка.

– Ну, кажется, наше решение было верным, – сказал Оуэн, подходя ко мне и отряхивая джинсы от земли. – Будем придерживаться нашего антимагического договора.

С тех самых пор я пытаюсь понять, что же произошло.

– Дело в том, что я потеряла контроль, – делилась я размышлениями с Мерлином на следующий день. – Я должна быть полностью сосредоточена, когда колдую. Спокойный разум – залог успеха.

– Хм, – протянул Мерлин, сверкнув кошачьими глазами. – Интересно, почему ты потеряла контроль.

– Это же очень простое заклинание, – злилась я. – Нужно больше тренироваться.

– Вот интересно, – сказал Мерлин.

– Что интересно?

– Обычно, когда ведьмы теряют концентрацию, магия просто рассеивается. Заклинание не работает. – Он с любопытством рассматривал меня, слегка подёргивая хвостом. – А вот когда ты теряешь концентрацию, заклинание становится сильнее.

– Отлично, спасибо, Мерлин, – фыркнула я. – Давай скажи, что я вся такая странная. Я и так это знаю, ясно? Я странная.

Он ничего не ответил, но некоторое время не сводил с меня глаз, что ужасно меня бесило.

Надеюсь, он не сдаст меня маме.

Он так не поступит.

Как мне кажется.

– Рада, что скоро снова в школу? – спрашивает Дора. – Уже собрала свой ведьмовской рюкзак?

– Под завязку забит скучными учебниками, – быстро отвечаю я. – Хорошо, что в этой четверти никаких шоу талантов не планируется. Я намерена прилежно учиться, смешаться с толпой и не высовываться.

– Ох, Морган, но ты же совершенно необыкновенная, – говорит Дора с широкой улыбкой. – Этого никак не спрячешь.

Глава 4

Первый день четверти – это шанс начать всё с чистого листа.

Я повторяю себе это снова и снова, пока выбираюсь из машины, машу маме на прощание и прохожу через школьные ворота. Лёгкий дождик, начавший моросить ещё утром, превращается в настоящий ливень, так что к зданию школы я уже бегу. Взлетев по лестнице, я распахиваю дверь в главный коридор. Он гудит, как улей, то тут, то там раздаются приветственные крики и хохот – все рады видеть друзей после долгих каникул. «Риддл Хаус» очень большая школа, а так как я всю жизнь училась на дому, то до сих пор не могу привыкнуть к тому, сколько здесь детей.

Едва шагнув через порог, я пригибаюсь, чтобы увернуться от летящего через весь коридор футбольного мяча. Он бьёт по голове кого-то другого, так что взрыв хохота на этот раз не в мой адрес.

Стараясь ни с кем не столкнуться, я зигзагами пробираюсь к своему шкафчику и достаю учебники. Мальчик из старших классов больно врезается мне в плечо и, совсем не собираясь извиняться, исчезает в толпе.

– Если задуматься, простые заклинания никакого вреда не принесут, – злобно бормочет Мерлин, который в образе крошечного паука сидит у меня на плече и с ненавистью глядит вслед удаляющемуся мальчику. – Как тебе предложение превратить этого парня в жабу?

– Я подумаю.

– Если снова его увижу, то стану пантерой и откушу ему руку!

– От души надеюсь, что ты не станешь, – вздыхаю я и убираю в рюкзак учебник истории. – Помнишь, как всё замечательно сложилось, когда ты в прошлом году решил представиться моим одноклассникам?

Мерлин гадко хихикает.

– В жизни так не веселился! Ты бы видела лицо Феликса, когда я помахал ему лапкой.

– Я видела лицо Феликса, – напоминаю я сквозь сжатые зубы. – А потом все решили, что я чудачка, которая приносит в школу домашних тарантулов.

– Значит, пантера отменяется?

– Абсолютно точно.

– Ты скучная, – фыркает Мерлин. – Почему я не стал фамильяром по-настоящему опасной и злой ведьмы? Жизнь была бы куда интереснее.

Я молча закатываю глаза, отказываясь вступать с Мерлином в перебранку. Он часто отпускает такие комментарии, надеясь задеть меня, но это бессмысленно. Ведьмы не выбирают фамильяров, с которыми будут делить жизнь, а фамильяры не выбирают ведьм. Так что мы с Мерлином застряли в компании друг друга.

5
{"b":"735726","o":1}