ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

И все же они были единым целым.

Рэчел вздохнула:

— Никому не дано забыть прошлое. Пытаться это сделать — значит просто окутать боль саваном, сотканным из паутины, — и смущенно засмеялась: — Конечно, я не философ, но, по-моему, это оно. Чтобы победить своих демонов, надо повернуться к ним лицом.

Это было больше, чем она могла выдержать, — пронизывающий взгляд его глаз. Нарастающее, как прилив, взаимное притяжение. Его мысли были ее мыслями, и, хотя он-то уж точно не был ангелом, она чувствовала, что и он разделяет ее мысли. Это опьяняло, завораживало, подавляло.

У Рэчел появилось ощущение, что эта сила, если ей только позволить, может поглотить ее, как пламя лесного пожара.

Она была послана спасти его жизнь. И только.

Она убрала руки с его крепких плеч и отвернулась, разглядывая постройку. Все, что угодно, лишь бы укротить почти неодолимое стремление броситься ему на грудь. Поклясться в вечной любви. Потому что не могла же она… она, уже умершая… никак не могла сказать ему это.

На стороне, выходившей к реке, через широко распахнутые двери группа разгружавших фургон чернокожих таскала ящики. Хотя погода была прохладной, их лица блестели от пота. Логан привязал лошадей и двинулся туда, поддерживая Рэчел под руку.

От предстоящей встречи ему было не по себе. Идя рядом с ним, Рэчел искоса поглядывала на него из-под опущенных ресниц. Прошлую ночь они провели в доме плантатора, и когда Рэчел утром увидела Логана, она не поверила своим глазам. На нем не было шкур. Хотя его одежда не могла идти ни в какое сравнение с тем, как одевались при дворе, Логан был неотразим в темно-зеленом шерстяном костюме. Бриджи плотно обтягивали его бедра, и она могла поклясться, что в закрывавших его икры белых чулках не было никаких накладок для придания им требуемой формы. Белоснежный стоячий воротник подчеркивал загар его лица и черноту волос. Ветер подхватил одну прядь, и он быстро заправил ее обратно в аккуратную косичку.

— Вы очень неплохо выглядите, — сказала она, чтобы придать ему уверенности. Но когда он повернул голову и уставился на нее, она почувствовала, как жаркая волна заливает ее щеки. — Я только хотела сказать… Я имела в виду — в новой одежде. Ваш брат будет просто поражен.

Каким бы ни был ответ на столь неуклюжее объяснение — и это от одной из самых остроумных красавиц при дворе, — она его не получила, потому что в это мгновение из дверей склада на причал вышел мужчина. Золото его волос сияло на солнце. Рэчел почувствовала, как напрягся Логан.

В руках у мужчины был гроссбух, в котором он огрызком карандаша отмечал каждый заносимый внутрь ящик.

— Это он? — На самом деле Рэчел почти не сомневалась в этом. Они были одного роста и телосложения, и хоть цвет их волос различался, цвет глаз почти совпадал, хотя у глаз Логана был более зеленый оттенок.

Рэчел остановилась, отпустив руку Логана, когда он шагнул вперед. Он как будто этого не заметил. Он успел сделать с полдюжины шагов, когда другой мужчина взглянул на него:

— Чем могу…

Неоконченный вопрос повис в воздухе. Зелено-синие глаза сузились. Он сунул гроссбух ошарашенному чернокожему, ринулся вперед и схватил Логана в медвежьи объятия. Рэчел перевела дух.

Когда они наконец отпустили друг друга, Рэчел быстро промокнула глаза платочком, но она могла бы и не беспокоиться. Ни один ие взглянул в ее сторону.

— Вольф мне говорил, что ты здесь. — Джеймс отодвинулся от младшего брага на вытянутую руку. — Живет в горах, сказал он, хоть и не знал, где именно. — Ему как будто не хватало воздуха. — Я собирался отправиться тебя разыскивать… — Он прикусил нижнюю губу и обхватил Логана за плечи одной рукой. — Да будь я проклят, если все эти годы я не вспоминал тебя, раздумывая, что с тобой стало, что из тебя вышло.

А Логан все еще не произнес ни слова. Он улыбался в ответ, но создавалось впечатление, что он лишился дара речи. Рэчел пошла вперед с мыслью сказать или сделать что-нибудь. Не имея ни малейшего понятия, что именно. В поисках вдохновения она глянула на Генри, но ленивый пес, как всегда, уже подремывал на солнышке.

Вообще-то она могла не беспокоиться, что молчание затянется, потому что в отличие от Логана его брат вовсе не был молчуном. Он оживленно рассказывал, как его жена случайно познакомилась с женой Вольфа, и как он удивился, найдя брата, и еще больше удивился, когда узнал, что и Логан где-то поблизости.

— Я… я думал, что ты мертв, — хрипло выговорил Логан. Он схватил Джеймса за локти, как будто не совсем доверял своим глазам, и его снова захлестнули воспоминания.

Рэчел не требовалось это угадывать, потому что бурлящие волны его воспоминаний накатывались и на нее. Ошеломляющие страницы его жизни шли чередой — у нее даже закружилась голова, и она шире расставила ноги, чтобы не упасть. Они вихрем проносились перед ее мысленным взором — пугающие наполненные бурными эмоциями.

Наступающий на Логана с поднятым хлыстом отец, разъяренное лицо которого приобрело цвет королевской накидки ее величества.

Ослепительная улыбка уходящего Джеймса и его обещание вернуться. Мгновением позже — Джеймс, уже без улыбки, склонившийся к шее лошади. «Держись от него подальше, братишка. Когда принц Чарльз станет королем, я получу свою долю и мы заведем собственное хозяйство. Вместе с матерью, если она его оставит».

И неслышимый, звенящий в мозгу крик, когда Рэчел вместе с Логаном заново пережила весь ужас открывшейся его глазам картины — его мать в луже собственной крови.

— …твоя жена?

Рэчел очнулась от кошмарного сна — а может, это воспоминания Логана прервались, — когда Джеймс обратился к ней. Она не слышала, что он говорил перед этим, но Логан, очевидно, слышал, потому что несвязно пытался объяснить брату, кто она такая.

— Это знакомая… Я хочу сказать, что сопровождаю ее в Чарльзтаун… Вообще-то… — Он глубоко вдохнул и расправил плечи. — Позволь представить Рэчел Эллиот. Мистрисс Эллиот, это мой Джеймс Маккейд.

Представление было явно не из тех, что приняты при дворе поскольку он не упомянул ее титул, но Джеймс как будто этого не заметил. Он склонился над ее рукой и блеснул улыбкой, выявившей ямочки на его щеках. Видимо, ямочки были их наследственной чертой, подумала Рэчел.

Само собой разумеется, они отправились все вместе в дом на Трэдд-стрит. Рэчел разбудила Генри, которому явно не улыбалась перспектива бежать следом за лошадьми по оживленным улицам. Он перестал ворчать лишь после того, как Рэчел пообещала, что в конце пути его будет ждать вкусная косточка.

Выпрямившись, она увидела, что оба брата смотрят на нее, хотя с совершенно различным выражением. Джеймса как будто удивил и чуть позабавил тот факт, что она уговаривает собаку, Логан же раздраженно нахмурил темные брови.

Рэчел небрежно разгладила несуществующую складку на платье и расправила плечи с таким видом, словно стояла рядом с королевой, выслушивая просьбу какого-нибудь недостойного вассала.

Дом на Трэдд-стрит был велик в сравнении с хижиной Логана, но гораздо меньше дворца королевы. Однако Рэчел вынуждена была признать, что при всей его простоте он очень мило выглядел. На улицу выходили окна трех этажей. Окна были снабжены шикарными ставнями, некоторые из которых оставаясь закрытыми, отчетливо выделяясь на покрашенных светлой краской стенах. Участок, оказавшийся гораздо большим, чем ожидала Рэчел, окружала ограда, так же, как и стены дома, оштукарены под камень.

Логан помог ей спешиться, и поводья ее лошади сразу подхватил невысокий круглоголовый парень которого Джеймс называл Люк.

Ведя в поводу трех лошадей, парень направился к конюшне, но Джеймс его окликнул:

— Посмотри, не найдется ли хорошей косточки для собаки. — Он взглянул на Рэчел с улыбкой: — Кажется, его зовут Генри.

Прихожая была большой и просторной, и в ней пахло воском и дымом очага. У дверей их встретил внушительного вида высокий чернокожий мужчина, лицо которого почти полностью покрывала татуировка. Рэчел непроизвольно спряталась за Логана.

56
{"b":"7358","o":1}