ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Когда уже было съедено немало, а выпито и того больше, в харчевню вошел некий иноземного вида господин. Сюда он заглянул явно ненадолго и направился прямо к стойке.

— Что кушать будете, почтеннейший? — любезно поклонившись, осведомился трактирщик.

— О найн, я уже покушаль, — с лучезарной улыбкой ответил иноземец. — Я бы хотель, как это, запить.

— Чего изволите? Медовушка, водочка? Особо посоветовал бы нашу наливочку — другой такой нигде нет, и не ищите! К рыбке лучше нее ничего не найдете, это любой вам скажет, да вот хоть наш обожаемый градоначальник!

Впрочем, обожаемый градоначальник ничего этого не слышал — он произносил очередную здравицу:

— Так подымем же наши чары за это самое… Не знаю, за что, но подымем!

— Скажите, битте, а что у фас есть к мясо? — полюбопытствовал иноземец.

— Ну, это смотря к какому, — со знанием дела заметил трактирщик. — К говядинке хорошо одно, к свининке другое, а к баранинке — и вовсе третье… Позвольте полюбопытствовать, сударь, а вы какое мясо кушать изволили?

— Ну, дас нихт ист суть важно, — чуть смутился почтенный иностранец. — Ф общем, налейте что-нибудь на ваш усмотрение!

И тут его заметил Длиннорукий. И не только заметил, но и непритворно обрадовался. А обрадовавшись, выскочил из-за стола, едва не опрокинув стул, и бросился навстречу заморскому гостю. Но споткнулся о неровность в полу и непременно свалился бы, кабы почтенный иноземец его не подхватил. И, может быть, напрасно — движимый непритворной любвеобильностью, да еще подогретой выпитым, князь тут же заключил ценителя мясных запивок в страстные объятия и столь же страстно облобызал, едва не смахнув монокль последнего на пол. А оторвавшись от иноземца, тут же потащил его к себе за стол:

— Это ж такая встреча! Эдуард Фридрихыч, само Провидение прислало сюда вас, вы непременно должны с нами отобедать!

— Данке шон, я уже есть отобедать, — вяло сопротивлялся Эдуард Фридрихович, но князь его и не слушал.

— Да знаете ли вы, невежды и оболтусы, кто это? — продолжал он, обращаясь уже к своим сотрапезникам. — Это ж великий предсказатель Херклафф. Что он ни сболтнет — все исполнится!

Господин Херклафф, не любивший излишней огласки, чуть поморщился, но поняв, что от градоначальника все равно не отделаешься, милостиво позволил ему усадить себя за стол. Следом трактирщик принес чарку красного, будто кровь, вина, и с почтительным поклоном поставил ее перед Херклаффом.

— Истинно говорю вам, сей иноземец — великий пророк, — не унимался Длиннорукий, — и будь моя воля, я бы непременно присовокупил его прорицания к Ветхому Завету, ко всяким Илиям, Захариям и Самуилам! Знаете ли, господа, кто нашему славному Саулу, сиречь обожаемому Путяте, царство предсказал? Да все он же, Эдуард Фридрихович!

— Ну, фы несколько преувеличивает мой способности, — отпив немного вина, возразил Херклафф.

— Ничего не преувеличиваю, — продолжал князь. — А скажите, дорогой господин Херклафф, вы могли бы и мне будущее предсказать?

— Вам? — слегка удивился чародей. — А разве у фас есть будушшее? Впрочем, с довольствием. То есть нет, с удовольстфом.

— Ну так давайте нынче вечерком, — обрадовался градоначальник. — Заходите ко мне прямо домой, по-простому, я вас угощу как подобает, да и насчет вознаграждения не беспокойтесь…

— Битте, херр князь, но я уже это… угостился, — отклонил Эдуард Фридрихович заманчивое предложение. — А фознограшдение — дас ист пустячки, главное для меня — помогайть хорошему человек. То есть вас. Так что нихт бляйбен, давайте приступать.

— Как, прямо теперь? — опешил Длиннорукий. Ему, конечно, хотелось узнать свою будущность, но не в присутствии же подчиненных, которые внимательно прислушивались к беседе своего начальника со знаменитым предсказателем.

— Тепер, тепер, — радостно блеснул моноклем господин Херклафф. — Как это гофорят: ковай железку, не отходя от кассы!

— Ну что ж, теперь так теперь, — вынужден был согласиться Длиннорукий.

— Айн момент! — С этими словами чародей медленно поднялся из-за стола и вдруг одним стремительным прыжком оказался в углу харчевни.

Вернулся он, держа в ладони маленькую серую мышку.

— Дас ист майн ассистент, — пояснил предсказатель, ласково поглаживая мышку по спинке. И, обратившись к своему «ассистенту», попросил: — Битте, предсказайте, что ожидайт мой либе приятель херр бургомистер князь Длинноруки!

Мышка кинула на градоначальника быстролетный взор глазок-бусинок и, как показалось князю, хитро ему подмигнула. Князь уже неясно чувствовал в действиях чародея и его помощницы какой-то скрытый подвох. Но отступать было поздно.

Тем временем мышка запищала:

— Что тебя ждет, князь, то для меня покрыто мраком, но зато ясно вижу твою почтеннейшую фрау княгиню…

Мышка прорицала достаточно громко и, если так можно сказать, членораздельно, разве что в ее писке порой проскальзывал такой же заморский выговор, как у самого Эдуарда Фридриховича.

Градоначальник хотел было вмешаться и сказать, что его куда больше волнует собственная участь, а не будущее Евдокии Даниловны, однако мышка тараторила так, что вклиниться было просто невозможно:

— Я вижу, что твоя супруга будет эта, как ее… — Мышка на миг замолкла, то ли забыв нужное слово, то ли затрудняясь его произнести. — В общем, у нас в Рига это называется фройляйн с Чака штрассе…

Княжеские сотрапезники еле сдерживали смех — они уже сообразили, что мышка говорит не сама, а голосом чревовещателя Херклаффа. Один лишь градоначальник воспринимал все эти священнодейства всерьез:

— Да ты по-человечески говори, а не по-бусурмански — кем будет моя жена?

— Князь, может быть, она хотела сказать — царицей? — негромко промолвил один из чиновников.

Такое предположение пришлось Длиннорукому по душе, но он старался этого не показывать:

— Так ведь не сама же она по себе будет царица, или как ты ее там обозвала?

— Фройляйн с Чака штрассе, — повторила мышка. — Это то же самое, что у вас в Царь-Город зовется девушка из… из Белая слободка.

— Может, Бельская слободка? — давясь от смеха, проговорил другой чиновник.

— Я, я, натюрлихь! — радостно подпрыгнула мышка на ладони прорицателя. — Именно это я хотель сказать!

— Что? — вскочил князь. — Да как ты смеешь!..

— Я… я говорить то, что видеть! — запищала мышка, непроизвольно пятясь.

— Что ты можешь видеть! — бушевал градоначальник. — Не знаю и знать не хочу, кому понадобилось позорить меня и мою семью, но заявляю — ничего не получится!

Посетители харчевни, не слышавшие мышиных прорицаний, в недоумении оборачивались, не понимая, что за муха укусила городского голову. Чиновники почти откровенно хихикали, один лишь Херклафф хранил непроницаемый вид, и только блеск монокля выдавал в чародее нечто вроде «чуфстфа глубокого удофлетфорения».

— Ну все, данке шон, можешь быть фрай, то есть свободен, — негромко сказал он мышке. Та немедленно сбежала вниз по брюкам Херклаффа и шмыгнула в угол.

— Извините, херр князь, я не есть местный, вас ист дас — Бельская слободка? — с самым невинным выражением лица спросил Херклафф градоначальника, когда тот, излив всю желчь и всю досаду, бухнулся за стол.

Длиннорукий глянул на прорицателя диким взором:

— А вы не знаете? Это как раз та часть нашей благословенной столицы, где обитают всякие шлюхи и потаскухи!

— Значит, она называль вашу фрау княгиню шлюкка и потаскукка? — непритворно возмутился чародей. — Дас ист непростительный дерзость. Я непременно должень наказайть мою фройляйн ассистент!

— Как ее накажешь, — уныло протянул Длиннорукий. — Убежала — не воротишь!

— Да вот же она! — воскликнул один из княжеских помощников. — Гляди, в углу сидит и еще скалится!

Такого градоначальник вытерпеть не мог — с воплем «Я тебе покажу, засранка!» он кинулся в угол, но, не рассчитав движений, чувствительно стукнулся лбом об стенку. Мышка же преспокойно скрылась в одной из многочисленных щелей.

13
{"b":"760","o":1}