ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но не успели дети усесться за стол, как из прихожей донесся звонок.

— Это меня! — крикнул Солнышко и поспешил к телефону.

— Почему именно его? — спросила Светлана Ивановна то ли сама себя, то ли Варю. — А может, меня. Или Николай Палыча. Или Васю.

— Да Солнышку целый день кто-то названивает. То какая-то Надежда, то доктор. Имя такое закрученное — не то Серпантиныч, не то…

— Может, Серапионыч?

— Да-да, именно Серапионыч, — подтвердила Варенька. И, понизив голос, добавила: — Солнышко сказал, что этот Серпа… Серапионыч помазал ему спину каким-то чудо-средством, и ожоги быстро прошли.

— Вот как? — удивилась Светлана Ивановна. — Странно, очень странно…

— Мамочка, что странно? — спросил Солнышко, только что возвратившийся из коридора.

— Да нет, ничего особенного, — улыбнулась Светлана Ивановна. — Ну, садись, а то все остынет.

— Светлана Ивановна, у вас борщ просто офигительный, — сказала Варенька, жадно проглотив несколько ложек. — То есть я хотела сказать — очень вкусный.

— Это мое фирменное блюдо, — объяснила Светлана Ивановна. — Да нет, никакого секрета. Просто кроме буряка кладешь туда немного… Солнышко, это не тебя?

Снова раздался звонок телефона, однако Солнышко почему-то не кинулся со всех ног к аппарату, а не спеша встал и степенно направился в прихожую.

— Варя, а ведь он к тебе неравнодушен, — вдруг сказала Светлана Ивановна, проницательно поглядев на гостью.

— Кто, Солнышко? — удивленно переспросила Варя. — Почему вы так думаете?

— Ради других девочек он так не наряжается.

Варенька согласно кивнула, но с содроганием подумала, что было бы, вернись Светлана Ивановна на какие-то пол часа раньше. И вдруг, совершенно неожиданно даже для самой себя, спросила:

— Светлана Ивановна, а что бы вы сказали, если бы увидели нас обоих, занимающихся математикой полностью раздетыми?

— В каком смысле? — не поняла Светлана Ивановна.

— Ну, совсем голыми, — решилась Варя. — Даже без трусиков.

Светлана Ивановна от всей души рассмеялась:

— В такую теплынь это было бы совершенно естественно.

Тут в кухню вернулся Солнышко:

— Вася звонил. Сказал, что вернется только вечером — ребята его уговорили пойти в Дом культуры на лекцию.

— На лекцию? — слегка удивилась Светлана Ивановна.

— Ну да, на лекцию какого-то ленинградского профессора, — подтвердил Солнышко. — Что-то о наших Кислоярских древностях.

— А отчего бы вам тоже не сходить послушать? — предложила Светлана Ивановна Варе и Солнышку.

— Не, Светлана Ивановна, я не пойду, — тут же отказалась Варенька. — Тут уже от математики голова кругом идет, куда еще всякие древности!

— А я спать хочу, — признался Солнышко. — Ведь три ночи глаз не сомкнул!

— Ну так ложись и спи, — сказала Варенька. — По себе знаю: самое противное, это когда хочешь спать, а спать нельзя. Или когда наоборот. А я пойду — как говорится, в гостях хорошо, да пора и честь знать. Светлана Ивановна, спасибо за борщ!

— Я тебя провожу, — вызвался Солнышко, тем более что проводы не были длинными: Варя жила всего в нескольких кварталах от Кленовой улицы.

Когда ребята ушли, Светлана Ивановна заметила первый, черновой портрет Вареньки, валявшийся на трюмо возле телефона.

— Ого, а наш художник делает успехи! — вслух подумала Светлана Ивановна. Правда, было не совсем понятно, к чему это больше относится — только ли к художественным талантам ее сына, или к чему-то еще.

* * *

Зная, что пятый автобус курсирует с интервалами в пол часа, Серапионыч всякий раз верно подгадывал, когда ему следует быть на остановке. Автобусы подъезжали почти точно по графику, однако ни Чаликовой, ни Васятки в них не оказывалось, и это заставляло все более волноваться. Время от времени доктор звонил Солнышку, пока, наконец, тот не обрадовал его телефонограммой от Нади, что задание выполнено и они едут в город.

И когда подъехал следующий автобус, доктор с радостью встретил Надю с Васяткой — живых и невредимых. Не менее порадовало Серапионыча, что этим же рейсом приехал и Вася Дубов — также живой и невредимый. Доктор немного удивился, что Чаликова держится как бы сама по себе, а Васятка — вместе с юным Дубовым и другими ребятами, но в душе порадовался, что Васятка уже настолько освоился в «нашем» мире, что способен на равных общаться со своими сверстниками.

Так как ребята никуда не уходили, а прямо на остановке продолжали разговор, начатый в автобусе, то и Надежда с Серапионычем оставались поблизости. Чаликова рассказывала доктору о своих приключениях, но краем уха прислушивалась к беседе Васи Дубова и его друзей.

— Ну, давайте разбегаться, что ли? — предложила Люся, чувствуя, что проболтать они могут хоть до ночи.

— Постойте, я тут вспомнил одну вещь, — Генка чуть театрально хлопнул себя по лбу. — Скоро начнется лекция в Доме культуры. Кто со мной?

— А что за лекция? — заинтересовались ребята.

— Что-то историческое. Всякие тайны, открытые при раскопках.

— Я пойду, — тут же вызвалась Люся. — В газете что-то писали об исследованиях одного ученого, как его…

— Кунгурцева, — подсказал Генка.

— Вот-вот. И он будто бы откопал в наших окрестностях много такого, что и не снилось исследователям в каком-нибудь Риме или Египте!

— А ты, Маша? — спросил Генка.

— Нет, я сегодня не смогу, — с некоторым сожалением ответила Маша. — И рада бы… Ну ничего, ты мне потом все расскажешь.

— А ты, Митя?

— У меня денег на билет нету.

— Ничего, моя сестра там работает, она нас «на халяву» проведет, — искушал Генка.

— Ну, тогда другое дело! — громогласно обрадовался Митька.

— А ты, Вася? — обратился Генка к Дубову.

Надежда уже почти откровенно слушала разговор ребят, а теперь чуть не молила судьбу, чтобы Вася отказался. Но он, конечно же, согласился:

— Что за вопрос, пойду обязательно. Сначала только домой позвоню, чтобы не волновались.

Надю немного удивило и даже задело, что Генка не позвал Васятку, но эту оплошность исправил Митька:

— А ты, Васятка, с нами идешь?

— Нет… Я не смогу, у меня дела, — чуть смешавшись, отказался Васятка.

— Ну и как нам теперь быть? — задалась Надежда практическим вопросом, когда Маша направилась в одну сторону, а остальные — в другую.

— Вообще-то я бы не прочь сходить на лекцию, — задумчиво произнес Серапионыч. — Хотя бы даже с чисто познавательной точки зрения, не говоря уже чтобы присмотреть за нашим подопечным… Но кто знает, во сколько она кончится? А нам еще нужно до Городища добраться.

— Думаю, теперь уже и Анна Сергеевна поняла то, что Каширскому было ясно с самого начала — что затея обречена на провал, — сказала Надя. — К тому же их вовсю ищет милиция.

— Как вы говорите — милиция? — переспросил Серапионыч. — Ну, тогда нам вообще не о чем беспокоиться.

— А что, милиция нам поможет? — удивленно спрсил Васятка.

— Наша милиция, друг Васятка, нас бережет, — засмеялся доктор. — Наденька, я тут совсем поиздержался на предмет «двушек», не одолжите ли одну?

Чаликова достала из сумочки кошелек:

— Хоть дюжину. Но сперва позвоню Солнышку. Поблагодарю за помощь.

— И скажите, что он может быть свободен, — попросил Серапионыч. — Ведь задание-то выполнено.

— Постойте, а как же эта, как ее, лекция? — забеспокоился Васятка, когда Надя удалилась в телефонную будку.

— В том, что лекция пройдет с полным успехом, я не сомневаюсь, — заверил доктор, хотя Васятка, конечно же, имел в виду совсем другое.

— Вам всем привет от Солнышка, — сказала Надя, выходя из будки. — Кстати, он спрашивал, можно ли теперь рассказывать о нашей «шпионской» миссии.

— И что вы ответили?

— Я ответила, что вообще-то не положено, но родителям можно. А что, не надо было?

— Да нет, ничего, — рассмеялся доктор. — Все равно Солнышку никто не поверит — решат, что это его фантазии.

— А ну как поверят?

78
{"b":"760","o":1}