ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Увы, — вздохнул Покровский и помешал варево длинной деревянной ложкой. — Но ты не беспокойся — и я, и мои друзья, мы все поможем тебе вернуться на верный путь… — Поняв по взгляду девушки, что сказал что-то не то, Иван замолк.

— Погоди, Ваня, — удивленно заговорила Марфа, — что значит на верный путь? Разве твои друзья не говорили тебе, кто я такая?

— Ну, вообще-то говорили, — нехотя согласился Покровский, — но зачем старое ворошить? Главное, что ты вернулась в человеческое обличье, а все остальное пустяки!

— A все-таки? — допытывалась девушка.

— Ну, будто бы тебя заколдовали в наказание за… — Иван пытался подобрать наиболее мягкие выражения того, за что наказали Марфу, но в голове, как назло, вертелись только неприличные слова. — Ну, в общем, за нехорошее поведение…

— Чего? — Марфа уставилась на Ивана, по-лягушечьи выкатив свои прекрасные серые глаза.

— A что, разве это не так?

— Я — Марфа, из рода князей Шушков, превращенная в лягушку по указанию князя Григория, мужа и убийцы моей двоюродной сестры Ольги. — Все это Марфа произнесла как-то устало и даже грустно.

— Ух ты! — несколько невпопад изумился Иван. — Как жаль…

— Тебе жаль, что ты освободил из многолетних пут не падшую девицу, а княжну? — покачала головой Марфа. — Может быть, если бы ты знал, кто я на самом деле, то не стал бы этого делать?

— Нет, ну почему же, — совсем смутился Покровский, — я очень рад, что помог Вашей Светлости вернуть прежний облик. Только видишь ли, Марфа, выходит, что меня просто использовали… Но я не в обиде!

— Как это, использовали? — Марфа с удовольствием отпила глоток чая. И хоть заварен он был на болотной водице, но в сочетании с черносмородинной заваркой из пакетиков вкус получился неожиданно приятным.

— Когда мне предложили отправиться на твои поиски, то нажимали в основном на чувство сострадания — нужно, мол, освободить бедняжку из лягушачьей шкуры, — объяснил Иван. — A про то, что ты княжна, ни слова. Но я на своих друзей без претензий — они люди порядочные и дурного дела не стали бы предлагать в любом случае.

— A что это за друзья такие? — пристально глянула Марфа на Ивана. — Можешь не называть их имен, скажи только, откуда они — из Белой Пущи, из Царь-Города, из Новой Ютландии? Или еще откуда?

— Из Кислоярска, — простодушно ответил Покровский. Княжна промолчала, но ясно было, что это название мало о чем ей говорит. Ну разве что о Кислоярском царстве. — A их имена никакой тайны не представляют — это частный детектив Василий Дубов и журналистка Надежда Чаликова.

Марфа кивнула, хотя ни имена, ни род занятий тоже ничего ей не говорили. Возможно даже, что названия профессий она приняла за какие-то неведомые ей заморские почетные титулы.

Тем временем Иван снял с костра котелок и поставил его прямо на кочку перед Марфой:

— Прошу к столу!

Княжна зачерпнула немного варева в ложку и, подув, осторожно проглотила.

— Ну как? — чуть заметно улыбнулся Покровский.

— Бесподобно! — совершенно искренне ответила Марфа. И ничего удивительного — даже столь незатейливая стряпня могла показаться изысканным блюдом после двух сотен лет питания мошками, комарами, бузиной, осотом и прочими дарами болота.

— Как же я не сообразил сразу, — заговорил Покровский, — что здесь что-то не так. Например, что я должен проводить тебя не куда-нибудь, а прямо в королевский замок.

— Вот оно что! — протянула Марфа. — A ведь именно туда, к королю Иову, я и бежала от злодея Григория. Он ведь сгубил всю мою семью — и отца с матерью, и дядю, и сестру Ольгу… — Не очень красивое, но чем-то необычайно привлекательное лицо княжны на миг омрачилось. — Да, я должна идти в замок. Немного огляжусь, а потом решу, что делать дальше, если, конечно, твои друзья уже этого не решили за меня… O, уже вот-вот начнет темнеть. Так что скоро пойдем. — Марфа зачерпнула еще ложку похлебки с кусками грибов и с удовольствием проглотила.

— A я, по правде говоря, не очень-то в тебя верил, — признался Покровский. — Думал, что все это просто красивая легенда.

— Но ведь сюда пошел? — проницательно глянула на него княжна.

— A отчего ж не пойти! Если честно то, мне здесь нравится, — ответил Иван, — тишина, покой… Вот как вернусь домой, непременно напишу поэму о том, какие чудеса на свете творятся.

— Ты еще не знаешь всех здешних чудес, — вздохнула Марфа. — Вот, помню… когда ж это было? И счет годам потеряла. Давно, хоть к тому времени я уж долго в лягушках прожила. Как-то вижу — едет прямо по болоту золотая телега, запряженная четверкой черных коней. A на телеге — хрустальный гроб. Подскакала я поближе и увидала, что куда кони идут, там болота расступаются. A лошадьми правит тот самый колдун, что надо мною надругался. Тут я недолго думая вскочила сзади на телегу и спряталась в уголке. A колдун правит прямо к Черной трясине, это самое топкое место на наших болотах. A как раз посреди трясины стоит такой как бы островок с невысоким пригорком — туда-то он гроб и завез. Я спрыгнула с повозки и в траве затаилась — жду, что дальше будет. A колдун стащил гроб с повозки и поставил его прямо на землю. Открыл крышку, а там женщина лежит. Этот колдун что-то над ней проговорил, должно быть, какое заклинание. A когда крышку закрывал, то пробормотал так злорадно: «Ну все, Наталья Кирилловна, лежи здесь до скончания веков, пока за тобой твой внучек не явится!». И захохотал так, что вся трава полегла. A потом сел на повозку и обратно поехал. A за ним дорога опять в болото превраща… Ваня, что с тобой? — перебила сама себя Марфа, увидев, как побледнел ее слушатель.

— Наталья Кирилловна, — прошептал Покровский. — Значит, это она…

— Кто — она?

— Баронесса Наталья Кирилловна Покровская, бесследно исчезнувшая более полутора века назад. Моя прабабушка.

— Да что ты говоришь! — изумилась Марфа.

— Все сходится, — радостно подхватил Иван. — В бумагах моего предка барона Саввы Лукича, супруга Натальи Кирилловны, сохранились сведения о его знакомстве с неким Херклаффом. И похоже, что это тот самый колдун, что заколдовал и тебя, и мою прабабушку.

— Ну, меня-то понятно почему, — вздохнула Марфа, — чтобы убрать еще одну помеху князя Григория на пути к власти. A Наталью-то Кирилловну зачем?

— A вот это мы от нее самой и узнаем, — заявил Иван. — Хотя выяснилось, что я к тем баронам Покровским прямого отношения не имею, но попытаться можно.

— И не думай! — замахала руками княжна, едва не опрокинув котелок. — Там ведь топи непролазные. A этот колдун, как из трясины выбрался, наложил на нее страшное заклятие, и теперь там не только человек не пройдет — даже лягушка не проскочит.

— A я все-таки пойду, — упрямо повторил Покровский. — Вот провожу тебя в королевский замок, и… Постой, но ведь в замке теперь нет короля. Будто бы какие-то лиходеи свергли Александра с престола, а на его место посадили кого-то другого. Так что не знаю, стоит ли тебе туда идти?

— Пойду в замок, — решительно заявила Марфа. — Не съедят же меня там, в самом деле!

— Не съедят, пожалуй, — вынужден был согласиться Иван, еще не знавший о недавних нашумевших событиях в королевском замке.

— Я тоже так думаю, — улыбнулась княжна. — Но тебе со мною лучше туда не идти.

— Ну, как знаешь, — пожал плечами Иван. — Да, уж вечереет. Пора. Кажется, и одежка совсем высохла. — Покровский встал и принялся укладывать вещи в рюкзак. Марфа, как зачарованная, глядела на угольки догоравшего костра.

— A ты куда? — спросила княжна, легко вскочив. Иван привычно накинул рюкзак на плечи:

— В корчму. A завтра попрошу водяного, чтобы провел меня к этой, как ты сказала, Черной трясине. — И, заметив протестующий жест княжны, добавил:

— Но я буду осторожным, ты не беспокойся.

За разговорами они довольно быстро прошли по сквозной «грядке», менее заросшей кустарником, чем та, ставшая роковою для Марфы, миновали опавший клен, а когда тропинка вывела их на дорогу, уже почти стемнело.

71
{"b":"761","o":1}