ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Я поеду, — тут же вызвался Дубов. — Надо же, в конце концов, выяснить, в чем тут дело.

— Тогда и я с вами, — голосом, не допускающим возражений, заявила Надя Чаликова.

— Видимо, придется поехать и мне, — не очень охотно предложила баронесса фон Ачкасофф. — Ведь из всех нас я одна знаю Гороховое городище как свои пять пальцев.

— А как вы, Ольга Ильинична, насчет увеселительной поездки к ведьмам, чертям, упырям и привидениям? — галантно обратился к писательнице майор Селезень.

— Ах нет, это не мой жанр, — уклонилась от заманчивого предложения госпожа Заплатина. — Но я буду вас ждать. Самоварчик разогрею…

* * *

Горохово городище, куда медленно, но неотвратимо направлялся «Джип» майора Селезня, располагалось неподалеку от «Жаворонков», через шоссе, и представляло собою пологий лысый холм с многочисленными следами археологических раскопок — кстати говоря, немалая их часть принадлежала госпоже фон Ачкасофф. На вершине холма в рассеянном свете огромной круглой луны явственно виднелись два столба, возле которых, по словам Василия Дубова, «испарился» маг и чародей Каширский.

— Ах, да нынче же полнолуние! — вдруг воскликнула баронесса. — А именно в такие ночи, по местным поверьям, здесь пуще всего орудует нечистая сила!

— Бабкины сказки! — вновь заявил майор Селезень, уверенно проводя машину между ямами и камнями вверх по склону. Но на сей раз его заявление уже не звучало столь безапелляционно.

Прямо перед столбами Селезень притормозил «Джип»:

— Так, проход широкий. Ну что, поехали?

— Поехали! — отчаянно махнул рукой Василий, и майор решительно нажал на газ. Баронесса украдкой перекрестилась.

* * *

Ничего не изменилось. Только ветерок вдруг угомонился и стало тихо-тихо. Смолкли и птицы.

— Ну что, никуда мы не пропали, — нарушил тишину майор Селезень. — Я же говорил — бабкины сказки!

— Чует мое сердце, что-то тут не так, — прошептала Чаликова. — Давайте лучше возвратимся, пока не поздно.

— А и вправду, Наденька, возвращайтесь, — подхватил Дубов. — Не женское это дело — преступников ловить. Вдруг он где-то затаился и готовится превратить нас в каких-нибудь жаб!

— Селезень жабе не товарищ, — ухмыльнулся бравый майор. — Так куда, вы говорите, сбежал ваш злодей Каширский?

— Да никуда он не сбежал, — пробурчал Дубов, — просто исчез, будто испарился.

— Ясно, на то он маг и чародей, — резюмировал Селезень. — Или, вернее, фокусник и шарлатан. Но мы-то с вами нормальные люди и никуда испаряться не станем. — С этими словами майор начал осторожно спускать «Джип» вниз по склону. — Госпожа баронесса, что у нас там дальше за холмом?

— Болото, — кратко ответила баронесса.

— Нет, пожалуй, по болоту моя колымага не проедет, — прикинул Селезень, — да еще и ночью. Так что обогнем городище и вернемся на шоссе.

— И все-таки, хоть убейте, что-то тут не так, — прислушавшись к обволакивающей тишине, сказала Чаликова. — Александр Иваныч, давайте все же возвратимся и проедем назад между этими столбами. Пока не поздно.

— Тут не развернуться, — бросил майор, — иначе можно навернуться. — Ха-ха-ха! — Раскатистый гогот Александра Иваныча так неестественно прозвучал в мертвой тишине, что баронесса фон Ачкасофф даже вздрогнула и еще раз перекрестилась.

— Пока майор не грянет, баронесса не перекрестится, — пошутил Дубов, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. А Селезень тем временем уверенно правил «Джип» туда, где должно было проходить Кислоярско-Прилаптийское шоссе, к которому, в свою очередь, примыкала дорога на «Жаворонки».

Однако вместо колдобистого, но все же когда-то заасфальтированного шоссе они попали на узкую проселочную дорожку, по которой майорский «Джип» мог бы проехать с трудом, а уж две машины не разъехались бы ни коим образом. К дороге почти вплотную приступал дремучий лес, казавшийся особо зловещим в мерцающем свете фар.

— Баронесса, из нас вы лучше всех знаете здешние места, — сказал Василий. — Что это за проселок?

— Да нет, в районе городища ничего подобного не было, — ответила баронесса фон Ачкасофф. Она, кажется, была удивлена более других. — И такого густого леса здесь нигде нет.

— Тогда проведем рекогносцировку местности. — Покопавшись под сидением, майор извлек армейский компас и автомобильный атлас. — Значится, так. Там у нас север, там запад, там восток… По всем приметам, это и должно быть наше шоссе. Там — Кислоярск, а там — Прилаптийск. Но поскольку это не шоссе, то предлагаю двигаться по данной дороге, пока во что-то не упремся. Возражения есть? — И, не дожидаясь возражений, Селезень осторожно двинул «Джип», судя по атласу и компасу, в направлении Прилаптийска.

Однако дорога с каждым шагом становилась все уже и извилистее и тем самым — все непроходимее даже для майорского «Джипа», который, как это частенько случается в самый неподходящий момент, начал чавкать, фыркать, а потом и вовсе встал, как вкопанный. Посовещавшись, путники решили оставить автомобиль на дороге, а сами пешком отправиться назад.

— Дорогу хорошенько запомним, а утром сюда вернемся и попытаемся его починить, — предложил Дубов. А Чаликова вполголоса продекламировала:

Бесконечны, безобразны,
В мутной месяца игре
Закружились бесы разны,
Будто листья в ноябре…
Сколько их! куда их гонят?
Что так жалобно поют?
Домового ли хоронят,
Ведьму ль замуж выдают?

— Похоже, что действительно бес попутал, — констатировал Селезень. — В лице мерзавца Каширского. Ну погоди, фокусник чертов, лучше мне на глаза не попадайся! — А вы говорили — бабкины сказки, — не удержалась баронесса. — И теперь то же говорю, — заявил майор. — Все это, — он окинул дорогу и лес, — результат его поганого гипноза. Но ничего, со мной этот номер не пройдет! Вскоре путники вернулись на то место, откуда проглядывался холм Горохового городища. Столбы на вершине ясно виднелись в свете полной луны. — Может, все-таки поднимемся? — вновь предложила Надя.

— Умный в гору не пойдет, — пробасил Селезень. — Да ведь мы договорились никуда не сворачивать, а то плакал мой «Джипик». А он мне дорог как память.

Похоже, на сей раз направление было взято более верное — дорога не становилась ни уже, ни запущеннее. Правда, шире она тоже не становилась. И вдруг на обочине показалась какая-то ветхая избушка наподобие сруба.

— Точно такую же я видела в Новгородском этнографическом музее, — заметила баронесса. — Тринадцатый или четырнадцатый век.

— Может, постучимся? — неуверенно предложила Чаликова.

— Не стоит людей будить, — возразил майор. — Сами разберемся.

— Каких еще людей? — сладко зевнул Василий. — Ведь все это — результат гипноза! Или вы, Александр Иваныч, больше так не считаете?

— А, какая разница, — буркнул майор и прибавил шагу, так что остальные едва за ним поспевали.

— Ничего, скоро взойдет солнце и наваждение исчезнет, — промолвила Чаликова. Но в ее голосе совсем не чувствовалось уверенности…

* * *

Короткая летняя ночь прошла, но наваждение не исчезло: по-прежнему перед путниками лежала пустынная дорога, по обеим сторонам которой чернел дремучий лес, однако, в отличие от городища и его окрестностей, воздух уже не был наполнен гулкой тишиной — из леса доносился птичий свист, изредка перебиваемый тоскливыми завываниями.

— Как бы нам не достаться волкам на завтрак, — вздохнул Дубов.

— Волков бояться — преступников не ловить, — выдал дежурный афоризм майор Селезень. — И вообще, друзья мои, давайте определимся: где мы, что мы и куда мы. — С этими словами майор извлек из кармана кожаной куртки компас и произвел какие-то одному ему ведомые замеры. — Позвольте вас поздравить: мы движемся если не по Прилаптийско-Кислоярскому шоссе, то по дороге, строго параллельной оному. Наверное, тут существует какая-то старая дорога, которую забросили, когда провели шоссе?

3
{"b":"762","o":1}