ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Безумнее всяких фанфиков
Земля лишних. Треугольник ошибок
Прах (сборник)
Проклятие Пражской синагоги
Viva Coldplay! История британской группы, покорившей мир
Струны волшебства. Книга первая. Страшные сказки закрытого королевства
Мальчик из джунглей
Дело о бюловском звере
Крушение пирса (сборник)
Содержание  
A
A

Слово взяла баронесса:

— Дорога, ведущая в Прилаптийск через Кислоярск, или так называемый Северный тракт, возник в первой половине восемнадцатого века и довольно долго, более двух столетий, оставался в почти неизменном виде. Когда проводили шоссе, то, конечно, некоторые места спрямили, но в районе Кислоярска новая дорога почти полностью совпадает со старой. Так что это не то, что вы предполагаете.

— Тогда что же? — задался риторическим вопросом майор Селезень. — Судя по всему, нам до Кислоярска осталось шагать не более трех-четырех километров, и до сих пор никаких признаков разумной жизни, если не считать той новгородской избушки. Какие будут предложения?

— Вернуться назад, починить «Джип», подняться на городище и проехать между столбов, — вновь повторила свое предложение Чаликова. — Только так мы имеем шанс вырваться из этой загадочной виртуальной реальности.

— Это всегда успеется, — возразила баронесса, поплотнее запахнув фуфайку, одолженную у писательницы Заплатиной. — А лично мне интересно, что мы тут еще увидим!

— Мне, признаться, тоже, — поддержал Дубов. — Если майор прав и все это сотворено магией господина Каширского, то каковы же тогда истинные масштабы его способностей! И страшно подумать, что может случиться, если его вовремя не остановить. Нет, я должен выяснить все до конца. Но вы, Наденька, конечно же, возвращайтесь, я не вправе рисковать вашей жизнью!

— Вы же знаете, Вася, что я вас не оставлю, — понизив голос, ответила Чаликова.

— Спасибо, Надя, — растроганно вздохнул Василий.

Вдруг майор Селезень, который во все время пути внимательно поглядывал по сторонам, громогласно сообщил:

— Вижу человека!

И действительно — приглядевшись, его спутники увидели приземистую фигуру, медленно бредущую им навстречу. По мере взаимного приближения оказалось, что это пожилой седобородый мужичок в лаптях и латаной-перелатаной одежке.

— Здоров, мил человек! — стараясь сдерживать могучий голос, поприветствовал мужичка майор Селезень.

— Здоровы, добрые люди, — ответствовал мужичок, с откровенным любопытством оглядывая незнакомцев. — Куда путь-дорожку держите?

— Скажите, дедушка, далеко ли до Кислоярска? — спросила Чаликова.

— Это докудова? — задумался старичок. — А, до Царь-Города! Сразу видать, что вы не тутошние. Это раньше, уж давно тому, он прозывался Кислоярской Слободой, а нынче — Царь-Город. Да недалече, версты две будет. Ну, счастливого пути, люди добрые. — И мужичок поплелся дальше.

— Постойте, — окликнул его Селезень. — А вы куда направляетесь — уж не на Горохово ли городище?

— Куды-куды? — обернулся старичок.

— Ну, на пригорок с двумя столбами, — уточнила баронесса.

— Свят-свят-свят! — с нескрываемым ужасом пробормотал прохожий и чуть не бегом засеменил прочь. А наши путники принялись на ходу анализировать свежую информацию.

— Такое впечатление, что мы перенеслись на несколько веков назад, — высказался Дубов. — А каково ваше мнение, госпожа историк?

— Кислоярск упоминается в летописях с двенадцатого века, — с готовностью выдала справку баронесса, — и действительно, тогда он назывался Кислоярской Слободой. Но в середине семнадцатого века, получив статус города, стал именоваться Кислоярском. А названия Царь-Город, насколько известно, он никогда не носил.

— Я поняла! — воскликнула Надя. — Мы попали не в прошлое, а в будущее!

— Какое же это будущее? — подивился Селезень. — Будущее — это космические ракеты, суперкомпьютеры, ну там, уж не знаю, всякие бластеры-шмастеры…

— Совершенно верно, — не стала спорить Чаликова. — Может быть, где-то все это и есть, и даже многое другое, чего господа фантасты и вообразить не могли. А Кислоярская республика, объявившая себя суверенной от всего и вся, в конце концов окончательно изолировалась от внешнего мира и пошла по пути регресса: дороги заросли бурьяном, народ поистрепался, кругом темнота и дикие суеверия… Вспомните, как этот бедный человек задрожал, когда мы упомянули о Гороховом городище!

— Ясно одно, — подытожил Дубов, — куда бы мы ни попали — в прошлое, в будущее, в гипноз Каширского, в виртуальную реальность, в реальную виртуальность — мы должны вести себя предельно осторожно и ни в коем случае не «высовываться».

С этим предложением никто спорить не стал.

* * *

Вскоре лес расступился, и путникам все чаще начали попадаться огородики с торчащими там и сям бревенчатыми избенками, да бедные люди, которые при виде подозрительных незнакомцев спешили поскорее спрятаться. Собаки же, напротив, выбегали на дорогу и брехали во всю глотку, так что майору пришлось даже пару раз их зычно шугануть. Тихий вход в город становился все более проблематичным.

Наконец, за очередным поворотом показался Царь-Город, вернее — высокая белокаменная стена с башнями, охватывающая его по неправильной замкнутой кривой.

— Фрагменты этой стены и некоторых башен сохранились и поныне, — не удержалась от очередной исторической справки госпожа Хелена. — Стена была разрушена в середине шестнадцатого века при междоусобных военных действиях, а в дальнейшем почти не восстанавливалась, так как утратила фортификационное значение.

— Значит, мы попали в Кислоярск до шестнадцатого века? — уточнил Василий.

— Выходит, что так, — не очень уверенно подтвердила баронесса. А Чаликова с сомнением покачала головой.

— Ну и как мы туда пройдем? — задался практическим вопросом майор Селезень. — Фортификационные методы явно отпадают…

— Может, вернемся? — в очередной раз предложила Надя.

— Ни за что! — возмутилась баронесса. — Ведь это живая история! И неужели вас, дорогая госпожа Чаликова, не прельщает возможность написать сенсационную статью о путешествии во времени? Да будь я журналисткой, я бы на вашем месте… — Баронесса не договорила, но мысль была ясна и так.

— Да я ничего, — смутилась Надя. — Просто нас тут встречают, кажется, не слишком ласково…

Последнее замечание относилось к дюжим охранникам в красных кафтанах и черных шапках, которые стояли в узких воротах, грозно скрестив длинные навостренные секиры.

— Кто такие? — грубо спросил один из них, едва путники поравнялись с воротами. Дубов уже собрался было пустить в ход весь свой дипломатический талант, Чаликова — женское обаяние, а баронесса — архаические обороты речи, но майор Селезень все испортил:

— Что, служивые, майора Селезня не узнаете, мать вашу растак да разэдак?! Да я вас, тра-та-та и та-ра-рам…

— Все ясно, это те самые, — спокойно сказал второй стражник, выслушав содержательную речь Александра Иваныча.

— Что значит «те самые»? — возмутился Василий, но тут из-за ворот появились еще несколько стрельцов в таких же черных шапках и грубо потащили наших путешественников в затхлый мрачный подвал прямо под крепостной стеной.

— Сидите тут и не шумите, — таковы были последние слова, которые они услышали перед тем как тяжелая дверь с лязгом захлопнулась.

— Ну что, майор, допрыгались? — с упреком сказала Надя, пытаясь поудобнее устроиться на куче полусгнившей соломы.

— А я что? А я ничего, — смущенно оправдывался Селезень. — Надо же было показать им, кто мы такие!

— Ну и кто же мы теперь такие? — усталым голосом переспросила Чаликова. — Мы пришли сюда с самыми благими намерениями, вернее сказать, вообще безо всяких намерений, а теперь они по вашей милости будут считать нас всех грубиянами и матерщинниками!

— Ну, разве это матерщина! — ласково пробасил майор. — Вот, помню, однажды я так выразился на маневрах — аж сам от стыда покраснел!..

Пока журналистка и майор лениво препирались, историк и детектив времени зря не теряли. Дубов, приняв позу роденовского Мыслителя, предался своему излюбленному дедуктивному методу, а госпожа Хелена в тусклом свете, с трудом просачивавшемся сквозь зарешеченное окошко под закопченным потолком, изучала каменную кладку и поминутно приходила в археологический восторг:

— Подумать только, как много из исторических фактов до нас просто не дошло! Я, например, только сейчас впервые узнала, что подвалы под крепостными стенами использовались под тюрьму.

4
{"b":"762","o":1}