ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В глазах Дубова сверкнула озорная искорка:

— …если вас интересуют картины Врубеля, то причем тут мое сердце?

Баронесса поняла, что попала впросак, и стушевалась. Отпустила пиджак. И уж совсем как-то машинально пожала плечами. Дубов не спеша направился к дверям, она его не удерживала. Госпожа Хелена стояла будто в задумчивости посреди своего дома-музея, словно сама превратившись в экспонат. Лишь когда хлопнула дверь, баронесса обернулась и, криво усмехнувшись, погрозила пальцем мумии фараона:

— Говорила же я тебе: не путай любовь с наукой!

* * *

Выйдя от баронессы, Дубов решил прогуляться пешком по городу. Немного проветриться и поразмыслить. И как-то совершенно незаметно ноги сами привели его на угол Матвеевской и Родниковой. То есть в то самое место, где была найдена угнанная «Латвия». Детектив по привычке размышлял: «Район, конечно, шебутной: хулиганы, пьяницы, мелкие спекулянты типа „спиртик-водочка“. Но никакие террористы и путчисты здесь не обитают, такие живут в более престижных районах города. Что здесь делать наемным бандитам? Оружием тут не торгуют, по крайней мере, приличным. Развлечься? Так ведь и „приличные девочки“ в этом районе не водятся. Что им здесь делать? В смысле, наемникам. Может, действительно водитель микроавтобуса что-то приврал? Хотя все равно непонятно — зачем?»

И тут плавный ход мыслей детектива был нарушен самым бесцеремонным образом — кто-то подошедший сзади закрыл Дубову глаза и спросил сладким голосом:

— Васенька, а ну-ка отгадай Сашульчика по голосу!

— Мешковский!.. — простонал Дубов.

Для жителей Кислоярска этого было вполне достаточно, чтобы понять, какая чума внезапно свалилась на детектива. Для остальных же поясним. Александр Мешковский в свое время был видной фигурой в культурной жизни города. Всяческие шоу, презентации и инсталляции не обходились без его участия. А потом… А потом Мешковский начал пить. Злые языки поговаривали, что проблема в его сексуальной ориентации: мол, прекратились гонения на голубых, так они и растерялись. Это, конечно же, было не так. Просто Сашульчик потерял веру в свой талант. Это был, так сказать, затянувшийся творческий кризис, вроде самолета, попавшего в штопор. Когда уже не слушаются рули и земля стремительно приближается все ближе и ближе… А стихийным бедствием Мешковский стал благодаря своим бесконечным монологам. И спорить с ним выпившим, а выпивши он был всегда, было бесполезно, потому как он жутко обижался и начинал изображать из себя «уличную девку». Хотя настоящие уличные девки сгорели бы от стыда при виде такого поведения.

Так что у Дубова было два выхода, один другого краше: либо скандал, либо выслушать порцию бессвязной болтовни и потихонечку смыться. Василий не любил шумных и непристойных сцен, а потому предпочел второй вариант. А Мешковский уже извергал фонтаны слов, даже не интересуясь, слушают ли его:

— …А друзья называли Чайковского любовно «чайничек». И хотя у нас совершенно уснуло правосудие, «золотой век» поэзии уже позади. В связи с этим, я думаю, надо признать все же, что водка лучше виски и Тихона Хренникова. Он не умел писать письма, а я, наверное, съезжу в Австралию. Так, на недельку…

Дубов мало обращал внимания на всю эту болтовню и лишь кивал головой время от времени, стараясь изобразить заинтересованность.

— …Им, конечно, далеко до Генриха Манна, но зато какие смелые и наглые. И с автоматами. Это здорово возбуждает, — продолжал изливаться Мешковский.

Дубов же при слове «автоматы» профессионально насторожился. — Всю ночь мы разговаривали. А наутро их уже не было. Как жаль, как жаль, — опечалился Мешковский и даже, похоже, решил пустить слезу, но не выжал. Что его еще больше огорчило. — Полный стол водочки, а поговорить не с кем. Может, вы заглянете ко мне, Василий Николаевич?

— Загляну, — решительно ответил сыщик, что даже на секунду сбило Сашульчика с толку. Но лишь на секунду. Думать он был не любитель, а жил лишь эмоциями.

— Вы мне всегда нравились, Василий, — с пафосом произнес Мешковский. — Вы грубоваты и малопрезентабельны, но я вас понимаю. Пойдемте ко мне. Я покажу вам письма Чайковского к Жириновскому.

* * *

Беспорядок в квартире Мешковского был продолжением беспорядка в его голове. Богемно, со вкусом и немного грязно. Василий знал Сашульчика и потому знал, что выудить что-либо из него можно только между первыми ста граммами и вторыми ста граммами. В этом промежутке Мешковский был более-менее вменяем. А потому, как только они сели за стол и выпили по рюмке, Дубов стал наседать на него с вопросами.

— Где это вы, Сашульчик, так разжились водочкой? — как бы невзначай поинтересовался сыщик. — Да и продуктов, я вижу, целая куча… Должно быть, нашлись богатые спонсоры?

— О, да-да, — радостно подхватил Мешковский, — такие спонсоры! Такие симпатичненькие мужчинки! — Тут Сашульчик испуганно смолк. — Ах, ведь их главный предупреждал, чтобы я молчал об их визитации!

— Вот как? — удивился Василий. Или сделал вид, что удивился. — Странно. Обычно господа спонсоры не очень-то любят скромничать — наспонсорят на полушку, а шуму… — Детектив доверительно понизил голос: — Но мне-то вы можете все рассказать, я вас не выдам.

— О да! — томно повел глазками в сторону бутылки радушный хозяин. — Если бы вы, Васенька, были поэтом, то я сбацал бы в «Железке» вашу репрезентацию, а в спонсоры непременно позвал тех противненьких мужчинок.

— А что это за мужчинки? — Василий решил идти напролом, так как знал по опыту, что еще минут десять — и Сашульчик совершенно перестанет быть пригоден к деловому употреблению.

— Ах, это такие мужчинки! — вздохнул Мешковский. — Я им так старался приглянуться — и все мои усилия не вызвали в их душах ответных поползновений. А их главненький очень заинтересовался альбомом «Обитатели Кислоярского зоопарка», а когда я его напрямую спросил, нравлюсь ли я ему, то он ответил, что предпочитает любить всяких зверушек и собирается наутро отъехать в деревню, где пленэр наполнен разными козочками, коровками, свинками, лошадками… Да вы сами поглядите!

Вскочив из-за стола, Мешковский подошел к книжному шкафу и снял с полки зоопарковский альбом, зажатый между Бхагавадгитой и перепиской Рихарда Вагнера. Однако на соседней полке вместо книг стоял запасной графинчик, отнюдь не пустой, и рюмочка. Сашульчик отложил альбом в сторонку, налил себе водочки и залпом выпил. Такого поворота Дубов никак не ожидал. Он, однако, попытался задать еще один вопрос:

— А как звали их главненького?

Но было поздно: Мешковский, игриво покачивая бедрами, уже следовал к проигрывателю. И Василий понял, что ему, скорее всего, придется довольствоваться теми скромными сведениями, что удалось извлечь из Сашульчика в небольшом перерывчике между первой и второй.

Проблески разума в красных глазах Мешковского окончательно погасли. К тому же в комнату вплыл некий худосочный господин и плавно перетек за стол. Его маленькие детские ручки ловко замелькали, закидывая в рот селедку под маринадом, сливовый джем, копченый шпек и апельсин. Все это стремительное поглощение пищи обильно запивалось водочкой, как водой. И в полном молчании. Дубов в очередной раз за сегодняшний день был поражен. Мешковский же распахнул свои любвеобильные объятия:

— Све-е-етик!

Но тот человечек, которого он называл Светиком, никак не реагировал на приветствия Сашульчика. Ну разве что хрюкнул. Правда, довольно дружелюбно.

При этом опуская яблоко в карман пиджака, а куриную ножку за пазуху. Мешковский попытался облобызать Светика, но тот мягко уклонился, и хозяин попал рукой в винегрет. Светик аккуратно извлек руку Сашульчика из тарелки, аккуратно же облизал пальцы и снова погрузился в процесс забрасывания еды в рот и карманы. Тогда Мешковский просто поцеловал его в макушку и перенес свое внимание на проигрыватель. А комната тем временем наполнялась людьми, возникавшими, казалось бы, из ниоткуда. Кто-то уже шурудил в холодильнике, деловито гремя банками. А кто-то рылся в шкафу, выкидывая прямо на пол цветастые галстуки Мешковского. Сам же хозяин наконец запустил добитую радиолу, и по квартире понеслись истерические вопли Пугачевой: «…все могут короли… я так хочу, чтобы лето не… как айсберг в океане… какой был полковник!»

45
{"b":"762","o":1}