ЛитМир - Электронная Библиотека

Разжав стиснутые пальцы, Эмили отпустила шею отключившегося противника и, тяжело дыша, встала на ноги. Сглотнула и, убедившись, что во рту нет привкуса крови, она тряхнула волосами, распуская их, а затем снова забрала наверх. Хитон пришлось придержать рукой, чтобы он не сполз вниз. Последним своим рывком воин попал кинжалом в брошь, скрепляющую на плечах края хитона, и повредил крепление. Брошь пришла в негодность, и теперь незафиксированная ткань, то и дело норовила оголить не только плечо, но и грудь. Эмили чертыхнулась.

— Не самая большая плата за одержанную победу, верно?

Эмили вздрогнула и резко обернулась, готовая снова вступить в схватку. Единственное, о чем она жалела, так это о том, что не успела вытащить кинжал из-под тела поверженного врага.

— Я гораздо более безобидна, чем мои слуги, — мягко проговорила стоящая напротив нее Ариадна.

Эмили расслабилась, но ненадолго. Обманчивая невинность этой девушки, почти девочки, внушала больше опасений, чем грозный вид напавших на нее ранее воинов.

— Позволь усомниться в этом, — спокойно проговорила Эмили.

В ответ она получила широкую и солнечную улыбку, от которой действительно стыла кровь в жилах.

— А ты умнее, чем кажешься. Любопытно…

— Ты опаснее, чем выглядишь. Это тоже интересно.

С минуту Эмили молча стояла, в то время как Ариадна, словно ядовитая змея, медленно кружила вокруг нее, всматриваясь в ее лицо, будто ища в нем что-то.

«Сумасшедшая. Такая же, как и ее отец. С ней нельзя будет договориться…»

— Почему твои слуги напали на меня? — Эмили первой прервала затянувшуюся паузу.

— Потому что я им приказала, — промурлыкала Ариадна. — Мне было скучно. А тебе не следовало идти за мной.

«Нет, даже хуже, чем ее отец…»

— Сомнительное развлечение.

— Других здесь все равно нет, — пожала плечами дочь критского царя, а затем, помолчав, добавила: — Жаль, что ты завтра умрешь. С тобой могло бы быть весело.

— Я не собираюсь умирать, — отрезала Эмили. Невероятным усилием воли она взяла себя в руки и скинула дурманящий разум взгляд Ариадны, от которого в голове рождался странный туман, путающий мысли и мешающий сосредоточиться на чем-то кроме холодных глаз их обладательницы.

«А не прирожденный ли гипнотизер милая девочка Ариадна?», — настороженно подумала Эмили, на всякий случай стараясь не смотреть своей собеседнице в глаза.

— Твои умения — весьма впечатляющие, к слову — не помогут тебе в Лабиринте. Ты не представляешь, во что ввязалась.

— Даже если нас таких несколько? — выпалила Эмили прежде, чем успела подумать, но, как оказалось, сделала верный ход.

Ариадна призадумалась, но затем покачала головой:

— Неплохая попытка. Но все равно не сработает.

Эмили с удивлением наблюдала за реакцией Ариадны, просчитывая все возможные рычаги давления и слабые места девушки. Проблема была в том, что у сумасшедших людей, как правило, нет ни того, ни другого. Но даже если таковые находятся, то доверять душевнобольным — это просто идиотизм чистой воды.

— Ты думаешь, что я сумасшедшая, — усмехнулась вдруг Ариадна.

— Ты кажешься мне странной, — осторожно ответила она.

— Я и не могла стать другой, ведь я — дочь Миноса. Его младшая дочь…

Что-то проскользнувшее в последней фразе заставило Эмили подобраться. Мысли, надсадно скрипя, словно гайки в большом механизме, с бешеной скоростью закрутились в ее голове.

«Младшая дочь… Что это значит? Как это можно использовать? Младшая дочь…».

Ариадна сделала пару прогулочных шагов по мрачному, грязному закутку в коридоре, словно это был цветущий по весне сад, и хитро улыбнулась.

— Но я умнее отца. Я умею скрывать свои порывы.

— Почему же не скрываешь передо мной? — на автомате спросила Эмили, продолжая судорожно искать в уколовшей ее фразе необходимую деталь, чтобы сложить паззл.

— А зачем? Ты завтра умрешь. Сначала я хотела попросить отца тебя оставить, но теперь думаю, что это будет слишком опасно. Я люблю риск, но только если он оправдан.

«Я умнее отца»

«Люблю риск, только если он оправдан»

«Младшая дочь…»

Обрывки фраз закрутились, как детская карусель с лошадками, догадки, словно игрушечные скакуны уходили то вверх, то вниз, вызывая мельтешения перед глазами, и неожиданно все остановилось. Что-то щелкнуло в голове; паззл сложился. Она нашла больное место и рычаг воздействия в одном лице. Причем, рычаг настолько эффективен, что подействует даже на сумасшедшую. В конце концов, именно он и стал первопричиной помешательства молодой царевны.

— Да, ты действительна умна. Жаль, что ты навсегда останешься в тени своего отца и никогда не сможешь править своим царством.

Ариадна вздрогнула, как от удара, а затем обхватила себя руками, словно защищаясь.

Эмили, заметив первый успех, осторожно продолжила, словно идя по обрыву и боясь сорваться вниз, тщательно подбирая слова и внимательно отслеживая малейшую реакцию на них:

— Даже, если у твоего отца не родится наследник, что, конечно, маловероятно, ведь Пасифая не первая и не последняя его жена, то Крит достанется Федре, как первенцу. Подумать только, Федра и царица…

— Замолчи! — рявкнула Ариадна и затравленно оглянулась по сторонам. — Этому не бывать!

— Возможно, что и не бывать, — покладисто согласилась Эмили. Выждав минутку, чтобы Ариадна успокоилась и перестала задыхаться от ярости, она продолжила: — Кто знает, как сложится судьба Крита? Минос все больше впадает в безумие, он уже Минотавра называет своим сыном. С Миноса станется провозгласить монстра следующим царем Крита!

— Заткнись!

Ариадна зажала уши ладонями и зажмурила глаза, сейчас больше всего она была похожа на маленького ребенка. Эмили стало жаль ее, но ненадолго: на жалость у нее просто не было времени и сил.

Продолжая молчать, Эмили ждала ответного хода, чувствуя, что поспешностью здесь можно лишь все испортить.

— Ты думаешь, я всего этого не знаю? — очень тихо, словно жалея о недавнем крике, проговорила Ариадна, и в ее голосе прорезались интонации несчастной, обиженной девочки. — Но у меня есть время, чтобы подготовиться к любому варианту событий. Существует столько ядов… — она неожиданно оборвала себя и подозрительно оглянулась по сторонам.

«Да, место для беседы мы выбрали неподходящее», — мысленно согласилась с ней Эмили.

— В общем, — едва слышно закончила девушка, — я стану царицей Крита чего бы мне это ни стоило!

— Есть другой путь, — тоже негромко произнесла Эмили и, поймав заинтересованный и настороженный взгляд Ариадны, продолжила: — Тесей — будущий царь Афин. И он пока что не женат…

Ариадна презрительно фыркнула:

— Тесей завтра погибнет.

— Ты уверена? — мягко переспросила Эмили. — Ты видела, что я могу, но не знаешь, на что способны мои друзья.

Ариадна задумчиво накрутила на палец одну из кудряшек, что обрамляли ее лицо. Облизала губы и посмотрела куда-то в сторону, словно тщательно взвешивая свое решение.

— И все же риск велик. Впрочем… я кое-что расскажу, то, что пригодится вам.

Эмили с готовностью подалась вперед, но Ариадна сама подошла почти вплотную и жарким шепотом проговорила:

— Мой отец считает Минотавра своим сыном небезосновательно. У него есть одна вещь, которая позволяет управлять этим монстром. И она, без сомнений, очень пригодилась бы вам…

— Где она хранится? — охрипшим голосом спросила Эмили.

— На шее у моего отца. Он никогда не расстается с ней. Но я бы могла выкрасть ее… что почти наверняка ознаменовала бы вашу победу.

— И ты сделаешь это?

— Мне нужны гарантии, — деловито, очень по-взрослому ответила Ариадна. — Сам лабиринт не так легко пройти, в нем можно сгинуть без всякой помощи Минотавра. Пройти его можно только с помощью карты Дедала. Но он постоянно совершенствует лабиринт и вносит в него изменения, поэтому даже отец не заходит внутрь без сопровождения этого сумасшедшего изобретателя. Уговорите Дедала вам помочь и принесете мне карту — я выкраду талисман у отца так, что он не хватится его раньше времени.

37
{"b":"766574","o":1}