ЛитМир - Электронная Библиотека

– Если вы пытаетесь сыграть на моих чувствах, Азим, – со вздохом сказала Эви, протягивая руку к графину с водой, – то у вас ничего не выйдет.

– Постойте, – моментально отреагировал Азим, – я помогу.

Взяв у нее из рук графин, он снял крышку и налил полный стакан воды. Молча подождал, пока она выпьет, забрал стакан и поставил его на место.

Потом вдруг умоляюще воскликнул:

– Согласитесь увидеться с ним, сударыня! Он не спит и не ест вот уже вторые сутки, я очень беспокоюсь за него!

– Я ждала его две недели, пока не появились его наемники, чтобы оскорбить меня.

– Это были не его люди, – пылко возразил Азим. – И если вам будет так угодно, он две недели проведет в соседней комнате, дожидаясь вас, клянусь!

Зная нрав Рашида, Эви могла поверить словам старого слуги.

– Хорошо, – неуверенно пробормотала она. – Я согласна увидеться с ним.

– Благодарю вас! – Азим отвесил низкий поклон, напомнивший Эви посланцев принца Хашима и заставивший ее содрогнуться.

– У него есть пять минут, потом пусть он уйдет, – сказала Эви, отгоняя от себя жуткое воспоминание.

Спустя несколько мгновений дверь снова распахнулась, и Эви увидела входящего Рашида… На миг ей показалось, что раковина, в которую она спряталась, готова вот-вот треснуть.

Но не от сострадания, а от гнева, потому что для человека, не евшего и не спавшего двое суток, он выглядел безобразно хорошо!

Эви почувствовала себя подопытным кроликом, потому что Рашид, вошедший и остановившийся у входа, чисто выбритый, одетый в безукоризненный костюм, смотрел на нее безо всякого раскаяния или сожаления на спокойном лице!

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.

– Полагаю, здесь тебе все и каждый постоянно рассказывают о моем самочувствии, – не слишком вежливо отозвалась Эви.

Рашид только кивнул, приняв ответ Эви как должное, потом решительно подошел к ее кровати и сел.

Только увидев его вблизи, Эви заметила темные круги вокруг его глаз, выдававшие, что он долгое время провел без сна.

Но, как и прежде, в его глазах горел огонь, зажигавший и саму Эви даже против ее воли. С самой первой их встречи.

С усилием отогнав от себя непрошеное чувство, она отвела глаза от его лица. Молча сидела и ждала, что скажет Рашид.

Но он не говорил ничего. Молчание принуждало Эви поднять голову и посмотреть на него еще раз. Но она не сдавалась, потому что знала: один взгляд – и разговор начнется без слов, им никогда не нужны были слова. А такого общения она больше не хотела.

– Знаешь, я ведь не уйду отсюда просто потому, что ты так хочешь, – вдруг пробормотал он.

– Я не могу спорить с тобой сейчас, – спокойно ответила она. – Любой нормальный человек это бы понял и оставил меня в покое хотя бы на время.

– Потому что ты считаешь меня виноватым в том, что произошло?

Да, она считала его виноватым. Когда те двое вышли из квартиры Рашида, она чувствовала себя брошенной, ненужной, использованной вещью. Рашид обещал защитить ее. Он обещал звонить. Он поклялся, что все будет хорошо.

– Мне очень жаль, что люди моего отца так тебя напугали.

– Люди твоего отца – это и твои люди тоже, – возразила Эви. – И я не вижу между вами никакой разницы. То есть я хочу сказать, что наконец увидела тебя в истинном свете, – зло произнесла она. – И не пора ли тебе прекратить задавать мне вопросы тоном следователя на допросе? – вспыхивая, добавила она. – Потому что, если ты еще не понял, жертва – это я!

– Ты не считаешь, что я в такой же мере оказался жертвой? – Его широкая грудь начала тяжело подниматься и опускаться. – Мне не могло прийти в голову, что мой отец падет так низко, что вздумает повести такую грязную игру! – воскликнул Рашид. – Он уже глубоко сожалеет о том, что сделал, – жестко добавил он, и будь на месте Эви другой человек, он прочел бы в его тоне угрозу и решимость.

Но Эви была Эви, а не кем-то другим. И она слишком хорошо знала Рашида и понимала, что под этой злостью Рашид скрывает свои истинные чувства к отцу.

– Он просит тебя простить его, – не дождавшись ответа, продолжал Рашид. – Разумеется, он лично скажет тебе все это, как только сможет выйти из больницы.

Эви вскинула голову и округлившимися глазами посмотрела на него.

– Из больницы?

– В которую я сам его уложил, – тяжело вздохнув, объяснил Рашид. – Когда он отказался принять мое намерение жениться на тебе, а не на Айше, я отказался от своего права на престол. Это едва не убило его.

– О, Рашид, нет! – простонала Эви, с ужасом начиная понимать, сколько людей оказалось втянуто в эту безумную историю и скольким она причинила боль.

– В любом случае все хорошо, что хорошо кончается, как вы, англичане, любите говорить, – спокойно продолжал Рашид. – Мой отец – тоже человек, у него тоже есть сердце, и он уже принял тот факт, что я женюсь на ком сам захочу, а не на ком обязан.

– Но только не на мне, – непреклонно отрезала Эви.

Его золотистые глаза впились в нее вопрошающим, требовательным взглядом.

– Ты выйдешь за меня замуж, – провозгласил он во весь голос. – Не для того я истратил несколько миллионов фунтов и две недели, мотаясь по всему Ближнему Востоку в поисках подходящего жениха для Айши, не для того я едва не свел в могилу собственного отца, не для того рисковал тобой и ребенком, чтобы ты вот так просто сказала мне, что все это было впустую!

– Разве я тебя обо всем этом просила? – выкрикнула Эви.

– Да! – воскликнул он. – Каждый раз, говоря мне, что ты любишь меня, ты просила сделать все это ради тебя! – яростно выпалил он. – Каждый раз, когда мы просто смотрели друг другу в глаза, мы требовали друг от друга сделать все возможное, лишь бы остаться вместе!

Он встал, страстность в его голосе отразилась и в резких, но гибких движениях, когда он отошел к окну и остановился там, глядя на улицу.

Эви сидела на кровати, изумленная его яростной искренностью.

И хуже всего было то, что Рашид во всем был прав! Любовь, соединившая их два года тому назад, сама по себе требовала от них любых жертв ради того, чтобы не разлучаться.

Но довольно, с содроганием подумала Эви. Последние события завели ее слишком далеко и обратились в слишком страшную картину, чтобы продолжать верить романтическим идеалам.

– Я смогла научиться жить без твоей любви, – севшим голосом проговорила она. – Я смогла бы жить даже без уважения окружающих! Но я поняла, что не могу жить, когда меня ненавидят!

– Мой отец вовсе не ненавидит тебя, – вздохнул Рашид. – Он просто видел в тебе орудие, которое мог использовать в борьбе со мной.

– По-твоему, это меняет дело? – вскинулась Эви сердито. – К тому же орудием была не я, а мой ребенок.

– Наш ребенок, – недовольно поправил ее Рашид. Но Эви только отрицательно покачала головой.

– Не знаю, каким образом ты хочешь оправдать это, Рашид, но твой отец хотел, чтобы этот ребенок умер. Я не могу простить ему этого! Не могу и не желаю! Поэтому пусть для него этот ребенок будет мертв! – сурово сказала она. – Я не признаю тебя его отцом, и он не будет носить твое имя. Я не хочу больше рисковать его жизнью.

– А у меня права голоса нет? Это только твое решение?

– Да, это мое решение, – устало кивнула Эви. – Мое решение таково: если тебя заботит жизнь этого ребенка, то лучшее, что ты можешь для него сделать, – это забыть о его существовании.

Очень долго Рашид ничего не отвечал на ее слова. Тишина начала вибрировать, и Эви встревоженно ожидала, как он собирается поступить.

Внезапно он снова преобразился. Теперь он выглядел как подобает шейху и наследнику престола. Он выпрямился, поднял подбородок, расправил плечи, как будто и не был задет тем, что Эви несколько минут назад сказала ему.

– Будь по-твоему, – внезапно произнес он, развернулся и решительно направился к двери.

Потрясенная его словами, Эви беспомощно смотрела ему вслед. Внезапно она осознала, что он уходит, уходит навсегда, и это привело ее в неописуемый ужас.

25
{"b":"77","o":1}