ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В том-то и заключалась для нее самая большая трудность – она просто не знала, как себя дальше вести и что делать.

– Отвези меня домой, Макс, – внезапно попросила она. – Я здесь просто ничего не соображаю и не представляю…

Она потерла рукой лоб, на котором от напряжения появились морщинки. Макс отвел ее руку в сторону и взволнованно заглянул в лицо.

– Я не сделал тебе ничего плохого ночью? – Макс весь побелел при мысли о такой возможности. – С тобой все в порядке? Я старался быть очень осторожным, но…

– Мне было очень хорошо, – успокоила его Клея. Она не могла, не хотела кривить душой. – И ты ничего плохого мне не сделал. Просто сейчас… я растерялась, мне кажется. – Она снова нахмурилась. – Миссис Уолтерс не будет возражать, если я приготовлю себе чай? – Внезапно Клея поднялась и неуверенными шагами направилась к двери.

– Пусть только попробует! – раздраженно воскликнул Макс. – Клея, иди сюда! – Макс похлопал рядом с собой. – Мы все спокойно обговорим здесь, в постели. Нет тебе никакой нужды так рано возвращаться домой. Ты можешь…

– Я хочу пить, – прозвучал ответ, и, прежде чем Макс успел сказать что-то еще. Клея исчезла в дверях.

Через несколько минут в ультрасовременной кухне с мебелью из красного дерева появился и Макс. Он накинул на себя темный халат, как бы желая сказать Клее, что не собирается еще провожать ее домой. Клея заварила чай и села за стол посреди кухни. Она налила чай в две чашки. Макс сел напротив.

– Нам нужно поговорить, – сразу начал он.

– Да, Макс, я знаю… – Клея задумчиво смотрела в чашку, наблюдая за легким паром, поднимающимся от горячей жидкости. – Так, значит, я – лицемерная ханжа?

На лице его появилась улыбка.

– Это мои слова? – усмехнувшись, спросил он. Затем вздохнул, но во вздохе его чувствовалась еще большая насмешка. – Да, – сказал он, пожав плечами, и тут же добавил: – Но в общем-то ты имеешь на это право. Если я могу быть эгоистичной свиньей, почему бы и тебе не быть иногда лицемерной ханжой? Все мы не без греха.

Макс вкладывал в свои слова какой-то особый смысл, но Клея не захотела в них вдумываться.

– Я не пойду за тебя замуж, – неожиданно объявила она.

Макс на секунду замер.

– А кто тебя просит? – резко спросил он. Клея улыбнулась, – у нее не было ни малейшего сомнения, что весь разговор он затеял именно из-за этого.

– Я могла бы насчитать, по крайней мере, четырех женщин, с которыми у тебя были шуры-муры в последние месяцы.

– Опять ты занялась обличениями. Клея, – недовольно протянул Макс. – Но ведь если ты отказываешься от всех отношений со мной, законных или незаконных, ты теряешь право вмешиваться в мою личную жизнь.

– Это правда, – согласилась она. Затем с любопытством спросила: – Ну а что бы ты сказал, если бы, когда все кончится – имею в виду ребенка, – я тоже завела бы новый роман?

Макс нахмурился, глаза его превратились в сердитые щелочки.

– Ты опускаешься в моих глазах, Клея, раз прибегаешь к таким приемам.

Но ведь надо же мне понять, что ты чувствуешь! – про себя ответила ему Клея. Конечно, Макс сильно изменился: глупо было бы это не признать – прошлая ночь показала, что он отчаянно нуждался в ней, и это его новое отношение явно не было замешано исключительно на чувственности. Она вспомнила, как, еще в прежние времена, он приходил в исступление в ее объятиях. Но тогда на следующий день старался сделать вид, что ничего такого просто не было, а сейчас готов признать ее власть над собой.

– О'кей, – вздохнул Макс, сдаваясь. – Ты добилась своего. Да, мне было бы очень больно знать, что до тебя дотрагивается другой мужчина. И это дает тебе право, в свою очередь, ощущать нечто подобное по отношению ко мне. Ты действительно, – спросил он с любопытством, – ревнуешь меня к другим женщинам?

Я просто презираю тебя в такие минуты! – подумала Клея и улыбнулась.

– Мы начинаем залезать в такие глубины… Знаешь что… – Клея вдруг выпрямилась на стуле, глаза ее широко распахнулись и заблестели: – Я поживу с тобой здесь. Как тебе это нравится? Я перееду к тебе на некоторое время, и ты увидишь, как быстро улетучится наша «любовь». Сейчас нам кажется, что нас что-то очень крепко связывает, но это ненадолго…

Опять она что-то задумала – Макс не понимал ее замыслов. Он подозрительно посмотрел на нее, стараясь хоть что-нибудь вычислить по выражению ее лица.

– А ребенок? – спросил он. Клея пожала плечами.

– Мы хотели быть друг с другом раньше, хотим этого и сейчас. Несмотря на ребенка. Если ты хочешь сказать, что это нехорошо с точки зрения морали, то я с тобой не согласна. Я не вижу тут никакой разницы. Буду я твоей любовницей с ребенком или без него, не имеет никакого значения.

– Я раньше никогда не жил с женщиной в одном доме, – пробормотал Макс.

– А раньше ты хотел кого-нибудь так. Макс ответил не сразу:

– Нет, так, как тебя, я еще никого никогда не хотел. Клея. В этом я должен признаться. Но как же ты? Ведь такой уговор ничего не дает тебе.

– Кто сказал, что он мне ничего не дает? – с вызовом спросила Клея. – И знаешь, я должна предупредить тебя вот о чем, – добавила она. – Мне кажется, скоро уже нужно будет соблюдать осторожность… пока ребенок не родится. Я спрошу у врача…

– Ты говоришь, как будто мы договариваемся о какой-то деловой сделке! – Макс начинал злиться; Клея, напротив, сохраняла спокойствие. Он совершенно не видит себя со стороны, подумала она с иронией. Неужели не понимает, что она просто хочет напомнить ему, как он, совершенно хладнокровно, предложил ей стать его любовницей? Теперь, когда они просто поменялись ролями, он чем-то недоволен! – Ну ладно. – Макс неожиданно согласился на все ее условия. Клея даже растерялась. Он смотрел на нее пронзительным, оценивающим взглядом, от которого Клее стало немного неуютно. – Переезжай ко мне. Сегодня. Сейчас, – решительно сказал он, встав из-за стола и подходя к ней. – Мы закроем твою квартиру на некоторое время – пока ты не будешь готова в очередной раз порвать со мной. Твой дом останется твоим, ты всегда сможешь вернуться туда. А теперь пошли в постель.

Он схватил ее за руку и потянул со стула. Клея была ошеломлена.

– У нас есть еще пара часов… потом уж мы встанем по-настоящему… – сказал он.

– Но… – беспомощно залепетала Клея. Дело приняло совершенно неожиданный оборот. Она никак не рассчитывала на то, что Макс согласится с ее предложением! Она была уверена, что он тут же сбежит от нее!

– Никаких «но», – сказал Макс не терпящим возражений тоном. – Не знаю, как ты, а я ужасно устал от этих разговоров. Успеем еще обо всем договориться.

– Но миссис Уолтерс… Темная бровь Макса взлетела вверх. – Пусть привыкает. Отныне она будет иногда находить тебя в моей постели. Да вот хотя бы и сейчас, – рассудительно отвечал Макс, крепко держа Клею за руку и ведя ее в спальню. – Не вижу никакого смысла отказываться от теплой и уютной постели из-за дурацких моральных убеждений допотопной старухи.

И вовсе меня не беспокоят ее моральные убеждения, уныло думала Клея, пока Макс поворачивал ее к себе спиной: он снова расстегнул молнию у нее на платье, которое снова оказалось на полу.

Клея не могла видеть усмешки, играющей в уголках губ Макса. Она так и не поняла, что он удачно обвел ее вокруг пальца и был страшно этим доволен.

– Ммм, – прошептал он, дотрагиваясь губами до ее плеча.-Настоящий шелк. – Обхватив руками пополневшую талию Клеи, он притянул ее к себе поближе, зарываясь лицом в мягком водопаде прекрасных волос. – Ты необыкновенно хороша. Прекрасная, жаркая Клея. Дикарка, мучительница… Я слабею от твоей красоты…

– Макс… – Клея задрожала-она стала загораться, ей впору было просить у него пощады. – Я знаю, что ты хочешь сказать, – Макс разочарованно вздохнул. – Сейчас не время, ты еще не отдохнула. Между прочим, я тоже не выспался. Но пойдем еще полежим, сейчас слишком рано.

Это было не совсем то, что имела в виду Клея, когда произнесла его имя немного сдавленным шепотом, но она не стала возражать, только вздохнула с облегчением, устраиваясь рядом с ним под тонкой простыней.

32
{"b":"78","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Путешествие в полночь
Всё, о чем мечтала
Дневники стюардессы. Часть 2
Бумажная принцесса
Тайна Элизабет
Призрак
Почему мы так поступаем? 76 стратегий для выявления наших истинных ценностей, убеждений и целей