ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Эмма и Синий джинн
Тонкое искусство пофигизма: Парадоксальный способ жить счастливо
Белокурый красавец из далекой страны
Состояние – Питер
Китти. Следуй за сердцем
Несбывшийся ребенок
Мое особое мнение. Записки главного редактора «Эха Москвы»
Черный кандидат
Королева тьмы
A
A

Вадим по-прежнему не отвечал. Его мобильный телефон, включенный и не отвечавший, уже пугал их. Почти каждый час звонил Глебов. Он беспокоился и за сохранность собственной дачи, в общем-то, так неосторожно предложенной им своим сотрудницам, и, разумеется, за жизнь обеих молодых женщин, которые ввязались в очень непростую историю. Вызвать охрану он почему-то не решился. Преждевременная огласка могла повредить делу – он не знал всех связей депутата.

Когда Глебов получил данные о Бондаренко, он сразу позвонил Римме, рассказав главное, без пугающих подробностей. К вечеру он уже знал, за что именно привлекался к уголовной ответственности помощник депутата. В первый раз – за вооруженный грабеж, во второй – за участие в бандитских нападениях на водителей большегрузных машин. Участие самого Бондаренко в убийствах доказать не удалось, поэтому в отличие от своих содельников он отделался сравнительно легко, получив по приговору суда только восемь лет в колонии для особо опасных преступников. Через четыре года он уже вышел на свободу, которая довольно неожиданно привела его в политику. Глебова, не впервые сталкивающегося с фактом криминализации в кругу парламентариев, данный случай не столько удивил, сколько заставил быть предельно осторожным. Так или иначе, он решил, что позвонит Тетеринцеву и потребует от депутата объяснений незаконных действий его помощника.

«Плачущие журналистки» продолжали волновать его, и он звонил на дачу до двух часов ночи – они еще не ложились. Не мог он найти и Кокшенова. Наконец супруга, которой надоели его постоянные звонки, взбунтовалась и заявила, что давно пора спать человеку его возраста, и Глебов, никогда особо не перечивший жене, отправился в спальню, решив поиски исчезнувшего журналиста и его магнитофона отложить до утра.

Подруги, улегшись рядышком, строили самые разные предположения о том, что могло случиться с Вадимом Кокшеновым. Если у него кончилась батарейка на телефоне, то и сам телефон должен быть отключен, заявляла Света, и подруга с ней соглашалась. Пугало именно то обстоятельство, что мобильный телефон Вадима продолжал работать, а никто не отвечал. Наконец в половине третьего ночи они снова отважились на звонок. Им неожиданно ответили.

Фотокорреспондент, собутыльник Кокшенова, проснулся среди ночи и отправился на кухню. Его мучила жажда. Возвращаясь в спальню, он услышал в коридоре слабую трель звонка и обнаружил забытую куртку друга, из кармана которой подавал голос его мобильный телефон.

– Алло. Это ты, Вадик? – спросил он, держась для верности за стенку.

– Алло. Здравствуйте, – вдруг заверещал женский голос. – Мне нужен Вадим. Вадим Кокшенов. Это его телефон?

– Его, – согласился фотокорреспондент.

– Позовите его, пожалуйста, к телефону.

Хозяин квартиры удивленно посмотрел по сторонам, затем бросил взгляд на свои босые ноги и выдохнул:

– Его здесь нет.

– А где он сейчас находится? – упавшим голосом произнесла Римма. – Мне он срочно нужен. Очень срочно…

Фотокор сосредоточился, немного помолчал и сказал:

– Он поехал к себе домой.

– Его нет дома, – быстро ответила Римма. – Скажите, ради бога, где его можно найти. И кто вы такой?

– Я его друг, – с достоинством произнес голос. – Мы большие друзья, – почему-то добавил он, – а Вадик поехал домой.

Ему становилось холодно стоять в коридоре босиком. Чтобы согреть ступни, он потирал их по очереди о свои коленки.

– Ответьте, пожалуйста, где его найти? – в отчаянии молила Римма. – Он срочно нужен. Поймите, срочно!

– Дома, – еще раз флегматично ответил фотокорреспондент и, не обращая внимания на истерические крики, отключил телефон и положил его обратно в карман куртки. При этом он обнаружил, что в куртке есть еще что-то тяжелое. Достав магнитофон, он с удивлением взглянул на него. Потом вспомнил про свои босые ноги и прямо с магнитофоном пошлепал в спальню. Собираясь сунуть поскорее окоченевшие ноги под одеяло, он с удивлением посмотрел на магнитофон и сунул его между книгами на полке, висевшей рядом с его кроватью. После чего улегся и сразу же заснул.

– Он ничего не знает, – раздраженно сказала Римма, положив трубку, – видимо, действительно какой-то его друг. Или собутыльник. Вадим любит закладывать. Почему он не взял с собой телефон, не понимаю…

– Может, напился так, что забыл про него? – предположила Света.

– Вполне возможно, – согласилась Римма, – а нам-то что делать?

– Пойдем спать, – предложила Света, – завтра утром найдем твоего Вадима. Он небось веселится с друзьями, а мы из-за него переживаем тут, не спим.

– Ты говорила, что эти типы успели услышать про Вадима, – напомнила Римма.

– А может, мне это только показалось – отмахнулась Света. – Кто знает. Ты, главное, не переживай. Пошли спать. С бабушкой все в порядке, Вадим где-то пьет с дружками, а мы с тобой тут с ума сходим. Пошли-ка спать, – категорично заявила она.

Они улеглись на диван, даже не подозревая, что ждет их в ближайшем будущем. Римма долго еще ворочалась без сна, а когда наконец заснула, то увидела во сне двух убийц, явившихся за ней на дачу Глебова.

Николай Николаевич по своей давней привычке приехал в редакцию рано утром. Он любил поработать на свежую голову, в спокойной обстановке, когда вокруг не было ни сотрудников, ни посетителей. В половине десятого он попросил уже пришедшую на работу Виолу найти телефон Тетеринцева. И, получив номер депутата, сразу стал звонить ему, не сознавая, что совершает роковую ошибку.

– Добрый день, господин Тетеринцев, – начал Николай Николаевич. – С вами говорит редактор газеты «Новое время» Глебов. Я хотел бы с вами встретиться и поговорить с глазу на глаз.

– О чем? – насторожился депутат.

– О вашем помощнике. Некоем Бондаренко. Вчера он целый день преследовал нашу сотрудницу Римму Кривцову. Я знаю, она повела себя не лучшим образом и даже поспорила с кем-то из депутатов. Но, насколько мне известно, вы не были тем человеком, с которым у нее произошел по недоразумению конфликт. И я не могу понять, почему ваш помощник с таким упорством преследует Кривцову.

Как и всякому порядочному человеку, Глебову казалось, что, узнав о подобном поведении помощника, депутат возмутится. И даже если у него существуют какие-то интересы, связывающие его с этим человеком, то и тогда он должен скорректировать свое поведение, боясь публичных разоблачений. С точки зрения цивилизованного обывателя, у журналиста Глебова была своя логика. Но только с точки зрения нормы, принятой в некриминальном мире. С точки зрения преступника, каким безусловно был Тетеринцев, главный редактор газеты явился еще одним нежелательным свидетелем, которого нужно поскорее устранить.

– Как фамилия моего помощника? – спросил Тетеринцев, сжимая трубку.

– Некто Бондаренко, – ответил Глебов, – я был бы вам очень признателен, если бы вы приструнили его. Наша журналистка – одинокая молодая женщина, и она опасается за себя. Ведь у этого человека уголовное прошлое, – не удержавшись, добавил Ник-Ник.

– Откуда вы знаете про его уголовное прошлое? – возмутился Тетеринцев. – Разве вы запрашивали его досье?

– Мы были вынуждены. Вчера Бондаренко явился ко мне от вашего имени с просьбой разыскать нашу журналистку. Я ему отказал, но решил проверить, кто приходил ко мне с подобной просьбой. Согласитесь, мы живем в тревожное время. И журналистика перестала быть безопасной профессией. Даже в Москве.

– Идиоты, – прошипел Тетеринцев, закрывая трубку рукой и косясь на стоящих рядом Бондаренко и Юрлова.

– Уж вы не обессудьте, – продолжал ничего не подозревающий Глебов, – но почему-то Бондаренко не внушил мне доверия. А проверив его досье по нашим каналам, я вынужден был сегодня позвонить вам. Я уверен, что вас ввели в заблуждение, что вы ничего не знали о его уголовном прошлом.

– Обязательно все проверю, – сказал Тетеринцев как можно любезнее. – Я действительно ничего не знал. Вот так подставляют нас в глазах общественного мнения. Вы же знаете, сколько нареканий вызывает работа наших помощников. Это чья-то продуманная акция с целью подорвать авторитет законодательной власти. Мы будем решительно освобождаться от таких элементов.

20
{"b":"781","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Вишня во льду
Омерзительное искусство. Юмор и хоррор шедевров живописи
Твоя лишь сегодня
Разбитые окна, разбитый бизнес. Как мельчайшие детали влияют на большие достижения
Большое собрание произведений. XXI век
Viva la vagina. Хватит замалчивать скрытые возможности органа, который не принято называть
Шаг над пропастью
Без боя не сдамся
Колючка и Богатырь