ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Заговор обреченных
64
Государева избранница
Отель
Йога между делом
Станция «Эвердил»
Бэтмен. Ночной бродяга
Лифт настроения. Научитесь управлять своими чувствами и эмоциями
Сантехник с пылу и с жаром

– Да, действительно, – кивнул Усманов. – Полный комплект.

– Я белорус, – вдруг сказал Погорельский, – а у Толдиной мама – полька.

– Ну вот видите, – развел руками Усманов, – все народы представлены. Только вы не сказали, как вас зовут, – обратился он к Дронго. – Вы, кажется, тоже местный?

– Не сказал, – согласился Дронго. – Я родился в Баку, но в последние годы чаще живу в Москве или в Европе.

– Это Дронго, – представил его Вейдеманис, – самый известный в мире эксперт.

– Проводите экспертизу грузов или товаров? – спросил Усманов. – Значит, мы почти коллеги. Вы работаете на таможне?

– Нет, – улыбнулся Дронго, – не на таможне.

И в этот момент на лестнице показалась Нани, спускавшаяся в гостиную. Она явно нервничала.

– У него закрытый перелом, – сообщила она мужчинам. – Сейчас он спит, но нам нужна помощь. Кажется, у него поднимается температура.

– Только этого не хватало, – нахмурился Мамука. – Ты не можешь ему ничем помочь? – спросил он по-грузински.

– Я сделала все, что можно, – ответила она.

– Мы в силах облегчить его состояние? – поинтересовался Усманов.

– Пока нет, – сказала Нани, – он спит. Будем надеяться, что помощь подоспеет вовремя.

Следом за ней по лестнице спустилась Людмила. Она подошла к мужу, взяла его за руку и села рядом с ним.

– Нас здесь тринадцать человек, – неожиданно сообщил Мамука, – прямо дьявольское число.

– Четырнадцать, – возразила его супруга.

– Что? – не понял Мамука. – Почему четырнадцать?

– Ты не посчитал раненого, – пояснила ему жена. – Вместе с ним – четырнадцать.

– Тогда не так страшно! – засмеялся Мамука. – В этом доме есть карты или какой-нибудь телевизор?

– Телевизор есть, но плохо показывает, – пояснил Шарай, кивая на телевизор в углу. – У нас есть видеомагнитофон и несколько кассет.

– Можно включить телевизор! – обрадовался Мамука. – Будет не так скучно.

– Есть еще нарды и карты, – добавил Шарай.

– Тогда все в порядке, – улыбнулся Мамука, – мы неплохо проведем время. Только нужно поужинать. Я хотел бы перекинуться в картишки. Кто хочет играть?

Все молчали.

– Я, – сказал в полной тишине Погорельский, – я буду играть с вами в карты.

– А ты? – спросил Мамука у Отари. – Может, будешь моим напарником?

– Нет, – не согласился художник. – Я лучше поработаю над картиной. В такую погоду мне хорошо работается.

– Вы будете играть? – спросил Мамука, обращаясь к Усманову.

– Я верующий человек и не признаю азартные игры, – ответил тот, – но нарды уважаю.

– Я буду вашим напарником, – предложил Буянов явно для того, чтобы не играть вместе со своим режиссером. Тот покачал головой и взглянул на Вейдеманиса.

– Может, вы?

– Хорошо, – согласился Вейдеманис, – я буду вашим партнером.

– А мы сыграем в нарды с Олегом, – позвал своего помощника Усманов. – Он уже несколько лет живет у нас, и нарды ему очень нравятся.

– И включите телевизор, – попросил Мамука, – пусть играет хоть какая-нибудь музыка. Будет не так жутко.

Шарай подошел к телевизору, включил его. Нажал кнопку видеомагнитофона, вставляя кассету. На экране замелькали кадры фильма. Это была очередная серия «Звездных войн». Мамука усмехнулся, доставая колоду карт. Отари пошел к лестнице, чтобы подняться на кухню и забрать свою картину.

Алтынбай уселся на диване, доставая газету. Он явно не собирался присоединяться к играющим. Усманов легко поднялся. Несмотря на свой возраст, он сохранил подвижность. Взяв нарды, он кивнул Олегу Шараю, приглашая его следовать за ним.

– Пойдем в бильярдную? – спросил Шарай.

– Хорошо, – согласился Усманов.

Они вышли в соседнюю комнату. Четверо игроков в карты расселись вокруг большого стола.

– Может, женщины приготовят нам пока ужин? – спросил Мамука, глядя на свою супругу.

– Хорошо, – кивнула Нани. – Людмила, идем вместе со мной.

– А ваши подруги все еще в спальне? – спросил Мамука, обращаясь к Погорельскому.

– Бабья истерика, – пробормотал тот, нахмурившись, и достал свою трубку, – но если хотите, я попрошу Сергея их позвать.

– Да, – кивнул Мамука. – Боюсь, что нашим женщинам это будет сложно – приготовить одним ужин на столько человек.

– Не думаю, что наши актрисы умеют готовить ужин, – пробормотал Погорельский. – Впрочем, можно попробовать. Сережа, поднимись наверх и предложи нашим девочкам помочь женщинам.

– Вы думаете, Толдина будет готовить? – с сомнением в голосе спросил Буянов.

– Не знаю, – раздраженно ответил режиссер.

Буянов вздохнул и вышел из-за стола, чтобы пройти к лестнице и подняться наверх. Дронго проводил его взглядом. Он сидел на диване рядом с молчавшим все время Алтынбаем Нуралиевым. Тот равнодушно смотрел на экран телевизора, словно его ничто не интересовало. Из соседней комнаты слышался стук падающих игральных костей. В нардах их называли «зарями». Удары по доске слышались через каждые несколько секунд, очевидно, игроки были очень увлечены.

Буянов вернулся через минуту. Он подошел к столу и сел напротив Мамуки.

– Она обещала помочь, – коротко сообщил он режиссеру.

– Да? – удивился Погорельский. – Я не ожидал от нее такой прыти. На съемках она постоянно проявляет свой характер. А как Катя?

– Ей плохо. Она лежит на кровати – кажется, заснула.

– Слава Богу! В таком возрасте истерики обычное дело. Говорят, что у женщины тридцать лет – самый критический возраст. А ей, кажется, двадцать восемь. Может, из-за того, что она до сих пор не вышла замуж?

– Не знаю. – Буянову был явно неприятен этот разговор.

Алтынбай поднялся. Ему было скучно смотреть на мелькавшие звездолеты. Свою газету он, очевидно, уже прочел. Ни слова не говоря, он пошел к лестнице.

– Куда вы идете? – спросил Мамука, сдавая карты.

– К себе, – ответил Алтынбай. У него был низкий голос.

– В вашей спальне лежит повар, – пояснил Мамука. – Мы пронесли его в первую комнату, которая была справа от лестницы. Мехти сказал нам, что это ваша.

– Ничего, – успокоил Алтынбай, – рядом комната Олега. Я полежу там. Рахман-ака отдал свою спальню актерам. Ничего страшного. Я только заберу свою книгу.

Дронго удивленно поднял бровь. Интересно, какую именно книгу читает этот малоразговорчивый человек, похожий на борца?

– Только возвращайтесь! – крикнул Мамука. – Мы будем вместе ужинать.

Алтынбай кивнул в знак согласия. Игроки продолжали с азартом сражаться в карты, в соседней комнате громко бросали кости Усманов и Шарай. Дронго смотрел в экран телевизора. В отличие от остальных ему нравился фильм Лукаса как некая игра, у которой были свои правила. Дронго всегда любил фантастику, и особенно американских мастеров этого жанра второй половины века, а фантастический фильм Лукаса был некой пародийной компиляцией многих подобных произведений. Так продолжалось около пятнадцати минут, пока вниз не спустилась Нани.

– Скоро ужин будет готов, мы уже почти закончили, – сказала она, обращаясь к мужу, – но у нашего повара сильный жар. Я боюсь за него. И ничем не могу ему помочь. Людмила все время дежурит у его кровати.

– Мы можем что-нибудь сделать? – спросил Мамука.

– Нет, – ответила Нани, – нужно болеутоляющее. Он начал приходить в себя. А здесь самое сильное лекарство – это солпадеин. Его явно недостаточно.

– И что вы предлагаете? – спросил Вейдеманис.

– Спиртное, – пояснила Нани. – Это должно на него подействовать. Нужно дать ему выпить. Может быть, он выпьет и снова заснет. Хотя бы до прихода врачей. Но нам неудобно предлагать ему подобное «лекарство».

– Я пойду с тобой, – сказал Мамука. – На кухне есть спиртное?

– Очень много, – кивнула жена, – запасов хватит на несколько дней для всех желающих. Даже грузинское вино есть.

– Превосходно! – обрадовался Мамука. – Значит, будет не так скучно ждать. Я сейчас вернусь, – обратился к остальным мужчинам, вышел из-за стола и направился к лестнице за супругой.

6
{"b":"797","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Эра Водолея
Палачи и герои
Гребаная история
Кофеман. Как найти, приготовить и пить свой кофе
Падение
Земное притяжение
Воспоминания торговцев картинами
Попрыгунчики на Рублевке
Чардаш смерти