ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вам не обязательно этим заниматься. Вы тоже обитаете не в раю. Жалеть меня не надо.

– И все же я вам сочувствую.

– На этом месте выставим красный светофор, – решительно произнесла Сара. – Не лезьте в дела моих друзей, а я обещаю не вторгаться в сферу ваших интересов. Мне только надо, чтобы вы не мучились на моих глазах. И не действовали мне на нервы.

– Что надо для этого?

– Лечь на койку и поберечь себя. И дать мне тоже немного отдохнуть.

– О боже! Только и всего?

– Можете опереться о мое плечо, – великодушно разрешила Сара.

– Не хотел бы затруднять вас.

– Неужели глупая гордость вам не позволяет принять помощь?

– Прямота ваших высказываний меня поражает, – произнес Логан. – Со мной вы не церемонитесь. Что ж, ладно. Тогда я тоже не постесняюсь признаться, что проклятая боль меня донимает. Она то уходит, то возвращается. Дайте мне две минуты, и если не полегчает, то можете вызвать носилки, и я послушно в них улягусь. А пока развлеките меня чем-нибудь. Например, поведайте, почему грязевой сель вас всех так пугает. Такое похоронное настроение в вашей команде!

– Потому что мало надежды спасти хоть кого-нибудь. При землетрясении можно найти в завалах карманы, где есть воздух, где люди могут дышать. Когда же на вас сваливается грязевая гора, вы задыхаетесь под нею.

– Как при снежной лавине?

– Со снегом проще. Он пористый и пропускает запах. Грязь держит запах в себе, запечатывает его наглухо. Для собак почти невозможно его отыскать. К тому же они думают, что по засохшей грязи можно передвигаться, а это чревато несчастьем. Есть опасность завязнуть или вообще провалиться и утонуть в жиже. Тогда вы уже ничем не в состоянии помочь собаке. Поэтому нужно постоянно следить за собакой, за каждым ее движением. Вести поиск в одиночку запрещено. Кто-то должен быть все время рядом, на случай, если поисковик попал в затруднительное положение, а такое происходит очень часто. Даже то, что сапог ваш заполнится грязью, может означать верную гибель. Резиновые сапоги должны плотно прилегать к ноге, малейшая щель запечатывается клейкой лентой. Плюс ко всему на Тайване по-прежнему льют дожди, а нам нельзя браться за поиск, пока они не прекратятся, так как грязь в любой момент может начать перемещаться. Вот и предстоит нам сидеть в ожидании, а родственники похороненных заживо людей будут на нас смотреть и проклинать за бездействие. Достаточно ли ясно я изложила вам наши проблемы? Как вы оцените ситуацию?

– Как сплошное дерьмо, – честно признался Логан.

– Верно. Теперь так ли уж вы уверены, что не захотите остаться в самолете, вместо того чтобы ехать с нами в деревню?

– Я еще не принял решения. – Его взгляд обежал пространство самолета, заполненное людьми и собаками. – Приятная публика, но, должно быть, они столь же безумны, как и вы, если охотно идут на такое дело. Боюсь, что я был не слишком внимателен, когда знакомился с ними при посадке. Представьте мне их снова.

– Если хотите, пожалуйста. Мужчина лет пятидесяти с черным Лабрадором у ног – Ганс Книпер. Он ветеринар и дрессировщик. А тот молоденький коротышка, который пристроился около иллюминатора и сладко спит, – Джордж Леонард. Он служит в супермаркете в Тусконе, а по выходным занимается с собаками и, по-моему, очень этим увлечен. С Бойдом Медфордом вы уже беседовали. Он лидер нашей дружной команды. Пожалуй, я успела изучить его вдоль и поперек. Мы с ним давние знакомые. Он провел на каторге, которая называется государственной службой по чрезвычайным ситуациям, черт знает сколько лет, пока его не выпустили на поруки и он не смог купить себе ранчо. Тео Рэндалл – тот блондин с черной с подпалинами немецкой овчаркой. Он бухгалтер какого-то роскошного отеля. Сьюзи – домохозяйка. У нее два малыша на руках и четыре немецкие овчарки.

– И что же вас всех, таких разных людей, объединяет?

– Ничего, кроме любви к собакам и желания обучить их умению помогать роду человеческому. А это не так уж мало.

– Монти здесь единственный золотистый ретривер, – заметил Логан. – Три овчарки, два лабрадора и Монти. Кто из этой разноплеменной своры больше подходит для вашей профессиональной деятельности? Кого проще натаскать?

– Каждый будет хвалить собаку своей породы и приводить свои аргументы. С моей точки зрения, главное – это интеллект, интуиция и чуткий нос. Вот и вся информация, какую я могла вам выдать. Вы уже в состоянии сдвинуться с места?

– Да. Потихоньку. Медленно… совсем медленно, но зато самостоятельно. – Он обратился к ней с извиняющейся улыбкой:

– Доброй ночи, Сара.

Она проследила, как Логан движется по салону, задерживаясь после каждой пары шагов, чтобы собраться с силами, аккуратно обходя лежавших на полу собак. Со Сьюзи он завязал беседу, оторвав ее от книги, в которую она погрузилась.

«Ляг же скорее, сумасшедший! Тебе незачем очаровывать всех пассажиров твоего летающего дворца!» – послала ему мысленный наказ Сара, не сообразив, что с Логаном у нее нет такого контакта, как с Монти.

Наконец Логан миновал Сьюзен и присел на приготовленную ему койку. Он достал пузырек с таблетками, проглотил несколько пилюль и запил их водой. Что это? Обезболивающее? Если так, то он приготовил себе лекарство заранее.

В этот момент Джон Логан не догадывался, что за ним наблюдают, сбросил маску с лица, и взгляду Сары открылось лицо страдальца. То, что боль от раны терзает его, Сара могла понять, но откуда такое мученическое выражение лица? Какие душевные пытки претерпевал этот сильный, мужественный человек? Какие демоны поселились в его мозгу?

Монти вдруг встал и направился к койке Логана. Пес распластался у его ног и замер в неподвижности. Его никто не звал, не отдавал приказания. Монти чувствовал чужую боль, улавливал момент, когда воля человека не способна преодолеть страдание. Он пришел к Логану с сочувствием и с желанием помочь разделить боль. Сара могла быть довольна Монти. Он прекрасно выполнял свою работу.

Сара опустилась в кресло, первое от кабины пилота, и ощутила, что оно еще хранит тепло. Логан сидел в нем, когда они взлетали.

«Гони прочь мысли о Логане, о Тайване, о сотнях погибших, о пустых от горя глазах их родных, о грязи, по которой предстоит скоро ступать. Пусть только дождь там прекратится! Пусть господь будет к нам милосердным!»

Она занялась самогипнозом, и ей вскоре удалось задремать.

* * *

Солнце ярко сияло, и на небе не было ни облачка. То, что в Додсворте все так спокойно и мирно и так все открыто, даже удивило Рудзака, привыкшего сталкиваться с препятствиями, заставлять потенциальную жертву трепетать в страхе и отгораживаться от неминуемой смерти внушительной, хоть и бесполезной охраной.

– Зачем мы приехали сюда? – спросил Дугган. – Не время сейчас наносить здесь удар. Сквозь их защиту и мышь не проскочит.

– Я хотел это увидеть собственными глазами. – Рудзак сконцентрировал взгляд на небольшом кирпичном строении, окруженном высокой железобетонной оградой. – Что говорят местные жители о том, что там происходит?

– Считают, что там выращивают семена, чтобы накормить досыта всю Латинскую Америку с Китаем и Россией заодно. Ну и нажиться заодно…

Рудзак усмехнулся:

– Кто, как не Логан, может выдать ложь за правду. И попасть стрелой в сердобольное сердце простого американца. Догадываюсь, что он удвоил здесь охрану.

– Если не утроил, – предположил Дугган. – Снаружи ничего особенного, а за стенами – полный контроль.

– Сможешь достать мне план строения?

– На это понадобится время. Раньше он был мне не нужен.

– А сейчас он нужен мне, – резко сказал Рудзак. – Я должен знать, какова структура здания, куда стоит закладывать взрывчатку, где крепкие участки, где слабина. На слабости обрати особое внимание.

– Здесь служба безопасности особенно бдительна. Не лучше ли попробовать в другом месте? Можно…

– Я выбрал это место, – оборвал подчиненного Рудзак. – Для Логана это бриллиант в его короне, а для меня – лишний повод его подразнить. А способы обойти любую службу безопасности найдутся, если напрячь мозги. Продумайте все варианты, отсеките лишние и представьте мне на выбор наиболее вероятные. Составьте список людей, с которыми Логан недавно контактировал.

29
{"b":"8026","o":1}