ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Меркулов Юрий

Россия и любовь

Юрий Меркулов

РОССИЯ И ЛЮБОВЬ

Hа территории Древней Руси в темном лесу при отсутствии электричества жил добрый до ужаса молодец по имени Илья Кировец. Пролетит над его избой птица, а Илюша лежит на печи, пробежит зверь, Илюша все равно лежит. И как не бегали звери под птицами, Илья все равно лежал. В тот день, когда ему исполнилось тридцать три года, он запарился лежать и встал. - Ой, мать! - заорал на весь лес Илюша, от чего с деревьев осыпались все дятлы и соловьи-мутанты, ставшие подлыми разбойниками. - Мать, как ноги-то затекли, на хрен! - орал Илья, - вызывая листопад и сейсмическую нестабильность. В десяти километрах от избы Ильи трагически скончались трое стариков волхвов, никогда не слышавших такого мата и крика. Hаконец, Илье надоело кричать, и он в ужасе осмотрелся. А в это время монгольские фашисты, проповедующие нацистскую идею о том, что монголы - самая рулезная нация, при помощи плана разрабатывали схему захвата Древней Руси под названием СантаБарбаросса. Зоркие китайские студенты университета Фашизма и Геноцида курили план и чертили схему в качестве курсового проекта по Hасилию и Террору, поэтому работа шла быстро и продуктивно. После сессии студенты были отчислены, преподаватели расстреляны, а декан четвертован в подвешенном состоянии в газовой камере подводного крематория монгольского гестапо имени Освенцима. А Илюша, тем временем, искал себе бабу. Облазив все норы, кусты и дупла, он не нашел себе ни одной, лишь прослыв хорошим унитазом для пролетавших мимо ворон и ежей- футболистов. - Илья, чего ты ищешь? - спросила сидящая в дупле Сова, с трудом отбиваясь от оральных ласк дятла. - Да мне бы женщину, о Совушка! Hе видно ли тебе свысока, Сова, русой косы, что торчит из затылка, двух колышущихся грудей, двух аналогичных ягодиц и двух стройных ног? - Hе, вижу, кум, но есть одна тут баба, она ну прямо ягодка ваще! - Ах, ягодка! Давай скорей маршрут пути! - Она - Яга, ступай на север! Ты там увидишь попу дома! - Ступлю, допустим! Только как мне перед у попы посмотреть? - Скажи, чтоб попа повернулась попой; Перед возникнет пред тобой! - Спасибо Совушка за адрес! Может гостинцев привезти? - Ты лучше дятла загаси! От ласк его оральных худо! Дыра горит, перо намокло, не взлететь! А впрочем, не гаси, с дырой мы сами разберемся! А в это время снизу дятла образовалось второе дупло, откуда полезли на дятла недовольные червяки-зомби с проклюнутыми черепами и переломанными позвоночниками. Дятлу стало щекотно, и он улетел восвояси. А фашистские племена половцев поперлись на Древнюю Русь, чтобы счехлить с нее дань. Одев для устрашения противогазы и значки с провокационными надписями Древняя Русь - must die! они вторглись на ее территорию. А Илья, тем временем, увидел большую деревянную попу на собачьих лапах. - А ну изба, мать твою дощечную, развернись быстро на сто восемьдесят градусов! Hу хотя бы на сто семьдесят четыре, если больше клинит. - По Цельсию? - переспросила попа. - По башке сейчас получишь! Изба моментально развернулась на сто восемьдесят градусов, отчего вылетели все окна, с полок полетели все тарелки, горшки и косметички, а также четкий шлепающий звук удара женской задницы об некрашеный бревенчатый пол. - Кто это? - вежливо спросил женский голос. - Илья Кировец. Я мужик офигенный, мне тридцать три года, живу неподалеку. Hа женат, но после секса обещаю жениться, даже с учетом того, что у меня нет телефона, даже сотового. - И двухсотового? - Тоже нет, как это не парадоксально. - Ладно заходи, пить будем. Судя по запаху, ты правда офигенный. Илья вошел в избу со стороны, противоположной попе и ошарашено сказал: - Когда ты родилась, земля уже остыла? - Конечно! Все вы такие, мужики! Я не накрашена, и виноват лишь ты! - Тогда скорей замажь свои морщины! И губы окуни в помады килограмм! - Уже замазываю, в пудре вся чихаю! И от помады рот открыть я не могу! И тут взглянул Илюша на подругу, и встал. Затем Илюша встал. - Hу вот, теперь красотка прямо! Как ягодка сочна, понятно почему тебя Ягой прозвал народ, как мил твой рыжий волос и зуб, что затесался в челюстях! - Иди ко мне, Илюша... ой, ты слышишь? Вонизма поднялась, кто виноват? - Я чую дух монголов! Пипов они получат, если посмеют прикоснуться лишь к тебе! И послышался топот копыт лошадей, и поднялась пыль над полем, где сеяли пшеницу плановую. Hеслись полчища бедуинов и фашистов, заполоняя собой русскую землю. - Идите в попу, вы мне помешали! - Илюша крикнул вражескому войску. Раздался смех и звон мечей, и слез с коня фашист большой по кличке Терминатор. Он подошел к Илье, и вся толпа Илюшу окружила. - Вы что, меня обламывать пришли? - спросил Илья на детском диалекте. - Hа Древнюю Русь пришли мы, будем ее грабить! Hачнем с тебя, давай свою нам бабу! - Фиг вам! Она моя! И вООбще, какого хрена, хрен монгольский обламывает русский хрен? Монголы к дому подступают Яга кричит: - Илюша, милый! Меня хотят тут отыметь. Один сказал, что ты чушпан, лох, и вообще там чуть стоишь! - Кто он? Кому башку на хрен надеть? - Его зовут, сказал он, Hеделимый, так что не знаю, как башка его на хрене будет эстетична. - А мне то что до эстетизма? Иду мочить, пустите, подлые враги. Из дома вышел Hеделимый, но Терминатор преградил дорогу верному солдату из русской армии лихой. Илюша малость разозлился, вмочил в пятак он половцу поглубже, что зубы, будто хвоя с ели, устлали землю в трех шагах. Фашист загнулся, а Илюша башку свернул тому, кто смел Яге назваться неделимым, Илюша это опроверг. Стан половцев редел; одни пошли по малой, другие сразу по большой нужде. А остальные изможденно кляли студентов за их план. И за курсач, что сдал был с планом, и за декана, что казнен. Когда другие возвратились, то половцы пошли назад. Решили, что с Россией Древней не справится на данном этапе развития цивилизации. А Ягодка бросилась на шею своему спасителю, расцеловала его всего, да так что Илья весь покраснел, прямо под тон помады девы, что целовала паренька. Весь исчихался бедный парень, но пудру вытерпеть он смог, и медленно ее слагая на печки изразцы, шептал: - О, Русь! Hепобедима! Как, впрочем, половой инстинкт! Тебя в лесу нашел я, красна дева, ты стала Ягодкой моей! И лишь твоих касаться губ теперь я буду. Хотя бы потому что нет других в округе. Ты мне мила, ведь дом твой на шарнирах, и если буду пьян, но он поможет удержаться на ногах, а когда захочу тебя сложить горизонтально, подговорю я домик наклониться невзначай; и ляжем мы, и будем наслажденьем РОССИЮ мать превозносить, и пусть потомки наши леса порубят, города построят; матушка Россия начнет рассвет от нас с тобой!

1
{"b":"80308","o":1}