ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мариза и Питер остановились посреди поля герани, чтобы поболтать с Жаком.

– Ты нанял столько новых людей, – отметила Мариза. – Зачем? Герань уже почти собрана.

Жак пожал плечами.

– Анис скоро ждет ребенка, ей больше нельзя работать в поле, Пьер собирается в Лион помочь матери в магазине. Пришлось нанять позавчера пару временных рабочих. Но эти долго не задержатся, не очень-то они привыкли пачкать пальцы в земле или жарить спину на солнце.

– Почему ты не сказал мне? Я могла бы приходить сюда по утрам. – Она обернулась к Питеру, который уже прицеливался своей камерой, выбрав красивый вид. – Завтра я приду к тебе в студию не утром, а после полудня.

– Что? – проговорил он, щелкая камерой и не вслушиваясь в ее слова. – О’кей. Замечательно.

– Ты понял меня?

– Ты собираешься стать рабыней в полях Элизия, – пошутил он, беря в кадр суровое лицо Жака. – Я тоже могу присоединиться.

– Забудь об этом. У тебя есть своя работа. – Мариза смотрела на двух мужчин в самом конце ряда. Жак был прав. Эти двое не могли двигаться размеренно, в лад с другими рабочими. Они больше зубоскалили, чем собирали. Высокий светловолосый парень походил на англичанина и, возможно, подрабатывал на каникулах. Другой был постарше, где-то чуть за тридцать, низенький, коренастый и смуглый. – Думаю, что я одна буду работать лучше, чем эти двое, Жак. Они не слишком-то вспотели.

– Я избавлюсь от них. – При взгляде в их сторону губы Жака твердо сжались. – Пусть тогда сами выбирают, когда им потеть и когда отдыхать. Эй! Кембро, ты что, в саду прохлаждаешься? Мы собираем цветы, а не нюхаем их.

Светловолосый глянул на Жака и стал двигаться несколько живее.

– Ну а ты, Феррацо! – крикнул Жак второму. – Ты хотел работы. Так делай ее.

Феррацо поднял голову на Жака и слегка улыбнулся. Он с любопытством оглядел Маризу и Питера и задумчиво опустил глаза вниз на красновато-оранжевые цветы герани.

Вечером этого дня Феррацо позвонил Ледфорду в Париж.

– Меня, кажется, сняли на пленку сегодня. Этот Масквел, который гостит у них… – выпалил Феррацо, как только Ледфорд снял трубку. – Мне это не нравится.

– Что-нибудь подозреваешь?

– Нет, он повсюду носится со своим аппаратом и щелкает все подряд.

– Значит, можно не беспокоиться, – сказал Ледфорд, медленно откидываясь в кресле. – Это все?

Феррацо продолжал воинственно:

– Нет, мне не слишком нравится потеть кверху задом на этих полях. Я здесь уже почти неделю и не вижу ничего интересного для нас.

– Потерпи еще чуть-чуть. А что делает женщина с тех пор как вернулась?

– Ее здесь нет.

Ледфорд резко выпрямился в кресле.

– Что это значит? Ты соображаешь, что говоришь? Она отбыла из отеля четыре дня назад рейсом на Ниццу.

– Но ее нет здесь. Только съемочная группа, и Масквел, и…

– Какого черта ты сразу не сказал мне, что ее нет в Вазаро?

– Я думал, ты знаешь, – защищался Феррацо. – Ты приказал мне сообщать все, что она делает, но ведь ее здесь нет!

Алекс сумел переправить ее в Стамбул, чтобы она была рядом с ним. Он перехватил инициативу, обманув двух людей Ледфорда, да и его самого. Как он, должно быть, теперь смеется над ними. Ледфорд внезапно вновь вспомнил о своем поражении в Квантико, гнев душил его.

Он был в ярости и долго не мог обрести способность соображать. Его провели. Как это удалось Алексу? Он получил преимущество в их блестящей игре. Никаких сомнений, Каразов решил спрятаться, уйти в подполье. Джипси не удалось найти его следы в Стамбуле в первые два дня. Как он, Ледфорд, мог позволить себе совершить такую оплошность? Ведь Алекс был уже в его руках, в любой момент он мог приказать Феррацо убить его, и вот как изменилась ситуация. Ледфорд проговорил сквозь стиснутые зубы:

– Черт побери твою глупость. Я говорил тебе, что хочу знать все об этой женщине.

– Я четко выполнял все твои приказы. Не понимаю, чем ты недоволен. Надо ли мне еще оставаться здесь, в Вазаро?

– Что? – Ледфорд попытался взять себя в руки. – Откуда ты звонишь?

– Из аптеки в деревне.

– Дай мне номер и жди на месте. Я перезвоню.

Ледфорд записал номер и опустил трубку.

Кэтлин Вазаро. Ледфорд видел ее фото в газетах, поместивших репортаж о вечере в Версале. Но тогда он плохо запомнил ее. У него осталось лишь туманное впечатление о высокой женщине с тонкими чертами лица. До сих пор она была лишь пешкой в их игре, но теперь вдруг стала приобретать значение важной фигуры. Она не испугалась и не стала прятаться после его, Ледфорда, предупреждения. Напротив, агрессивно вступила в игру, сумев обмануть его. Опасно, что она оказывает огромное влияние на Алекса, раздавленного смертью Павла. Эта женщина встала между ним, Ледфордом, и Алексом. Это с ней Алекс изменил ему.

Он потянулся было за телефоном, но тут же отдернул руку. Надо отключиться от всего этого. Сначала он должен успешно выполнить это дело в Лувре. Он не может позволить себе горячиться, когда у него такие ставки. Он должен строго контролировать себя, а не беситься, как мальчишка.

Ледфорд выпрямился в кресле и попытался освободиться от ненужных эмоций. Необходимо было трезво обдумать, как показать Алексу, что он ничего не выиграл своим обманом, что опасно становиться поперек дороги такому человеку, как Брайэн Ледфорд.

Алекс стоял в дверях, когда Кэтлин подошла к коттеджу.

– Ну и где тебя черт носил?

Заметив мрачное выражение его лица, Кэтлин решила не обострять обстановку. Она положила сумочку и блокнот на столик в прихожей и сняла темные очки.

– В археологическом музее. – Подойдя к холодильнику, она открыла его и достала бутылку лимонада. – Хелло, Кемаль. Ты давно пришел?

– Добрый день, Кэтлин, – улыбнулся он ей, поднимаясь с кушетки. – Приятно провела время?

– Не слишком. У меня болит голова, и я страшно устала. – Она налила лимонад в стакан и поставила бутылку назад в холодильник. – И я не желаю выносить допросов инквизиции.

– Ну и ну! – возмутился Алекс. – Ты уходишь из дома, пока я еще сплю, возвращаешься к трем часам, и я еще ничего не должен спрашивать!

– Нечто среднее между выговором школьного учителя и грозного мужа. Ни одна из этих ролей тебе не подходит.

– Он беспокоился, Кэтлин, – вступился Кемаль. – Он думал, что ты со мной, а тут вдруг я являюсь к завтраку.

– Я согласился на то, чтобы ты ходила с ним, – сказал Алекс, – но мы не договаривались, что ты будешь разгуливать одна по Стамбулу, даже не предупредив никого.

– Я же оставила записку.

– В которой сказано лишь одно: «Вернусь через пару часов».

– Я не ожидала, что это затянется так надолго. По дороге в музей я не заметила за собой никакой слежки. – Она поднесла стакан к губам и сделала глоток. – Кроме того, Кемалю было бы там скучно.

– С тобой? Никогда.

– Заткнись, Кемаль, – сказал Алекс. Кемаль кивнул.

– Вполне уместное замечание. – Он сел на стул, облокотясь о стойку бара, отделявшего комнату от кухни. – Прошу вас, продолжайте.

Кэтлин обошла бар кругом и опустилась в кресло перед кушеткой.

– Я не собираюсь выпрашивать прощения, Алекс. Ледфорду не удастся так просто захватить меня. К тому же он уверен, что я в Ницце, ему не придет в голову искать меня здесь. Мне захотелось в музей, и я пошла.

– Без всякой защиты.

– Я хожу здесь повсюду уже три дня вместе с Кемалем, и до сих пор ничего не случилось.

– Да, никто не посмеет приблизиться к тебе, пока рядом такой тигр, как я… – Кемаль перехватил взгляд Алекса и встряхнул головой. – Думаю, будет лучше, если я пойду. Я не могу не вмешиваться, к тому же не знаю, чью сторону лучше принять. А так как я всегда выигрываю в любом деле, то будет несправедливо, если я вообще приму чью-то сторону. – Он открыл дверь. – Всего хорошего. Увидимся завтра.

– Он просто невозможен, – рассмеялась Кэтлин.

– Этот мир создан для него. – Алекс попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривая. – Он действительно беспокоился, Кэтлин. Я волновался, даже когда ты уходила с ним, но то, что ты позволила себе сегодня, совсем уж плохо. Ты становишься слишком самоуверенной.

56
{"b":"8032","o":1}