1
2
3
...
11
12
13
...
19

– Определено хотя бы конкретное место поисков? – спросил Сабельников.

– Конкретно ничего не ясно, но приблизительный район поисков можно очертить. В ФСБ считают, что речь идет об обычном крушении устаревшего самолета. Но в МВД мне сообщили, что в посольстве не могут уточнить характер грузов, которые перевозил самолет. Однако известно, что это самолет восемьдесят девятого года выпуска, то есть практически самый новый самолет в республике. Я позвонил из МВД и попросил своего старого знакомого, который работает у них в республике в посольстве России, узнать, чей это самолет и какой груз он мог перевозить. Странно, что на таком большом лайнере летели всего шестеро пассажиров в Швейцарию, причем рейс был явно чартерный. Тогда почему им дали такой большой самолет? И кто мог быть пассажирами этого самолета? Он обещал узнать все и позвонить мне.

– Вы думаете, что секрет исчезновения самолета связан с пассажирами «Боинга»? – уточнил Сабельников.

– Или с грузом, который они перевозили, – кивнул Максимов. – В любом случае этот инцидент касается сразу нескольких стран Содружества. За ним одновременно следили радары нескольких государств СНГ. И, судя по той настойчивости, с какой их посольство направляет ноты в российский МИД, им крайне важно найти этот самолет.

– Где он мог потерпеть крушение, хотя бы приблизительно? – снова спросил Сабельников.

Максимов попросил секретаря принести подробную карту указанного района и, когда карту расстелили на столе, указал на возможный район нахождения самолета.

– Вот здесь. Возможный район крушения – у Аграханского полуострова, у вытянутой гряды, севернее Махачкалы. Вообще-то район поисков может быть огромным. От Кизилюрта до печально известного всем Кизляра. Аналогию понимаете?

– Вы думаете, что самолет похитили, чтобы потом прибегнуть к шантажу или вымогательству? – спросил Матюшевский.

– Я пока ничего не думаю. Итак, мы имеем только факт исчезновения самолета. И обратите внимание, что, несмотря на все поиски специалистов из МЧС, не было найдено ни одного его обломка. Я привык верить фактам, а не домыслам. Самолет не мог раствориться в воздухе, и уж тем более его не могли украсть инопланетяне. Значит, я могу исходить из самых худших предположений.

– В посольстве не объясняют, какой груз был на борту самолета? – уточнил Сабельников.

– Отвечают очень туманно. – Максимов посмотрел на лежавшую перед ним карту. – Неясно и другое. Почему военные не могут точно определить район поисков? Они ведь должны были зафиксировать полет самолета силами Северо-Кавказского особого военного округа. Но на все запросы МЧС они отвечают, что район поисков уточняется.

– Плохая погода не могла быть для них помехой, – согласился Матюшевский. – Если они не могут уточнить точного места, получается, что лайнер пошел на посадку.

– Во всяком случае, взрыва не было – это точно, – ответил Максимов, – иначе силами ПВО была бы зафиксирована какая-нибудь вспышка. Возможно, что самолет упал в воду и затонул. Севернее гряды есть песчаники, вероятно, они могут поглотить целый самолет, хотя и в этом случае местные жители должны были бы найти хоть какие-нибудь признаки катастрофы.

Все посмотрели на карту. В этот момент секретарь принесла телеграмму для полковника.

– Срочное сообщение, – доложила девушка.

Максимов взял бланк телеграммы и нахмурился. Потом поднял голову, оглядел собравшихся и прочел полученный текст:

– Срочная телеграмма из посольства. Доставлена по каналам МИДа. В республике, откуда вылетел самолет, ходят слухи, что это был президентский самолет с особым грузом. Многие считают, что в исчезнувшем самолете находился племянник президента, который должен был перевезти какой-то особо важный груз в Швейцарию. Российское посольство подтверждает факт исчезновения самолета и сообщает, что уточняет детали случившегося, хотя информации об этом в прессе нет до сих пор. Не говорят о случившемся ни по телевидению, ни по радио. Словом, вокруг пропавшего самолета существует какой-то заговор молчания.

Он сложил телеграмму и многозначительно посмотрел на сидевших перед ним офицеров.

– По-моему, все становится на свои места, – негромко продолжил он. – Теперь уже понятно, что это был не простой рейс и на борту самолета был действительно специфический груз, если в таком лайнере летели всего лишь шестеро пассажиров. Видимо, груз очень важен для республики, откуда вылетел самолет, если они прилагают к его поискам такие отчаянные усилия. И, судя по всему, запросы будут не единственным свидетельством их настойчивости. В Дагестан уже вылетели несколько их представителей. И они не успокоятся, пока не найдут «Боинг» с исчезнувшим грузом.

Неожиданно раздался звонок телефона. Максимов посмотрел на стоявшие слева от него аппараты. Звонил прямой телефон генерала Ларионова, руководителя бюро. Он поднял трубку.

– Про самолет знаешь? – спросил генерал.

– Я был в МВД, – подтвердил Максимов.

– Мне звонили из нашего МИДа, – продолжал Ларионов. – Они считают, что мы обязаны подключиться к поискам исчезнувшего лайнера. Как международная региональная организация в рамках СНГ мы обязаны оказывать всяческую помощь в подобных случаях. Пошли в Махачкалу прямо сегодня нескольких своих ребят. У тебя есть люди, владеющие местными языками?

– Я уточню, – пообещал Максимов.

– Не тяни. В МИДе ужасно раздражены настойчивостью их посольства. Они, видимо, хотят использовать нас как громоотвод, если самолет не найдут. Я разговаривал с представителями МЧС. Там говорят, что это первый подобный случай в их практике, чтобы бесследно исчез целый самолет. Нужно его найти. Ты меня понимаешь?

– Мы пошлем наших людей. Но, если он ушел под воду, шансы найти его крайне невелики.

– Все равно нужно помочь МЧС найти этот самолет.

– Может, сначала нужно послать людей в республику, откуда вылетел этот самолет?

– Нет. Наши специалисты из ФСБ предлагали такой вариант, но посольство категорически возражает. Они считают, что у себя разберутся сами. Их интересует только пропавший самолет.

– Но поиски лучше начинать с места вылета, – настаивал Максимов.

– Я же объяснил, что они возражают, – недовольно заметил Ларионов. – Пошли своих людей на поиски. Если он упал в воду, его нужно найти. Если его украли – тем более. Там уже работают все, кто только может. Мне сказали, что туда вылетели сотрудники ФСБ. Сейчас там создана объединенная группа из пограничников, представителей авиационных служб, МЧС и МВД. Я думаю, ваши люди сумеют оказать нужную помощь в координации всех действий. Это все-таки непосредственно наше дело. Он мог упасть в территориальных водах Казахстана или Азербайджана. В общем, ничего нельзя понять толком.

– Тогда тем более нужно начинать с проверки обстоятельств вылета самолета. Возможно, его похитили, – продолжал настаивать Максимов.

– Их посольство возражает. Я же уже говорил.

– Но это абсурдно. Почему они отказывают?

– Посылай людей, Максимов. Об остальном поговорим позже, – твердо сказал Ларионов и положил трубку.

Максимов медленно опустил трубку и спросил у Керимова:

– Вы были в Дагестане?

– Конечно.

– Местные языки знаете?

– Там много языков, – засмеялся Керимов, – но некоторые понять смогу.

– Полетите в Махачкалу, – решил Максимов. – Итак, группа в составе Чумбуридзе, Керимова, Аракелова вылетает в Махачкалу. Вы все кавказцы, знаете местные обычаи, правила поведения. Старший группы – майор Чумбуридзе. Подключайтесь к совместной поисковой группе МВД и МЧС и занимайтесь поисками «Боинга». Не думаю, что вы принесете там особую пользу своим присутствием, но наш МИД настаивает на присутствии сотрудников бюро в этом районе. Видимо, их крепко достали с этим самолетом. В любом случае, я думаю, будет правильным, если вы предоставите свободу действий местным правоохранительным органам. Они разберутся без всяких наблюдателей и гораздо быстрее. А если не разберутся – значит, самолет упал в воду и затонул.

12
{"b":"804","o":1}