ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Я не способна сейчас ни о чем думать.

– Этого я и добивался. – Он встал и подошел к ней. – Я просто хотел убедиться, что ты все еще принадлежишь мне.

Она поспешно отступила:

– Нет, Лион!

– Да. – Он взял ее лицо в свои руки. – Доверься мне, дорогая.

В его глазах играли отблески огня, и под его властным взглядом она вновь ощутила свою беспомощность.

– У меня кружится голова. Наверно, я выпила слишком много вина.

– Говорят, что истина в вине. – Его губы коснулись ее виска. – Прислушайся к себе, Санчия.

Но было ли истиной то, что она чувствовала? Хаос и смятение. В ушах стоял звон, как во время исполнения морески.

– Мне нравится твое платье. Я знал, что тебе очень пойдет этот цвет. – Он отодвинул ее от себя и отступил на шаг. – Нефритовая королева, не пора ли начать нашу игру?

– Но ты всегда выигрываешь!

– Только не в этот раз. – Он снял черную бархатную куртку и отбросил ее в сторону. – Сегодня мы выиграем оба. Ты помнишь, как тогда, в конюшне, я попросил тебя раздеться?

Ее грудь стеснило от волнения:

– Да.

– Ты была испугана. – Он снял прекрасную белую рубашку и бросил ее поверх куртки. Он стоял перед ней только в серых штанах и высоких черных сапогах, мягкая кожа которых подчеркивала стройную линию его ног. – Мне это понравилось. Я хочу, чтобы твой страх никогда не давал тебе забыть о том, что ты принадлежишь мне.

Темные волосы у него на груди казались такими мягкими и волнистыми, что кончики ее пальцев начало покалывать.

Ей так хотелось прикоснуться к нему, пробежать пальцами по волнистым волосам, ощутить сильные мускулы на его груди и плечах.

Он снял сапоги и начал развязывать завязки на штанах.

– Сейчас ты не выглядишь испуганной.

Но она испугалась. Даже больше, чем тогда, в конюшне, когда выполняла все его приказы. Потому что вдруг осознала, что он не будет больше приказывать ей. И то, что она станет делать, будет сделано ею по собственному желанию.

Теперь он стоял перед ней совершенно обнаженный.

– Иди ко мне, дорогая.

Но она двинулась не сразу. Ее взгляд скользнул по его груди, вздрагивающим от напряжения мускулам, а затем еще ниже…

– Смелей! – Лион стоял, слегка расставив ноги, и тяжело дышал. – Нападай, Санчия. Я совершенно беззащитен перед тобой.

– Но не безоружен, – пробормотала она, не отрывая от него взгляда.

– Тогда позволь мне вложить оружие в ножны. – Его глаза наполнились смехом. – Ты это имела в виду? Примешь меня? – Он протянул к ней руку:

– Дорогая!

Она шагнула вперед, затем сделала еще один шаг и внезапно оказалась прямо перед ним.

Он взял ее правую руку и медленно поднес к губам, покрывая ладонь поцелуями и не отрывая от нее взгляда.

– Вам мат, нефритовая королева, не так ли? – Он провел ее рукой по своей груди, и она услышала, как бьется его сердце у нее под ладонью.

– Я принадлежу тебе, – произнес он мягко. – Скажи это.

Ее глаза распахнулись:

– Что?

– Это правда, ты знаешь. Я принадлежу тебе, также, как ты принадлежишь мне. Скажи это.

– Ты… принадлежишь мне.

– Навсегда.

Она молча смотрела на него.

Он прижал ее ладонь еще теснее. И удары его сердца непостижимым образом совпадали с ударами ее сердца.

– Навсегда, Санчия.

– Этого не может быть.

– Мы поговорим об этом позже. – Он провел ее рукой по своему телу, опуская все ниже и ниже, пока она не коснулась воплощения его мужского достоинства. Он продолжал держать ее руку, и дрожь прошла по его телу. – Боже, я больше не могу ждать. Ты примешь меня?

Его лицо исказилось, как от боли, и Санчия ощутила такой прилив желания, который смел последние преграды. Почему она медлит, ведь, уже покинув зал, она знала, что не в силах будет совладать с собой.

– Думаю, что я… должна.

– Слава всем святым! – Он отодвинул ее руку и шагнул ближе так, что ее одежда коснулась его обнаженного тела. – Сними побыстрее платье или, клянусь, я сорву его сам и возьму тебя так же, как тогда в конюшне. Боже! Чего бы я только не отдал за кровать в эту минуту!

Она оглянулась, с изумлением обнаружив, что в комнате не было мебели, только ковер перед камином.

– Поспеши, я не могу больше ждать, иначе руки у меня будут дрожать так сильно, что я стану неуклюжим.

Непослушными пальцами она сумела расстегнуть платье и сбросить его с себя. Она уже собиралась снять туфли, когда почувствовала, как Лион, обхватив за талию, приподнимает ее над полом.

– Обними меня, – пробормотал он, – своими ногами.

Она обвила его, касаясь ногами бедер, в то время как он вошел в нее с неистовой силой. Ее голова запрокинулась, и она коротко вскрикнула. Какое острое чувство заполненности!

Его руки обхватили ее ягодицы и прижимали к себе, заставляя принимать все глубже и глубже, всего полностью, без остатка.

Ей показалось, что он бормочет что-то едва слышно. Молитва… Проклятье… Она не могла разобрать, что это было.

– Сожми! – Он стоял, замерев, с закрытыми глазами, и только ноздри его вздрагивали. – Плотнее.

– Больше не могу. – Она попыталась выполнить его просьбу и услышала стон, вырвавшийся из его груди.

Затем он опустился коленями на пол и осторожно положил ее на ковер. Он то погружался, то выходил из ее тела, подчиняя ее своему простому, но мощному ритму.

Заполненность. Единение. Санчия прикусила губу, чтобы сдержать крик, рвущийся после каждого толчка, который волной прокатывался сквозь нее.

– Санчия! – Его мужская плоть двигалась вперед и назад все с большей силой, толчки становились все короче и отрывистее:

– Позволь… я отдам… Пожалуйста…

Он умоляет ее, этот гордый и неистовый человек просит ее согласия. Это поразило Санчию.

– Дай… мне… – Ее слова были слабее шепота, так как бедра внезапно напряглись. – Дай! – Она выгнулась от удовольствия, судорогой пронзившего ее.

Он прижал ее к себе еще теснее, сметая последние преграды, еще несколько движений – и вот вершина!

Двигаясь вперед и назад, он тяжело дышал, шепча ей на ухо слова любви. Его губы двигались по ее шее, лицу, покрывая их легкими поцелуями.

– Санчия, разве я не говорил тебе? Как мы можем жить без этого?

И в какой-то момент она подумала, что он прав. Она больше не сможет жить без этого. Она была частью его. Он был частью ее. Счастье… обладание… желание… Ничего не было более естественного, чем принимать Лиона в себя, ощущать его руки на своем обнаженном теле, его губы на своих губах.

Он поднял голову.

– Спасибо тебе, дорогая. – Его голос был серьезным. Она прижалась щекой к его груди, а его пальцы блуждали в ее волосах.

– Почему ты молчишь?

– Не знаю, что сказать. Я слишком переполнена… – Она замолчала, чувствуя, как задрожала его грудь от еле слышного смеха, и сообразила, что его позабавила игра слов… – И в этом смысле тоже.

Он чуть шевельнулся:

– Если ты думаешь, что на этом все кончится, то ты ошибаешься. Я ждал так долго и тащил тебя так высоко в небеса не для того, чтобы так быстро удовлетвориться. – Он отодвинул ее от себя и улыбнулся с неожиданной нежностью:

– Думаю, что эта игра понравится тебе больше, чем игра в шахматы. Мы примем другую позу. Существует много способов, которые нам надо испробовать.

– Пока нет. Я не представляю, как я смогу еще раз пережить это.

– А я представляю. – Его рука обхватила ее грудь. – Твое опьянение не прошло? Но это не вино. Я обольщаю тебя. Думаю, что это удается мне очень хорошо, хотя никогда раньше мне не приходилось обольщать женщин. По натуре я слишком груб и прям, чтобы соблазнять их. И я бы никогда не добился успеха, если бы ты не хотела меня так же, как я тебя. – Его рука скользнула вниз и коснулась ее лона. – Ты веришь, что мы могли зачать ребенка? – Он мягко засмеялся. – Чувствуешь, как я возбудился? Только при мысли о ребенке, которого я могу… – Он замолчал, почувствовав, как ее дыхание прервалось. – Санчия?

– Я не думала о ребенке. Я не должна была – Ужас снова поднимался со дна ее души. – Как я могла совершить такую глупость! – Она принялась отбиваться, но он крепко держал ее в своих объятиях. – Позволь мне уйти, Лион.

62
{"b":"8040","o":1}