ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Джейн посмотрела на него.

— Зачем ты согласился пойти на это? У нас в кассе не осталось денег на двигатель.

— Исхитрюсь как-нибудь. Урежу, где можно. — Патрик не смотрел на нее, продолжая потягивать виски. — Махарадже нравится блеск и сияние. А нам нужно, чтобы он был доволен.

— Это правда. — Она стояла и, нахмурившись, смотрела на него. — И на чем ты собираешься сэкономить?

Патрик неопределенно махнул рукой.

— Часть здесь, часть там… Ничего серьезного.

— Ты уверен?

— Я ведь уже сказал, кажется? — Тон Патрика стал раздражительным. — На железную дорогу я пришел четырнадцатилетним парнишкой, Джейн. И знаю, что делаю.

— Я только хотела…

— Ну какая же тут жарища! — Патрик отодвинул стул, поднялся, взял бутылку и стакан. — Пойду на веранду. Там прохладнее.

Да, там никто не помешает спокойно заняться бутылкой, никто не будет задавать неприятные вопросы, на которые не так-то легко найти ответ, подумала Джейн, провожая его глазами до дверей. Он ступал не очень твердо, но еще не шатался. Значит, когда Патрик разговаривал с махараджей и Пачталом, они не заметили, что он успел выпить.

Пачтал. Его появление означало, что Абдар о ней не забыл. На какой-то миг страх сжал ее сердце. Последние две недели она была предельно осторожна, понимая, насколько разгневан принц. И все же ей удалось обмануть его. На губах Джейн играла улыбка удовлетворения, когда она, собрав тарелки, понесла их в кухню, что примыкала к столовой.

Высокая, одетая в сари служанка перекладывала куски курицы в миску Сэма. Она выпрямилась и виновато улыбнулась, увидев Джейн.

— Я знаю, что на собаку вы не рассчитываете…

— Ничего, Сула. Смотри только, чтобы Патрик не увидел пса.

Сула кивнула.

— Вам понравилась еда?

— Очень. — Джейн с отсутствующим видом улыбнулась и поставила тарелки. Потом наклонилась и погладила собаку по гладкой голове. А, может, появление Пачтала означало, что принцу наскучило играть с ней в кошки-мышки. Значит, пора выбраться к Цабри и расспросить о дороге, по которой Картаук мог бы покинуть город. До сих пор ей никак не удавалось вырваться. Дольше откладывать нельзя. Сегодня же она пойдет к этой женщине.

Нет, не сегодня вечером. Она чувствовала вялость и апатию во всем теле. Какого черта она должна заботиться об этом Картауке, когда у нее и без того полно забот?! Ли Сунг прав: Картаук не такой уж беспомощный. Он взрослый мужчина. Однако, пока власть в Казанпуре принадлежит Абдару, Картаук не может ступить и шагу без…

Господи! У нее, должно быть, плавятся мозги от жары. Надо вымыться, лечь спать и не думать ни об Абдаре, ни о его отце, ни о Картауке, ни о той работе, что ждет ее завтра…

Когда она проходила через общую комнату, направляясь в свою спальню, то услышала, как Патрик что-то бормочет себе под нос. На секунду она вспыхнула от переполнявшего ее возмущения. Он благополучно топил свои заботы в бутылке виски, предоставляя ей решать все сложные вопросы.

— Джейн! — позвал ее Патрик.

Она остановилась, но не повернулась в его сторону.

— Ну?

— Останься завтра дома. Полежи. — Голос его был мягким, заботливым, почти любящим. — Мне не хочется, чтобы ты снова заболела. Что я буду делать без тебя?

И негодование Джейн отступило. Он и в самом деле заботился о ней, как мог. И, видит Бог, она нужна ему.

— Я не больна. Просто немного устала.

— Ну так отдохни.

«Легко сказать, но невозможно сделать, когда конца работе не видно», — уныло подумала Джейн.

— Хорошо. — И снова пошла к двери спальни. Вялость и апатия отступили под влиянием теплого чувства к Патрику. Может быть, он и использует их, как говорит Ли Сунг. Но он помог им уехать из заведения Француженки, дал им кров, еду и, главное, свободу выбрать свой жизненный путь. Только за одно это она должна быть благодарна до конца своих дней. И пусть ей приходится заниматься нелегким делом. Но она любит свое ремесло. Знает его. И это не сравнить с той жизнью, которую вела ее мать и другие женщины в заведении.

Джейн зажгла керосиновую лампу на столике возле узкой, покрытой противомоскитной сеткой кровати и начала расстегивать свою свободную, просторную рубашку. Ей уже стало лучше. А когда она смоет пот и грязь, что накопились за день, то еще больше взбодрится и у нее будут силы, необходимые для похода в город. Нельзя больше откладывать посещение Цабри.

— И что это за место? — прошептал Йен, вглядываясь в большой двухэтажный дом на противоположной стороне улицы.

Руэл, не отрывая взгляда от дверного проема, в котором только что скрылась Джейн Барнаби, ответил:

— Знаменитое заведение, которое содержит Цабри. Уважающие себя леди здесь не показываются.

— Цабри… Кажется, Абдар упоминал про нее. — Йен нахмурился. — Но он мог и солгать.

— Он не солгал.

— Откуда ты знаешь?

— Я провел здесь две ночи на прошлой неделе.

— Ты ничего не сказал мне об этом.

— Еще не хватало всякий раз ставить тебя в известность, когда я отправляюсь в очередной притон.

— Ты хотел разузнать что-нибудь о Картауке?

— Прежде чем доберешься до главной жилы, приходится обследовать весь участок. — В голосе Руэла послышались насмешливые нотки. — Но разведка доставила мне массу удовольствия. Цабри — верная последовательница «Камасутры».

— Что это значит?

— Восемьдесят восемь позиций, которые могут доставить удовольствие мужчине и женщине.

— Языческий разврат! — Йен немного помолчал, но любопытство взяло верх. — И сколько ты перепробовал?

Руэл фыркнул.

— Шесть. Но за один визит это немало. — Улыбка сошла с его лица, когда он снова взглянул на дом. — Мне хочется узнать, насколько сведуща мисс Барнаби в этой восхитительной науке. Кажется, ты ошибся насчет нее.

— Не торопись с выводами. А вдруг здесь прячется Картаук?

— Не исключено, — улыбнулся Руэл, — но не похоже.

— Почему?

— Абдар знал, что она здесь появляется. Думаю, он первым делом решил проверить здесь все от чердака до самого низа. Нет, ответ проще и грубее. Она осталась без любовника и решила дать выход накопившимся чувствам. Цабри рассказывала, что некоторые весьма чопорные жены офицеров тайком приходят сюда. Цабри оставляет для них тускло освещаемые комнаты, они надевают фантастические маски, закрывающие лица, — и позволяют себе предаваться порочным наслаждениям.

Он говорил подчеркнуто небрежным тоном, чтобы скрыть вспыхнувшее в нем чувство разочарования и вместе с тем удовлетворения, когда он представил себе Джейн, лежащую в одной из тускло освещенных комнат заведения Цабри. Удовлетворение — от того, что он оказался прав в своих предположениях. Обыкновенная шлюха, с которой каждый может делать все, что ему угодно. А разочарование… Впрочем, к чему копаться во всем этом. Руэл раздраженно махнул рукой и направился к дому.

— Ты куда? — спросил Йен.

— Предложить свои услуги. — Руэл улыбнулся как можно беззаботнее. — Я устал торчать здесь. Пора поближе познакомиться с этой странной леди.

— Ты собираешься попросить Цабри прислать ее к тебе? Подожди, я пойду с тобой.

— И пожертвуешь ради меня своим целомудрием? — насмешливо спросил Руэл. — Я не смел и мечтать о таком. Но, боюсь, Мэгги никогда не простит меня.

— Маргарет, — поправил его. Йен. — Но я вовсе и не собирался…

— Я пошутил. — Руэл с любопытством посмотрел на брата. — Ты был помолвлен с ней, когда ей исполнилось шестнадцать лет. И остаешься верен ей после стольких лет ожидания?

— Конечно.

— Тогда будет лучше, если ты останешься здесь дожидаться меня. Слишком нелепо…

Йен кивнул, поняв, что имеет в виду Руэл.

Цабри сердито смотрела на Джейн.

— Ты доставляешь мне очень много хлопот, — сказала она, поджав губы.

— И еще большее количество рупий, — ответила Джейн спокойно.

Тень улыбки промелькнула на лице владелицы заведения.

— Должна сознаться, что мне приятно насолить немного принцу Абдару. Но, главное, соблюсти меру. Садись, мне надо привести себя в порядок.

12
{"b":"8046","o":1}