ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Белим?

— Это слово обозначает игры вообще. Циннидарцы большие любители игр. Одни игры похожи на шахматы, другие — на нарды, третьи представляют собой нечто вроде игры в кости и одновременно гадание. Есть и своеобразные карты. Циннидарцы считают, что игры помогают человеку совершенствовать свой ум и характер. Одним словом, игры — их любимое времяпрепровождение.

— А мы собираемся заставить их работать? — холодно уточнила Джейн.

— Они не лентяи. Я не сразу раскусил их. И первое время мне непросто было найти с ними общий язык. Но когда я получше узнал их, то превратил работу в игру, устроил соревнования, делил их на команды и вручал команде победителей всякого рода призы. И каждый раз разные и неожиданные. Когда ими движет интерес, а не алчность, они горы могут свернуть.

— И что это за призы?

— Ты будешь смеяться, но это тоже решаю не я. Каждую неделю собирается совет и определяет, какими будут призы, в зависимости от того, что требуется тому или иному племени.

— И ты — глава совета?

Руэл покачал головой:

— В циннидарском совете не позволяется присутствовать посторонним. За три года я ни разу не удостоился чести быть приглашенным на этот совет. — Он улыбнулся. — Правда, со слов Дилам я понял, что через год или два мне, может быть, позволят это.

— Дилам состоит в совете?

— Дилам — глава совета. Это в высшей степени неординарная личность. — Он бросил взгляд на заходящее солнце. — Я проведу вас в палатку для белима. Там собираются по вечерам все обитатели лагеря. Там мы и отыщем нашего переводчика.

Смех и возбужденные крики доносились из-под огромного тента, расположенного посередине лагеря, в сотне ярдов от них.

Когда они вошли, шум немного поутих. Под тентом лежали расстеленные цветные коврики, устилавшие земляной пол почти сплошным ковром. То там, то здесь стояли замысловато изогнутые филигранной работы светильники, которые освещали возбужденные лица циннидарцев, разбившихся на несколько групп. И мужчины, и женщины заплетали свои темно-каштановые густые волосы в толстую косу, похожую на ту, что носил Ли Сунг.

Их появление не привлекло особенного внимания. Несколько мужчин приветствовали Руэла, но скорее дружески, чем почтительно. Он ответил им так же, продолжая оглядываться вокруг:

— Кости!.. Я так и думал. Дилам предпочитает кости всем другим играм. — Он начал проталкиваться к сидящим кружком мужчинам и женщинам в самой дальней части площадки.

— Дилам! Можно с тобой поговорить? — позвал Руэл.

— Сейчас, самир Руэл.

Джейн, услышав женский голос, застыла в немом изумлении. Она никак не ожидала такого поворота.

Молодая темноволосая женщина перевела свой взгляд на Джейн.

— А! И ты уже здесь. Хорошо.

— Думаю, ты довольна, — проговорил негромко Руэл. — Теперь ты не единственная женщина, способная возглавить работу на строительстве дороги.

Дилам бросила кости. Среди игроков раздались насмешливые возгласы. Дилам усмехнулась и ответила что-то на своем языке, прежде чем обратилась к Руэлу.

— Я почти всегда выигрываю. Их сердит, что я такая везучая А я им ответила, что боги помогают тем, кого они сначала одарили умом. Сейчас я удвоила ставку и, когда закончу, выйду к вам. Подождите меня снаружи, если хотите поговорить. Здесь слишком шумно.

Руэл кивнул, и они втроем вышли из палатки.

— Не может быть, чтобы женщина… — заговорил Ли Сунг.

— Медфорд попросил совет циннидарцев выделить кого-нибудь из местных жителей для наблюдения за рабочими. Они выбрали Дилам. Отказаться от нее значило оскорбить наиболее уважаемых жителей Циннидара.

— Она очень хорошо говорит по-английски.

— Я же говорил, что Дилам — в высшей степени неординарная личность.

Вскоре и сама Дилам вышла к ним. Среднего роста, с чуть широковатыми плечами, но сильным, гибким телом, она двигалась легко и непринужденно. На ней была темно-зеленая блуза, просторные черные штаны и кожаные сандалии.

— Ты Джейн Барнаби? — Она приветливо протянула руку. — А меня зовут Дилам Канкула. Ты можешь называть меня просто Дилам.

— Благодарю. — В густой тени деревьев Джейн могла различить только сверкающие живым блеском темные глаза и ослепительную улыбку. Женщине было около тридцати. Ум и мягкий юмор, светившиеся в ее глазах, делали ее красивое лицо еще более привлекательным.

— Руэл не предупредил меня, что я буду работать с женщиной, — призналась Джейн.

— Но ты довольна? Мы сможем лучше понять друг друга. Мне не придется доказывать, на что я способна, как это приходилось делать с самиром Медфордом.

— А в группе рабочих есть еще женщины?

— Да. Но их немного. Там, где нужна сила, сподручнее работать мужчинам. Женщины нужнее там, где требуется терпение и рассудительность.

— Что-то я не понял… — вступил в разговор Ли Сунг.

Дилам перевела взгляд на него.

— Ли Сунг? Я не заметила тебя.

— Похоже, что ты не считаешь нужным замечать мужчин, поскольку их удел — грубая физическая работа. На большее они, судя по твоим словам, не годятся.

— Я не хотела никого обидеть, — проговорила Дилам, глядя в лицо Ли Сунгу. — Разве то, что я сказала, — неверно?

— Но я бы не стал утверждать…

— На острове царит матриархат, — перебил его Руэл, — неужели я забыл упомянуть об этом в разговоре с вами?

Джейн с раздражением отметила, что он прекрасно обо всем помнил. И не предупредил их ни о чем. Глаза Руэла сверкали озорным блеском, когда Руэл переводил взгляд с Дилам на ощетинившегося Ли Сунга.

— Я уверена, что мы с тобой поладим, — миролюбивым тоном продолжала Дилам.

— Если ты не собираешься обращаться со мной, как с вьючным животным, — едко ответил Ли Сунг.

— И не собиралась. — Дилам посерьезнела. — Ты не совсем правильно понял мои слова. На самом деле мужчины замечательные создания.

— Создания?! — еще больше возмутился Ли Сунг. — Как мулы или слоны?

— Нельзя ставить в один ряд мулов и слонов. Слоны намного умнее.

— А какое место в этом ряду ты отводишь мужчинам?

— Далеко не последнее, — усмехнулась вдруг Дилам. — Такое впечатление, что ты нарочно хочешь поссориться со мной? Я не ошиблась?

— Нет, не ошиблась. Объясни, какими достоинствами, на твой взгляд, обладают эти «замечательные создания»?

— Мужчины — хорошие охотники и воины. Еще они неплохие ремесленники.

— Но на то, чтобы управлять, у них не хватает мозгов?

Дилам покачала головой.

— Скорее терпения У мужчин слишком горячий, слишком вспыльчивый нрав. До того, как женщины начали править в совете, на острове постоянно вспыхивали войны между племенами.

— А сейчас воцарились мир и благодать?

— Не во всем, — бодро улыбнулась Дилам. — Но все же прежде, чем ребенок появится на свет, проходит девять месяцев, и мы, решая тот или иной вопрос, подходим к нему более взвешенно. Особенно в том, что касается нашей будущей жизни и жизни наших детей.

— А разве мужчины не любят своих детей, не думают об их будущем? — упорствовал Ли Сунг.

— Тогда почему мужчины постоянно воюют? — Дилам подняла руку, желая прекратить бессмысленный спор. — Надеюсь, мы остановимся на этом? Продолжим наш разговор позже.

Джейн видела, что слова Дилам с каждой минутой усиливают раздражение Ли Сунга, и тоже поспешила вмешаться:

— Не покажешь ли ты, где находится моя палатка? Мы могли бы сесть там и обсудить.

Дилам покачала головой:

— Самир Руэл покажет, а я, — она улыбнулась и повернулась к Ли Сунгу, — провожу его.

— В этом нет необходимости, — холодно возразил Ли Сунг.

— А мне это было бы приятно, — непринужденно отозвалась Дилам, не обращая внимания на его раздраженный тон. — Ты рассердился на меня, и мне хочется, чтобы у тебя исправилось настроение. Нам нужен неслинг до ужина.

Джейн услышала, что Руэл не то фыркнул, не то глотнул воздух.

— Неслинг? — Ли Сунг, нахмурившись, вопросительно посмотрел на Руэла.

64
{"b":"8046","o":1}