ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но она тут же опомнилась. Прочь это безумие, иначе будет поздно.

Джейн выпрямилась, вызывающе вздернув подбородок, посмотрела ему в глаза и выдавила сквозь зубы:

— Убирайся к дьяволу! Дай мне заниматься своим делом, чтобы я могла успеть все сделать в срок.

Какое-то мгновение ей казалось, что он не послушается ее. Но Руэл улыбнулся.

— Слушаю и повинуюсь! — И по-прежнему негромким голосом добавил: — Но на один миг ты это почувствовала. Признайся, Джейн.

Она, сжав зубы, промолчала.

— Да. Ты почувствовала это. — Он смотрел на нее и улыбался. — В эти дни я не смогу навещать тебя так часто, как мне того хотелось бы. Есть дела, которые я уже не могу откладывать. Поэтому мне хотелось оставить в твоей душе достаточно сильные воспоминания. Они будут будоражить тебя в мое отсутствие.

Джейн не могла поверить своим ушам. Неужели он оставит ее в покое на несколько дней?

— Давно пора было бы заняться своими делами и предоставить мне возможность закончить мои.

— Но мысленно я буду с тобой, и ты будешь помнить обо мне постоянно.

Его самонадеянность настолько возмутила Джейн, что она вспылила:

— Подожди! — Ее голос дрожал от негодования.

Он повернулся и недоуменно посмотрел на нее.

— Почему ты считаешь, что тебе дано право вершить правосудие? Ты жил таким праведником, что можешь позволить себе карать тех, кто совершил ошибку?

— Нет. Я совершал столько грехов, сколько тебе и в страшном сне не приснится. — Выражение его лица стало более жестким. — Но я никогда не причинял зла ни в чем не повинным людям, не расплатившись за это. Все мы должны расплачиваться за свои проступки, Джейн. С детских лет я усвоил, что если хочу добиться справедливости, то должен рассчитывать только на самого себя. — Его голос вдруг сорвался. — Этот мир несправедлив. И надеяться на судьбу или на Господа Бога, которые сами накажут тебя, не стоит. Я не отпущу тебя до тех пор, пока ты не выпьешь свою чашу искупления до дна.

Джейн стояла и смотрела, как Руэл садится на своего коня. Только когда он скрылся за поворотом, она смогла вздохнуть, опуститься на колени и вновь приняться за измерения.

Не видя ничего перед собой, Джейн нащупала рельс: крепкий, стальной и теплый от солнечных лучей. И ей сразу стало спокойнее на душе. Такие рельсы нелегко сломать. И точно так же она не позволит никому согнуть или сломить ее волю.

Принц тьмы!

Джейн проснулась от глухих ударов сердца.

Это всего лишь сон, попыталась она успокоить себя.

Один и тот же сон, который заставлял ее просыпаться среди ночи с того самого дня, как Руэл последний раз пришел к ней. Тот же самый сон и та же самая постыдная явь при пробуждении: соски ее были твердыми и набухшими. Они болезненно отзывались на прикосновение одеяла. И еще эта ноющая боль в лоне.

Нет, на этот раз было иначе.

Вечером перед сном ей пришлось завернуться поплотнее в одеяло, потому что ночи на острове были довольно прохладными. А сейчас она задыхалась от жары.

Джейн торопливо встала, подошла к умывальнику и ополоснула лицо холодной водой. Кожа была сухой и горела при прикосновении.

Лихорадка? Она уже переболела малярией в Казанпуре, и симптомы были хорошо знакомы.

Мысль о болезни показалась ей счастливым избавлением. Этим мучительным видениям, которые терзали ее, нашлось объяснение.

Все дело было в ее недомогании. А вовсе не в Руэле.

14

— Железная дорога? — Абдар вцепился пальцами в обитые шелком подлокотники кресла. — Сколько еще осталось до ее окончания?

— Медфорд почти закончил свой участок. Тот участок, что начали вести два с половиной месяца назад….

— Сколько еще осталось? — резко перебил его Абдар.

— Мой человек в лагере Медфорда говорит, что через четыре месяца обе колеи соединятся.

— Четыре месяца! Шотландец в это время запасает руду. Как только линия будет готова, он получит массу золота. Моего золота! — Абдар вскочил и подошел к стене, где при свете свечей мерцала последняя маска — свидетельство его могущества. — Я должен забрать то, что принадлежит мне по праву.

— Есть еще новости. — Пачтал помолчал. — Приятные. В Циннидаре объявился Картаук.

— Что?! — Абдар повернулся к нему лицом. — Ты уверен? Он не погиб?

— Я сам видел его собственными глазами. Он даже не прячется. Живет во дворце и гуляет по острову.

— Считает, что находится в полной безопасности. Ему кажется, что я не могу добраться до этого проклятого острова. — Абдар помрачнел. — И он прав. До тех пор, пока я не стану махараджей, мне не удастся ничего предпринять.

— А когда это произойдет? Как чувствует себя ваш отец?

Абдар покачал головой.

— Он может протянуть до лета.

— К тому времени шотландец сумеет подготовиться к обороне. Остров можно захватить, только высадившись в гавани. Если у него будут деньги на строительство укреплений…

— Знаю, знаю! — раздраженно махнул рукой Абдар. — Мы не должны дать ему такой возможности. — Он протянул руку, касаясь подножия статуи богини Кали, и спросил, обращаясь к Пачталу: — Ты клялся мне в своей верности и уверял, что готов идти на все ради меня?

— Что вы хотите? — насторожился Пачтал.

— Он стар и болен. И все равно умрет…

— Но он махараджа, — охрипшим голосом проговорил Пачтал. — Вы знаете, какое наказание ждет меня, если кто-нибудь прознает о том, что я совершил. Меня сожгут на его погребальном костре.

— Никто не заподозрит ничего, если он умрет чуть-чуть раньше.

— Все равно это слишком опасно.

— Я не предлагаю тебе воспользоваться ни кинжалом, ни веревкой. Есть другие, менее заметные, способы. Есть яды, которые убивают человека через неделю или две. — Он с улыбкой повернулся к Пачталу. — Зачем человеку дается дар, если он не пользуется им?

— Но если…

— Это золото будет служить богине Кали. Значит, она поможет тебе. — Указательный палец Абдара с любовью коснулся кончика кинжала в руке богини. — Сделай это ради нее.

— Мне… надо подумать.

— Я верю, что ты справишься, — глядя ему в глаза, проговорил Абдар и вышел из комнаты.

Он чувствовал, как испугался Пачтал. Видимо, им еще придется вернуться к этому разговору, но Абдар не сомневался, что в конечном счете ему удастся добиться своего.

Кали всегда одерживает победу. А он ее посланец на земле.

— Руэл здесь. — Ли Сунг кивнул в сторону палатки, стоявшей в нескольких сотнях ярдов от колеи. — Он приехал узнать, как идет работа.

Джейн вытерла вспотевший лоб рукавом рубашки:

— И что ему неймется? Занимался бы своими делами.

— Ему хочется видеть своими глазами, насколько мы продвинулись вперед, — успокаивая ее, заметил Ли Сунг.

— Ну что ж. Он будет разочарован. Мы идем, опережая график.

— А почему он должен быть разочарован тем, что у нас все хорошо?

— Потому что потеряет много денег, если мы дойдем до Слоновьей тропы вовремя.

— Не думаю, что для Руэла так важны деньги.

Джейн вспыхнула:

— Значит, ты плохо знаешь его. Для чего ему остров? Только для того, чтобы стать богатым. И он не хочет терять свое… Что ты делаешь?

Ли Сунг коснулся ее лба ладонью.

— Тебя снова начало лихорадить? Ты выглядишь неважно.

Джейн отступила на шаг.

— Немного.

— Когда это началось? — мрачно спросил он.

Джейн попыталась уклониться от ответа.

— Ничего серьезного, не обращай внимания. Я принимаю квингбао. Скоро все пройдет.

— И ты надеешься выдержать, работая на износ?

— Пока проклятая дорога не будет закончена.

Ли Сунг с сомнением покачал головой.

— Руэл честный человек. Он согласится добавить несколько дней, если ты придешь и скажешь, что нездорова.

— Не вздумай сказать ему об этом! — Джейн направилась к палатке. — Попроси Дилам проверить последние четверть мили, которые я начала измерять.

— Я сам могу сделать это.

67
{"b":"8046","o":1}