ЛитМир - Электронная Библиотека

Обнаружить убежище мафиозо удалось благодаря долгой слежке за его женой, которая, через цепочку посредников, время от времени передавала мужу записки.

Решением властей Корлеоне одна из улиц города получила название «11 апреля» – в память о том «счастливом» дне, когда был арестован Бернардо Провенцано.

12 апреля 1919 года в Гамбе арестован Анри Дезире Ландрю, обвинённый в убийстве 10 женщин и одного ребёнка. Примерный семьянин, отец четырёх детей, скромный служащий в архитектурном учреждении, а по совместительству – брачный аферист, вымогатель, насильник и… жестокий, хладнокровный убийца. Свой криминальный бизнес Ландрю начинал с мелкого воровства и мошенничества: давал брачные объявления в газеты, затем знакомился с женщинами, под тем или иным предлогом брал у них деньги и исчезал. Первый итог его деятельности – доход в 10 тысяч франков и убыток в 3 года тюрьмы. Отец афериста, узнав о «художествах» сына, покончил жизнь самоубийством.

Выйдя из тюрьмы, Ландрю не сменил специальности, а только усовершенствовал методику. Каждый день в нескольких столичных и провинциальных газетах появлялось объявление, текст которого не менялся в течение пяти лет: «М. 47 лет, доход 4000 и сбережения, собирается уехать в красивую колонию со здоровымклиматом, желает познак. для женитьбы с дамой люб. возраста, пусть скромногодостатка, но одинокой и согласной последовать за ним. Серьезное предложение.

Агентства и посредников просьба не беспокоиться». Сотни женщин откликались.

Наиболее интересные предложения Ландрю заносил в картотеку, присваивая дамам кодовые имена. Он работал без устали, каждый день имел несколько свиданий с претендентками. Таким способом за довольно непродолжительный период – с 1914 по 1919 г. – Ландрю соблазнил 283 женщины, которым обещал жениться, под 96 псевдонимами: от анонимного Дюпона до аристократического Фореста де Бержье, от вычурно-сюрреалистического Тартемпиона до тривиального Кюше. Аферист страховал жизнь будущих жертв, с некоторыми предусмотрительно заключал брачный контракт, других склонял к составлению дарственных на его имя и завещаний. Затем он заманивал доверчивых женщин (в основном это были дамы бальзаковского возраста, потерявшие мужей) к себе на загородную виллу, жил с ними некоторое время, а потом убивал. Тела убитых расчленял и сжигал в камине, а их личные вещи – драгоценности, предметы туалета и пр. – развозил по комиссионным магазинам или преподносил в подарок супруге. На след преступника полицию вывела одна из его любовниц, сумевшая распознать в Ландрю опасного авантюриста. Ни до, ни во время суда Ландрю не сознался ни в одном из совершённых им злодеяний. Он всё отрицал, несмотря на обилие явных и прямых улик. В отношении семи преступлений из одиннадцати его виновность была доказана полностью. Суд приговорил Ландрю к казни на гильотине.

Жена осуждённого Мари-Катрин, с которой Ландрю благополучно жил в законном браке с 1889 года и которая никогда не задавалась вопросом об источнике доходов супруга, часто находящегося в командировках, подала на развод только 2 февраля 1922 года – за несколько дней до того, как голова её мужа отлетела в корзину с опилками. Злые языки утверждали, будто мадам Ландрю явилась в супрефектуру – для расторжения брака – в платье одной из пропавших женщин…

12 апреля 1977 года на рынке в городе Черкесске при сбыте поддельной 25-рублёвки оперативниками задержан Виктор Баранов, человек, которого несколько лет безуспешно разыскивала милиция всей страны. Фальшивки Баранова, уникальные по качеству исполнения, в 1976–1977 годах были обнаружены в отделениях Госбанка Москвы, Ленинграда, Киева, Минска, Вильнюса, десятков других городов.

Изготовленные кустарным способом в «мастерской» Баранова купюры ни на глаз, ни на ощупь не отличались от денег, которые выпускал Гознак. Их удавалось распознать лишь по характерному отслоению бумаги на сгибе, которое появлялось после длительного употребления. Фальшивые деньги поэтому свободно обращались до тех пор, пока не приходили в ветхость.

Виктор Баранов родился в 1941 году в Подмосковье. Отец его был военным прокурором, мать – работником торговли. После службы в армии Баранов перебрался жить в Ставрополь, работал шофёром в местном крайкоме партии. Говорят, возил самого Горбачёва. В 1977-м на суде он заявит, что стал фальшивомонетчиком… радея о государственных интересах. Мол, обратил внимание, как слабо защищены от подделок советские деньги. Неоднократно писал об этом в высокие инстанции, инстанции не реагировали. Тогда и решил доказать свою правоту на практике: подделать самую защищённую из советских купюр, двадцатипятирублёвую. У себя дома он оборудовал настоящую фабрику, позволявшую идеально воспроизводить все мельчайшие детали рисунка денег, включая волнистую сетку и водяные знаки. С помощью этой техники Баранов изготовлял купюры достоинством 25, 50 и 100 рублей. Одних двадцатипятирублёвок он реализовал более 850 штук.

Впервые его подделки были обнаружены в Москве в ноябре 1976 года. Но вначале следствие пошло по ложному пути, взяв под подозрение всех сотрудников типографских фабрик. Прорабатывалась также версия «происков ЦРУ», направленных на подрыв советской финансово-валютной системы. Арестовали Баранова с помощью «оперативной наводки», причём наводчик (редкий случай) был принят лично Щёлоковым и получил от него в подарок именные часы. Суд приговорил фальшивомонетчика к 12 годам тюрьмы с конфискацией незаконно нажитого имущества. Ходит легенда, что, уже находясь в заключении, Баранов умудрился изготовить несколько десятирублёвых купюр. Его вызвали к начальству и поинтересовались, не хочет ли он «добавки» к сроку. Баранов гордо ответил: «Внимательно прочитайте, что написано на бумажке». А там вместо «действительно на всей территории СССР» стояло: «действительно только на территории зоны». Заводить на знатного фальшивомонетчика дело о мошенничестве не стали.

13 апреля 1842 года родился Фёдор Плевако, адвокат, прозванный «московским златоустом». Как-то раз Плевако побился об заклад с друзьями, что добьётся оправдания пожилого священника, обвинённого в растрате приходского имущества, причём его речь в защиту подсудимого займёт не более одной минуты. Взойдя на кафедру, адвокат произнес: «Господа присяжные заседатели! Батюшка поступил дурно, спору нет. Но ведь тридцать лет он молился за нас и отпускал нам грехи. Так простим же теперь и мы единственный его грех, люди православные!» Присяжные вынесли оправдательный вердикт. А вот фрагмент ещё одной речи Плевако: «Много бед, много испытаний пришлось претерпеть России за её более чем тысячелетнее существование.

Печенеги терзали её, половцы, татары, поляки. Двенадцать языков обрушились на неё, взяли Москву. Всё вытерпела, все преодолела Россия, только крепла и росла от испытаний. Но теперь, теперь… старушка украла чайник ценою в 50 копеек. Этого Россия уж, конечно, не выдержит, от этого она погибнет безвозвратно!» Старушка была оправдана. В другой раз судили студента, обвинённого проституткой в изнасиловании.

Девица пыталась через суд взыскать с юноши материальную компенсацию за якобы нанесённую травму, а студент утверждал, что всё было по доброму согласию. «Господа присяжные, – взял слово Плевако. – Если вы присудите моего подзащитного к штрафу, то прошу из этой суммы вычесть стоимость стирки простынь, которые истица запачкала своими туфлями». Проститутка вскочила с места и прокричала: «Неправда! Туфли я сняла!» Реакция зала была соответствующей, а студента оправдали.

13 апреля 1994 года владельцы немецкой финансовой компании «Шнайдер-Группе», специализировавшейся на операциях с недвижимостью, Юрген Шнайдер и его жена Клаудиа Шнайдер-Гранцов, набрав в банках Европы кредитов на 8 миллиардов немецких марок, скрылись в неизвестном направлении. Спустя две недели супруги были случайно опознаны на одной из вилл во Флориде. Скандальная афера Шнайдеров поставила в затруднительное положение «Дойче Банк», который, не изучив финансового положения компании, согласился вести её дела во время отсутствия супругов в Европе. Следствием были установлены вопиющие нарушения в деятельности компании. Так, на приобретение одного из магазинов Юргену Шнайдеру удалось получить кредит на сумму в 415 миллионов немецких марок, тогда как его стоимость не превышала 8 миллионов. Обвинение в крупномасштабных хищениях, предъявленное Шнайдерам, едва не распалось, так как супругам почти удалось доказать, что в их действиях не содержалось состава преступления: они не занимались хищениями, а на «вполне законных основаниях» брали кредиты под установленные проценты в европейских банках. Тем не менее дело дошло до суда. В результате Клаудиа Шнайдер-Гранцов была оправдана, а Юргена Шнайдера осудили на 7 лет тюрьмы. Отбыв две трети срока, он вышел на свободу в декабре 1999 года по амнистии… Газеты окрестили дело Шнайдеров «крупнейшей финансовой аферой десятилетия».

22
{"b":"8054","o":1}