ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

А в нем есть доброе, напомнила себе Фанни, стараясь побороть искушение отказаться от своей безумной затеи. Стоит только вспомнить, как он ухаживал за ней, когда она болела…

Наконец Фанни сказала себе, что хватит сидеть в машине, ибо этим она ничего не добьется, и пора браться за дело. Все было бы хорошо, если бы не животный страх перед встречей с Ральфом, страх, который мучил ее с самого утра…

Расставаясь с ней, Ральф увез с собой самое отвратительное представление о ней, чего, собственно, она и добивалась, поэтому вряд ли он может обрадоваться, увидев ее вновь. Однако не стащит же он с нее платье и не поволочет в кусты?! Для этого он слишком хорошо воспитан.

Вздохнув, Фанни вылезла из машины и отправилась на поиски Джизеллы, Нашла она ее на кухне. Прекрасная итальянка что-то взбивала в большой миске. В лени ее никогда нельзя было обвинить, и Фанни понимая, что мешает, тихонько позвала ее, не рассчитывая на радостный прием. — Фанни! Вы!

Красивое лицо девушки просияло, едва она увидела Фанни. Она бросила свою миску и радостно протянула к Фанни руки, намереваясь ее обнять.

— Какое счастье, что вы приехали!

— Да. Но…

Почему ее так встречают? В чем дело? Наверное, из-за свадьбы, .. Видимо, Мейбл окончательно смирилась со своей судьбой и уже не восстает против предсвадебной суеты которая ее совершенно не радует, а Элен… Элен на все согласна, лишь бы выдать дочь замуж. Наверное, та самая Мэри взялась за дело, вернувшись из Штатов.

— У меня мало временя, — вежливо улыбнувшись, произнесла Фанни. — Мне необходимо повидать Ральфа. где он? В кабинете?

— Его нет.

— Ах, так!

Фанни чуть не расплакалась от отчаяния. Надо было сначала позвонить, а потом уже ехать, а теперь целый день потерян.

— Он рано утром отправился в Манор-хаус, — как бы невзначай пояснила Джизелла, делая вид, будто ей и в голову не пришло сказать об этом сразу. Однако Фанни заметила, что в глазах ее пляшут веселые чертики. — Он пошел пешком. Если вы пойдете не медля, то встретитесь с ним. И, пожалуйста, заставьте его улыбнуться, а то он как грозовая туча всю неделю. Работает, работает, хотя собирался отдыхать. И заставить его улыбнуться совершенно невозможно!

— Попробую, — пробормотала Фанни и поспешила в сторону поля.

Значит, она не ошиблась. Приготовления к свадьбе в полном разгаре. И что-то не клеится. А иначе с чего бы ему быть как грозовая туча? Наверное, у него что-то не получается, и он злится, но не хочет ей звонить.

Фанни этого не ожидала. Не будет он ее слушать, если не хочет даже снять трубку, набрать номер ее офиса и потребовать, чтобы она разобралась со своими обязанностями. А насчет улыбки… Это не ее забота.

Однако, если она уже здесь, значит надо довести дело до конца. Это нужно сделать для Мейбл. Возможно, когда Ральф узнает, что его невеста по уши влюблена в другого и что у нее с этим мужчиной серьезный роман, он отменит свадьбу… Поведение Мейбл напомнит ему о его матери, и ему это, наверняка, не понравится. Мейбл получит свободу и сможет воссоединиться со своим возлюбленным. Фанни же исполнит свой долг и после этого навсегда забудет о Кейхел-Корте.

Фанни еле волочила ноги, бредя по тропинке между деревьями. Она объясняла это жарой, однако, твердо знала, что лжет себе, ибо, стоило появиться Ральфу, как сердце у нее остановилось и кровь застыла в жилах.

Грозовая туча — ничто по сравнению с тем, что явилось ее взору. Его лицо было словно высечено из камня, причем у скульптора явно имелся зуб против человечества. И все же при виде Фанни в глазах Ральфа мелькнуло удивление.

— Что вам надо?

Голос у него был ледяной, и ей ничего не оставалось, как только мысленно представлять его обаятельную ласковую улыбку, которой он без труда завоевывал любого человека, а что уж говорить о ней самой?! У Фанни появилось ощущение, будто солнце неожиданно ушло за горизонт.

Тем не менее, она была готова к недоброму приему, так что мгновенно взяла себя в руки и сказала:

— Я хочу с вами поговорить, Ральф.

— А я не хочу вас слушать!

Он попытался было обойти ее на тропинке, но Фанни встала на его пути и не пустила его.

Холодным взглядом он смерил ее с головы до ног и обратно, и у Фанни заныло сердце. Он глядел на нее так, словно она была каким-то отвратительным существом, случайно оказавшимся у него на дороге. Впрочем, она вполне заслужила его презрение и заслужила его по доброй воле, напомнила себе Фанни. Не ожидала же она, что он встретит ее с распростертыми объятиями, правильно? Да и приехала она сюда не ради себя.

— Я хочу говорить не о себе… не о нас…

Фанни помедлила, проклиная себя за смущение и за яркую краску стыда на щеках. Меньше всего ей хотелось напоминать о происшедшем между ними. Она собралась с духом и заговорила вновь, прежде чем он успел опомниться.

— Я хочу поговорить с вами о Мейбл,

О ней вы тоже, конечно же, не хотите говорить.

Но, клянусь, это важно. Я бы не приехала, если бы это было не так.

Естественно, мало приятного слушать о том, что твоя скромница-невеста страстно влюблена в другого мужчину. Но он не расстроится… Разве что его гордость пострадает, но с этим он справится быстро.

— О Мейбл?

Фанни показалось, что у него в глазах мелькнуло любопытство, и когда он направился к дому, то уже не возражал против того, чтобы она шла рядом, по крайней мере, не приказал ей убираться вон из его поместья.

— Если вас волнует оплата, то не беспокойтесь, — нетерпеливо проговорил он. — Вы получите все до последнего пенни. А Мэри позаботилась о новом списке гостей, сэкономив вам кучу времени.

Он ускорил шаг, и Фанни ошарашенно уставилась на его спину, не понимая, о чем он говорит. При чем тут деньги? При чем список гостей? И почему он ни о чем не поставил в известность ее фирму?

Так как ей пришлось догонять его бегом, то она запыхалась и никак не могла перевести дух, даже когда они уже вышли из-под деревьев и оказались на лужайке с великолепными цветочными клумбами.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, Ральф, Фанни едва не плакала.

Ральф обернулся и окинул ее бесстрастным взглядом.

— Вы еще здесь?

Засунув руки в карманы брюк, в голубой, выгоревшей на солнце джинсовой рубашке, он стоял и ждал, когда она объяснит, почему все еще не исчезла с его глаз.

— Я не знаю, о чем вы говорите, — повторила Фанни, борясь с подступившими к горлу слезами.

Она знала, что заслужила его презрение но не умела снести его. Оно больно жалило ее и сердце у нее разрывалось на части от боли.

— Если у вас были какие-то сложности с приглашениями, вы должны были поставить меня в известность, — проговорила она, чувствуя себя несчастнейшей из женщин.

— А… — Он сердито поджал губы. — Мейбл сказала, что сообщит вам, но, очевидно, забыла. — Он пожал плечами. — Я сам связался с типографией и внес нужные изменения в текст приглашений, чтобы не утруждать вас. Мейбл обещала позвонить вам и все рассказать, но, наверное, от счастья она совсем потеряла голову… — Он крепко стиснул зубы, и ярость горела у него в глазах. — Надеюсь, вы понимаете, почему я не хотел сам вам звонить.

Его глаза, его слова, его голос лишили ее остатка сил, и Фанни виновато опустила голову. Нет, она совершенно ничего не понимала.

Он заговорил вновь.

— Чтобы внести окончательную ясность в это дело, я проинформирую вас о том, что Мейбл должна была сообщить вам неделю назад. Все приготовления к свадьбе идут своим чередом. Поправки внесены только в список гостей и изменились имена в приглашениях.

Теперь вам это известно. Кстати, имя жениха — Клифф Билд.

Она слышала его ледяной голос словно издалека, и кровь медленно застывала у нее в жилах. Поначалу слова его не произвели на нее впечатления, но когда до Фанни дошел их смысл, ноги у нее подкосились и она села на скамейку.

— Так Мейбл рассказала вам о Клиффе? Она, не мигая, смотрела на него округлившимися от изумления глазами. Зачем же она мучила себя, заставляя идти на унижение и испытывать невыносимую душевную боль? Значит, Мейбл все-таки хватило сил и смелости, чтобы защитить свою любовь?!

27
{"b":"8058","o":1}