ЛитМир - Электронная Библиотека

— И так вижу, что хорошо! Она просто сама не своя от счастья, что выходит заде Уоренна! — огрызнулся Эдмунд.

В этот момент за спиной Мэри послышался неуверенный голос:

— Принцесса…

Обернувшись, она увидела неслышно подошедшего к ней Дуга Маккиннона.

— Нам надо поговорить.

Мэри обвела глазами зал и облегченно вздохнула, не увидев среди присутствующих Стивена. Не хватало еще, чтобы он в день их венчания застал ее за доверительной беседой с бывшим женихом!

— Зачем ты приехал сюда, Дуг? — виновато и обеспокоенно спросила она.

— Как это — зачем?! — изумился Дуглас и провел ладонью по разгоряченному лицу. — Я упросил твоего отца взять меня с собой, чтобы увидеть тебя, Мэри!

Мэри растерянно молчала. Неужто Дуг по-прежнему влюблен в нее? Это не укладывалось у нее в голове. Сама она, во всяком случае, и думать о нем забыла с того самого дня, когда Стивен взял ее в заложницы. После этого события и перемены стали сменять друг друга с такой головокружительной быстротой, что ей было недосуг подумать о великане шотландце и его чувствах к ней. Ведь то, что она когда-то принимала за любовь к этому добродушному, недалекому увальню, оказалось лишь дружеской привязанностью, которая по силе и глубине не шла ни в какое сравнение с той страстью, что толкнула ее в объятия Стивена.

— Мэри, ненаглядная моя, ты здорова? — обеспокоенно спросил Дуг.

— Да, спасибо.

— Ты… — Он мучительно покраснел. — Ты ждешь ребенка от де Уоренна? Да? Поэтому ты держишься со мной так принужденно?

Боже, все точно сговорились задавать ей сегодня этот вопрос, чтобы вгонять ее в краску!

— Не знаю, Дуг. Право же, я сама еще не знаю, — глухо проговорила она, опуская глаза.

— Мне все равно! — заявил на это Дуг. — Лишь бы ты любила меня, Мэри!

Она не верила своим ушам.

— Дуг, ради Бога, о чем ты?! Ты хоть понимаешь, что говоришь?

— Мэри, дорогая, еще не поздно! — зашептал он, склонившись к ее уху. — Мы можем бежать во Францию нынче же ночью. Я все обдумал и все подготовил! Мы будем счастливы, ненаглядная моя, а если ты родишь от него ребенка, я воспитаю его как своего и дам ему свое имя!

Мэри чувствовала себя бесконечно виноватой перед Дугом. Теперь, глядя в его добрые, честные синие глаза, она немного стыдилась своего счастья. Ей хотелось утешить, ободрить его, но она не находила для этого слов, как, впрочем, и для того, чтобы раз и навсегда внести ясность в их отношения. В самом деле, не могла же она ответить резкостью на его столь неуместный порыв, продиктованный великодушием, всегда отличавшим этого человека, и его безграничной любовью к ней, не могла признаться в своей любви к Стивену.

— Ты зря затеял все это, Дуг, — с вымученной улыбкой прошептала она. — Бежать отсюда невозможно.

— Не правда, — горячо возразил он. — Я все устроил как нельзя лучше и надежнее! Мэри, дорогая моя, все готово для нашего побега. Дело лишь за тобой!

— Оставь эти надежды, Дуг, — грустно проговорила Мэри, касаясь кончиками пальцев рукава его камзола. — Пойми, моя участь предрешена. Я должна стать женой Стивена. И не в твоей власти расстроить эту свадьбу.

Внезапно Дуглас так резко изменился в лице, что Мэри, поймав его встревоженный взгляд, испуганно обернулась. Перед ней с холодной, язвительной улыбкой на устах, не предвещавшей ничего хорошего, стоял Стивен.

Глава 17

Мэри боязливо взглянула на него и дрожащим голосом обратилась к Дугу:

— Завтра мы со Стивеном станем мужем и женой, как того хотят наши отцы. Пожалуйста, во имя нашей с тобой дружбы пожелай нам обоим счастья!

Дуг вздрогнул, как если бы слова ее причинили ему физическую боль, и, глядя на Мэри в упор, с заметным усилием процедил сквозь стиснутые зубы:

— Ты требуешь невозможного!

Сжав кулаки, он повернулся и стремительно зашагал прочь.

Стивен взял Мэри за руку и, не дав ей вымолвить ни слова, с кривой улыбкой пробормотал:

— Похоже, вы утомлены и расстроены разговорами с родней и друзьями. На вас просто лица нет, принцесса, а рука ваша холодна как лед!

— Стивен…

— Я не желаю слушать ваших оправданий! — сердито перебил он ее. — Что вы имеете сказать мне?! Вы ведь наверняка станете заверять меня, что не любите его. Ради Бога, отдавайте свою любовь кому пожелаете, это, в конце концов, ваше право! Лишь бы вы согревали мою постель, рожали мне сыновей и заботились о моих людях! Большего я от вас не потребую, так что вы можете быть спокойны! — Ноздри его раздувались от гнева.

Эта размолвка, случившаяся накануне венчания, омрачила для Мэри радость торжественной церемонии, и по дороге в церковь, а также и во время совершения обряда она думала лишь о том, как смягчить гнев Стивена, как убедить его, что в сердце ее остались лишь дружеские чувства к прежнему жениху.

Когда слова клятвы были произнесены брачующимися и архиепископ предложил им обменяться кольцами, Мэри с робкой надеждой взглянула в лицо Стивена, но оно оставалось все таким же суровым и отчужденным, как тогда, когда он услыхал конец ее разговора с Дутом. И лишь на паперти собора, под градом ржаных зерен, которыми усердно осыпали молодых супругов свидетели церемонии, он весело улыбнулся и обратился к Мэри:

— Боюсь, в королевских амбарах нынче недосчитаются нескольких мешков ржи. Похоже, все они ожидают от нас с вами какого-то поистине неслыханного плодородия! Но вот интересно, удастся ли нам оправдать эти их чаяния?

Мэри едва сдержалась, чтобы не подпрыгнуть от счастья. Он заговорил с ней! Да еще и пошутил вдобавок! Он глядел на нее с прежней любовью и нежностью! Он больше не сердится на нее!

— Я от всего сердца надеюсь оправдать и их и ваши ожидания, — произнесла она, любуясь улыбкой, которая преобразила его суровое лицо. — Ведь у моей матери шесть сыновей и две дочери. Если Богу будет угодно, я подарю вам столько же, а может быть, и того больше!

— Даже если вы родите мне одного-единственного сына, Мэри, — проговорил он, сжав ее руку, — я буду самым счастливым человеком на земле!

Свадебный ужин проходил в главном зале Тауэра. Новобрачным отвели почетное место во главе стола, стоявшего на возвышении. По обе стороны от них восседали король и граф Нортумберленд. Малькольма же усадили ниже графа Руфус намеренно подверг его этому унижению, которое король Шотландии вынужден был стерпеть не моргнув глазом, ведь огромное число воинов, сопровождавших его в Лондон, разместили вне стен Тауэра, а немногочисленную охрану, допущенную в недра крепости, разоружили, и он при всем желании был бессилен предпринять что-либо против английского короля.

Ужин, меню которого состояло из двадцати перемен, затянулся далеко за полночь. Многочисленных гостей развлекали королевские шуты, бродячие комедианты, лютнисты, танцоры, фокусники, жонглеры и дрессировщики с собачками и обезьянами. Вино лилось рекой, столы ломились от тяжелых, жирных и пряных яств, и пожелания здоровья новобрачным перемежались взрывами оглушительного хохота и непристойными шутками.

Джеффри де Уоренн, не сводивший глаз с Адели, которая сидела в некотором отдалении от него, заметил, как она встала и направилась к выходу из зала. Он выждал несколько минут и последовал к той же двери, за которой исчезла Адель, сделав вид, что не заметил осуждающего, направленного на него в упор взгляда отца.

С самого утра душой Джеффри владела тихая грусть. Ему, готовившемуся дать обет безбрачия, не суждено было изведать счастье супружества и отцовства. Он особенно остро чувствовал это теперь, на свадьбе старшего брата и юной, прелестной принцессы Мэри. Глядя на Стивена и Мэри, которые, по обычаю новобрачных, угощали друг друга самыми лакомыми кусочками предлагаемых блюд и то и дело менялись кубками, он поневоле представлял себя на месте брата, а рядом с собой в белоснежном уборе невесты — красавицу Адель. Он не виделся с ней после того памятного дня, когда она отдалась ему на опушке леса близ Грейстоуна. Накануне свадьбы, зная, что она будет присутствовать на церемонии, он дал себе слово не искать с ней встреч. Но Джеффри не мог предвидеть, что почувствует себя таким чужим и одиноким, таким несчастным среди шумной, развеселой толпы хмельных гостей. Сам же он за весь вечер почти не притронулся к вину. Он не решился бы подойти к ней во время ужина, на глазах у отца и братьев, у короля и Мэри с ее родней, теперь же, когда она покинула зал, его словно магнитом потянуло вслед за ней.

33
{"b":"8068","o":1}