ЛитМир - Электронная Библиотека

— Добрый день, мадам супруга, — с холодной учтивостью и легким поклоном произнес он, впиваясь в ее лицо испытующим взглядом. Тон его не предвещал ничего хорошего. От волнения и обиды у Мэри сжалось сердце.

— Добрый день, милорд, — прошептала она. Стивен обвел глазами комнату и снова вперил в нее неподвижный взгляд, и Мэри, смешавшись, вдруг забыла все те слова, которые еще несколько минут назад собиралась сказать ему. В наступившей тишине слышалось лишь потрескивание поленьев в очаге. Собравшись с духом, Мэри наконец спросила:

— Вы все еще сердиты на меня?

Он не ответил, продолжая все с тем же выражением обиды и осуждения оглядывать ее с ног до головы.

— Вы подвергли меня наказанию, — с усилием проговорила Мэри, — но я еще не имела возможности попросить у вас прощения. Я… — она набрала полную грудь воздуха, — прошу вас простить меня за все, в чем вы считаете меня виноватой.

Он насмешливо изогнул бровь, затем пересек всю просторную комнату, подошел к узкому окну, затворил его и снова повернулся лицом к Мэри.

— Ваш голос звучит так искренне!

— Но я ведь искренне раскаиваюсь в содеянном! — с мольбой воскликнула она. — Стивен, поверьте, я вовсе не собиралась выдавать отцу ваши планы! Да и у дверей оружейной я оказалась совершенно случайно. Клянусь!

— Вспомните-ка лучше, — грозно сверкнув глазами, возразил ей он, — как вы клялись перед лицом Всевышнего почитать меня и во всем повиноваться мне!

— Я об этом помню. Я дала эти обеты охотно и искренне намеревалась выполнять их все до единого. Вы можете мне не верить, это ваше право, но клянусь, что никогда еще я не нарушала своих обетов! — Мэри обхватила плечи руками, чтобы унять дрожь, сотрясавшую ее тело.

— Довольно, — устало проговорил он. — Я вижу, что вы ни за что не сознаетесь в проступке, в котором я вас уличил. Вы с жаром и выражением обиды на лице готовы отрицать очевидное до самого дня Страшного суда. Ох, не лгите мне, Мэри, не выводите меня из терпения. — Он покачал головой и умолк, словно обдумывая что-то, а через несколько мгновений бесстрастно добавил:

— Вы уже понесли достаточное наказание за свою вину и можете теперь вернуться в наши общие покои. А к обеду извольте спуститься в главный зал, чтобы занять свое место за общим столом.

— О, как вы милосердны и снисходительны ко мне, милорд супруг мой! Благодарю вас, — с сарказмом произнесла Мэри, до глубины души задетая не столько словами его, сколько тоном, каким они были произнесены.

Стивен, собиравшийся выйти из комнаты, остановился у самого порога и обернулся к ней со словами:

— Повторяю: не выводите меня из себя Мэри! Благодарите лучше Бога, что наказание ваше было таким мягким и недолгим и что я пока не намерен разрывать узы, которые связали нас с вами, чтобы дать вам возможность загладить свою вину!

— А что же вам еще остается? — вскинув голову, возмущенно и с некоторым недоумением спросила его Мэри. — Ведь брак наш ни в каком случае не может быть расторгнут, и вы об этом прекрасно знаете. Как бы вы ни относились ко мне и в чем бы меня ни обвиняли, наш супружеский союз сохранится до моей или вашей смерти или же до одновременной кончины нас обоих, если Господу будет угодно призвать нас к себе в один день.

— Напрасно вы себя тешите подобными соображениями. Есть много способов положить конец этому союзу, отнюдь не прибегая к попыткам расторгнуть узы брака, — мрачно усмехнулся он.

Мэри побледнела и схватилась рукой за спинку стула.

— Но ведь вы не станете просить у Папы аннуляции нашего брачного соглашения?

Стивен решительно помотал головой.

— Нет, мадам, не стану. Ведь вы должны подарить мне наследника. Или вы успели позабыть и об этом своем обещании? — Он снова подошел к ней вплотную и медленно, с угрозой проговорил:

— Но если вы еще раз предадите меня, то, видит Бог, я этого так не оставлю. Я сошлю вас в Тетли — одно из моих отдаленных владений на побережье, а возможно, что и во Францию, в монастырь. Поэтому я настоятельно вам советую подумать, стоит ли ваша преданность отцу такого риска.

Мэри побледнела. Глаза ее округлились от ужаса. Ей казалось, что весь этот разговор происходит не наяву, что он пригрезился ей в ночном кошмаре. Разве мог влюбленный в нее, нежный и предупредительный Стивен сказать такое?

— А если… Если я буду беременна? — с надеждой спросила она.

Стивен равнодушно пожал плечами.

— Это ничего не изменит. Рождение детей ссыльными женами — отнюдь не редкость в наши дни.

Он зашагал прочь из комнаты, но на пороге обернулся и ледяным тоном произнес:

— Прошу вас не опаздывать к обеду, чтобы не заставлять нас всех дожидаться вашего прихода.

Мэри не принимала участия в общей беседе за столом, где речь шла о подробностях и перипетиях только что завершившейся кампании. Она не поднимала глаз от тарелки, чувствуя себя бесконечно чужой всем этим людям, которые так равнодушно обсуждали поражение армии ее отца. Леди Седра подробно расспрашивала сыновей о деталях сражений, и Стивен с Брендом обстоятельно и с охотой отвечали на все ее вопросы. Граф Нортумберленд остался на севере с частью своей армии, и возвращения его ждали через несколько дней, Джеффри же направился к себе в Кентербери. Бренд вместе с рыцарями, находившимися под его началом, ненадолго остановился в Элнвике, прежде чем отправиться в Лондон к королю.

Мэри совсем было уверилась, что разговор этот, столь тягостный для нее, — еще одно наказание, которому решил подвергнуть ее Стивен. Она с трудом сдерживалась, чтобы не выбежать из-за стола или не зажать ладонями уши, но внезапно леди Седра положила руку ей на плечо и с сочувствием проговорила:

— Бедняжка Мэри! Да на вас прямо лица нет! Вам нелегко выносить все это, не так ли?

Мэри удивленно взглянула на графиню, заподозрив в ее словах скрытую издевку, желание лишний раз унизить ее, дочь их поверженного врага.

— Ведь вы замужем за норманном, который воюет против вашей страны и ваших близких, — пояснила та. — Представляю, какой мрак царит теперь в вашей душе. Если бы вы знали, дорогая, как я вам сочувствую и как мне вас жаль!

Мэри, поначалу вслушивавшаяся в слова свекрови с недоверием и тревогой, без труда распознала в голосе леди Седры теплоту и неподдельное участие, какими та всегда дарила ее. Графиня с ободряющей, полной сочувствия и приязни улыбкой глядела в лицо невестки. И это несмотря на то, что Стивен наверняка оповестил мать о мнимом предательстве своей жены! Мэри во второй раз за нынешний день показалось, что чувства обманывают ее. Неужто графиня Нортумберленд и впрямь так великодушна и милосердна?

— Да, — еле слышно прошептала Мэри и прерывисто вздохнула. — Вы правы. Это нелегко. — По щеке ее поползла слезинка.

— Возможно, Стивен еще не успел сообщить вам, что никто из ваших родных не пострадал? — полувопросительно проговорила леди Седра и с улыбкой добавила:

— Я ведь, говоря по правде, так хорошо понимаю вас еще и оттого, что когда-то была в таком же положении, как вы нынче, да и вела себя точно так же! Да-да, представьте себе, я не преувеличиваю: все было у меня точь-в-точь, как теперь у вас.

Взгляд Мэри оживился. Известие о том, что Малькольм и братья целы и невредимы, придало ей бодрости, а последние слова графини возбудили ее любопытство.

— Вы ведь по рождению принадлежите к племени саксов. Все дело в этом, да? — предположила она.

— Не только, — улыбнулась графиня. — Кроме всего прочего, я была незаконнорожденной, и, являясь побочной дочерью моего отца, не могла рассчитывать на хорошую партию. А Рольф был тогда — самым знатным вельможей из окружения Вильгельма Завоевателя. Как видите, нас с ним разделяло очень многое. Он был послан королем для усмирения мятежей на севере. Его жестокость, казалось, не имела пределов. О, как я его тогда ненавидела! Вы себе этого и представить не можете, дорогая. Он казался мне воплощением всего самого скверного, отталкивающего, низменного в человеке, порождением преисподней.

37
{"b":"8068","o":1}