ЛитМир - Электронная Библиотека

Служанок и конюхов, сокольничих и псарей. Следом за всадниками в ворота въехала телега, груженная бочками с вином, и резкий стук деревянных колес по булыжникам двора был немедленно поглощен гомоном многочисленных голосов, хрюканьем свиней, лаем сторожевых псов и конским ржанием. Оглушенная этим нестройным хором, ошеломленная всем увиденным Мэри покорно позволила Стивену снять себя с седла и поднялась вслед за ним на второй этаж замка.

Они прошли в огромный зал, всю середину которого занимали два длинных стола, стоявших под прямым углом друг к другу. Один из них, находившийся на возвышении и предназначавшийся для графа и его близких, пустовал, другой же был тесно уставлен блюдами с мясом, хлебом, сыром и зеленью. Все это с аппетитом поглощали несколько рыцарей и десятка два воинов. Некоторые из них, насытившись, потягивали вино и увлеченно играли друг с другом в кости. Обедавшим прислуживали расторопные девушки, то и дело сновавшие из зала на кухню и обратно.

Пол зала был устлан чистой соломой, стены украшали роскошные гобелены, в невероятных размеров очаге весело потрескивали толстые поленья, воздух был наполнен ароматами свежей стряпни. Несмотря на смятение и ужас, царившие в душе Мэри, она не могла не ощутить покоя и уюта, царивших в главном зале замка Элнвик.

Едва Мэри и Стивен де Уоренн появились на пороге зала, как из кресла у очага поднялся высокий голубоглазый юноша и поспешил им навстречу.

— Приветствую тебя, дорогой брат! — с радостной улыбкой сказал он, подходя к Стивену и Мэри, и метнул в сторону пленницы столь вы разительный взгляд, что Стивен, помрачнев, сдержанно кивнул ему и предупредил:

— Она принадлежит мне, Бренд!

— Разумеется, кто же станет с этим спорить, — вздохнул юноша и развел руками. — Ничего не поделаешь: воля старшего брата и наследника графского титула для меня закон! — Последние его слова были обращены к Мэри. На лице его при этом мелькнула плутоватая улыбка. Но девушка, слишком потрясенная всем случившимся, не могла, да и не желала поддерживать разговор в подобном легкомысленном тоне и потому не произнесла ни слова.

— Почему ты здесь? Тебя послал король? — спросил Стивен, и Мэри вся обратилась в слух, стараясь, однако, внешне никак не выказывать своего интереса к разговору двух братьев де Уореннов. Она надеялась услыхать что-либо важное об их ближайших планах и замыслах, чтобы затем сообщить все это отцу.

— Да, ты угадал, — снова, на сей раз уже не притворно вздохнув, ответил юноша.

— А когда тебе надлежит вернуться?

— Как можно скорее. Об этом ты тоже вполне мог бы догадаться и сам.

— Хорошо, Бренд. Мы поговорим позже. А теперь мне надо позаботиться о моей гостье.

— Неужто ты даже не представишь меня этой леди? Ведь это в конце концов просто невежливо, — возмутился Бренд, косясь на пленницу брата.

— Мадемуазель Маири, — с явным неудовольствием начал Стивен, — разрешите представить вам моего чрезмерно словоохотливого младшего брата Бренда, капитана дворцового гарнизона его величества короля.

Мэри устало взглянула на улыбавшегося ей юношу и сразу же опустила глаза.

— Она — моя гостья, ведь я же только что сказал тебе об этом. Сделай одолжение, воздержись хоть ненадолго от вопросов и неуместных замечаний, — отрывисто бросил Стивен в ответ на вопрошающий взор Бренда. Сухо поклонившись брату, он отвел Мэри в сторону. — Итак, мадемуазель, моя комната на третьем этаже, первая дверь справа от лестницы. Извольте пройти туда и дожидаться моего прихода.

— Нет… — прошептала Мэри побелевшими от ужаса губами и помотала головой.

— Да!

— Но… но ведь вы послали своего оруженосца в Лидделл, — пробормотала она, цепляясь за эту последнюю надежду на отсрочку неминуемой расправы, — а он еще не вернулся. Ведь он должен разузнать, правду ли я вам рассказала! Неужто же вы не дождетесь его возвращения?

— Если вы и в самом деле Маири Синклер, то немедленно ступайте в мою комнату и готовьтесь разделить со мной ложе, если же нет, то назовите свое подлинное имя! Высокородная леди, безусловно, заслуживает иного обращения, чем незаконнорожденная дочь мелкого лаэрда. Итак…

— Я вам все уже рассказала. Всю правду о себе. Сжальтесь же надо мной и отпустите меня домой к отцу, матушке и… и жениху. Ведь вы обещали не чинить мне вреда!

Стивен придвинулся к ней вплотную и громко, раздельно, так, словно обращался к слабоумной, проговорил:

— Избежать моих объятий нынешней ночью вам может помочь лишь одно, и вы прекрасно знаете, что именно!

Мэри расправила плечи, подняла голову и, повернувшись к нему спиной, медленно направилась к выходу из зала. Стивен сделал знак одному из пажей, тот схватил с каминной полки массивный витой серебряный подсвечник с зажженной свечой и заторопился следом за девушкой.

— Я надеюсь получить хороший выкуп за эту пленницу, — негромко произнес Стивен, предваряя вопросы младшего брата. Они заняли два кресла с высокими спинками, стоявшие у очага, где никто не смог бы подслушать их разговор. — Но если она и впрямь внебрачная дочь какого-то лаэрда Синклера, как пытается меня уверить, то… — и он многозначительно умолк, сурово взглянув на Бренда.

— Прошу тебя только об одном: будь осторожен и осмотрителен! Не торопи события.

— Благодарю за совет, дорогой брат, — усмехнулся Стивен.

Бренд поспешил перевести разговор на другое.

— Что передать его величеству о порученном тебе деле? Тебе все удалось выяснить?

— Результаты разведки самые что ни на есть благоприятные. Карлайсл и впрямь можно взять без особых усилий, — понизил голос Стивен. — Но ведь это означало бы новую войну!

— Он заинтересован лишь в том, чтобы укрепить свои позиции на севере и не остановится перед нарушением мирного договора с Малькольмом.

— Боюсь, это было бы неразумно с его стороны. Однако, не нам об этом судить. А жаль! Скажи-ка лучше, что еще нового при дворе?

— Ничего особенного. Все та же скука, все те же сплетни. Придворным шаркунам, похоже, лень даже сочинить новые. Кстати, мне велено передать тебе поклон.

— От отца?

— Не угадал. А я-то был уверен, что ты сразу же назовешь ее имя. Тебе кланяется и шлет нежнейший поцелуй твоя красавица невеста леди Бофор!

— Спасибо. Кланяйся и ей от меня.

— Ты должен быть мне благодарен, что я готов скрывать от нее все твои проделки! — усмехнулся Бренд. — Узнай леди Адель об этой белокурой пленнице, побьюсь об заклад, тебе бы не поздоровилось, дорогой брат!

— Я глубоко уважаю мою невесту, — сухо проговорил Стивен, — я намерен ныне и впредь щадить ее целомудрие и сердечно благодарен тебе за то, что ты не станешь задевать ее нежные чувства рассказами о моих прегрешениях.

Бренд давно понял, что Стивен не в духе и не расположен к откровенному разговору и потому он счел за благо промолчать, удержав при себе все те колкие и насмешливые замечания, которые готовы были слететь с его уст.

Прежде чем идти к себе, Стивен, как обычно, поднялся на галерею главной башни замка, чтобы проверить посты и немного побыть одному. Ему нравилось смотреть с высоты на владения графа Нортумберленда, простиравшиеся вдаль насколько хватало глаз, на леса, холмы и озера древней Нортумбрии, которую он должен был унаследовать после отца. Рольф де Уоренн, младший сын обедневшего норманнского дворянина, прибыл в Англию двадцать семь лет тому назад вместе с герцогом Вильгельмом. Он участвовал в сражении при Гастингсе, решившем исход борьбы за британскую корону, и, став одним из самых верных и надежных сподвижников короля Вильгельма, через несколько лет сделался владетельным графом. Стивен появился на свет прежде, чем его родители скрепили свой союз узами брака и произнесли священные клятвы перед алтарем, еще при жизни первой жены Рольфа, и тем не менее именно его, незаконнорожденного сына, отец назначил своим наследником. Это возлагало на плечи Стивена большую ответственность: с тех пор, как ему минуло шесть лет и он был отправлен ко двору, главным мерилом его поступков стало чувство долга по отношению к своей семье и к королю. Повинуясь этому же чувству, он в скором времени намеревался вступить в брак с Аделью Бофор, приданое которой составляли не только обширные угодья в Эссексе, но и огромная сумма денег.

8
{"b":"8068","o":1}