ЛитМир - Электронная Библиотека

— Джонатан, ты ведь помнишь мистера Брэгга? — шепотом спросила Элиза. — Он твой… твой отец и мой друг.

Джонни Бартон повернул голову к Брэггу.

— Вы полицейский, — сказал он.

— Это верно, — согласился Брэгг. Голос у него был низкий и хриплый. Он запустил руку в густые черные волосы мальчика. — Ты здоров?

Джонни скорчил рожицу:

— Я хочу домой прямо сейчас. — На его глазах снова появились слезы.

— Ты поедешь домой, сынок, — сказал Брэгг, и по его щеке скатилась слеза. — Я отвезу тебя домой сию минуту. Поедем в полицейском фургоне. Как тебе это понравится?

Джонни в упор посмотрел на него, затем кивнул и улыбнулся:

— В самом настоящем полицейском фургоне?

— В самом настоящем, — подтвердил Брэгг.

Франческа поняла, что ей нужно уйти очень тихо, чтобы не помешать. Девушка выскользнула из комнаты. Ей нельзя плакать. Дело раскрыто, все хорошо, что хорошо кончается, подумала она, хотя ее душили слезы.

Негромкий голос заставил ее остановиться.

— Спасибо, Франческа, — растягивая слова, проговорил Брэгг.

Она кивнула, не оборачиваясь, и продолжила свой путь.

Глава 19

Суббота, 25 января 1902 года, 9 часов вечера

Куда запропастился Эван? Он опаздывал на собственную помолвку. Если мать скрывала беспокойство, то отец с каждой минутой распалялся все сильнее.

Франческа стояла у стены в вестибюле, а более двухсот гостей, приглашенных на вечер по случаю помолвки, пара за парой проходили в бальный зал. Она еще не пришла в себя после событий этой недели. Родители узнали, что она побывала в плену у Макдугала и Бартона, и были страшно сердиты на нее. Они высказали дочери все, что думали о ее участии в расследовании. Кажется, Брэгг с радостью сообщил обо всем ее отцу и матери.

Ее сердце учащенно забилось. Она увидит его сегодня вечером. Прошли всего одни сутки с их последней встречи. Но впервые они встретятся в нормальной обстановке.

Пресса, пусть и осторожно, назвала Брэгга героем. Один журналист даже назвал его новым Теодором Рузвельтом.

Но где же Эван? Как он смеет опаздывать?

Она смотрела на прибывающих гостей. Ее родители стояли у входа вместе с Сарой Чаннинг и ее матерью, которую, судя по всему, беспокоило отсутствие Эвана. Сара же хранила спокойствие. Она улыбалась гостям, чуть сдержанно, но с полным самообладанием. Бледно-голубое платье с лифом, отделанным рюшами, и пышкой юбкой было ей очень к лицу.

Конни подошла к Франческе:

— Где он может быть? Ему уже пора одеваться.

Франческа обеспокоенно улыбнулась сестре:

— Мне что-то не по себе. Не нравится мне это.

Конни кивнула:

— Мне тоже. Надеюсь, он все-таки появится?

— Несомненно, — твердо сказала Франческа. Хотя брат несколько взбалмошен и безответствен, как заявил отец, но он непременно явится на свою помолвку.

А как поступила бы Франческа, окажись она на его месте? Нет, она бы ни за что не уступила отцу и не вышла замуж насильно. Она боролась бы до последнего и ждала настоящей любви.

Неужели она стала романтиком? Или же постоянно дремлющий в ней романтик пробудился на фоне событий прошедшей недели?

Франческа подумала о Брэгге и улыбнулась, затем строго приказала себе остыть. Ну и пусть они обменялись страстными поцелуями, ведь пока еще он не просил ее руки. Пока еще.

Она снова улыбнулась.

— Слава Богу, что Джонни Бартон уже дома с матерью и братишкой, — со вздохом сказала Конни.

В эту минуту появился Брэгг. Он пожал руку отцу и обменялся любезностями с Джулией, Сарой и миссис Чаннинг. Франческа почувствовала, как заколотилось ее сердце и запылали щеки. Брэгг был самым ярким мужчиной в зале. Все присутствующие обернулись в его сторону, но он, похоже, этого даже не заметил.

— А Бартон за решеткой дожидается психиатрической экспертизы, — пробормотала Франческа, не отводя взора от Брэгга.

— Невозможно поверить, что он мог так поступить со своей женой. — Конни проследила за взглядом сестры и понимающе улыбнулась.

Наблюдая за Брэггом, Франческа заметила:

— Он хотел довести ее до потери рассудка. Она разбила ему сердце, он хотел ответить тем же. Это была его месть. Я стояла там и все слышала.

— Он потрясающе красив, правда? Особенно в смокинге.

Франческа поняла, что она откровенно пялится на Брэгга и что Конни вычислила объект ее внимания. Девушка вспыхнула.

— Да, ты права, — сказала она как можно спокойнее.

— Итак, Фрэн, — с улыбкой проговорила Конни. — Не темни. Что между вами происходит?

Щеки Франчески заполыхали еще сильнее.

— Что ты имеешь в виду?

Конни захихикала.

— Ага, я вижу! — радостно воскликнула она. — Наконец-то ты нашла подходящий объект для своих романтических грез.

Франческа не шевельнулась. Брэгг улыбнулся ей через комнату и слегка наклонил голову. Сердце замерло у нее в груди.

А затем ее радость вдруг улетучилась. Брэгг не был для нее подходящей партией. По крайней мере по мнению ее матери.

— Кон, мы с Брэггом вместе работали, только и всего. Мы просто друзья.

— Ну хорошо! — засмеялась Конни и не стала спорить.

Франческа исподтишка взглянула на сестру. Конечно, Конни не поверила ее словам. Она не собиралась посвящать ее во все, ведь та не слишком хорошо умела хранить тайны. Она опасалась, что мать не одобрит ее общение с Брэггом.

— Видишь, он даже не подошел ко мне. Он вовсе не мой поклонник, к тому же я их не ищу.

— Любовь может все мгновенно изменить. Он подойдет к тебе, — возразила Конни. — Ждать осталось недолго, я уверена.

Франческа вновь отыскала взглядом в толпе Брэгга, который пожимал руки гостям. Ей хотелось надеяться, что Конни права. Как приятно будет прокатиться с ним на коньках звездной ночью в Центральном парке или послушать мюзикл на Бродвее! И как будет здорово опять оказаться в его объятиях!

— О, а вот и Нейл! — неестественно высоким голосом воскликнула Конни.

Франческа тоже заметила Монтроуза. Он выглядел, как всегда, великолепно в черном безукоризненном смокинге. Франческа уже успела задуматься, почему Конни сегодня одна, но затем решила, что сестра пришла пораньше, чтобы помочь матери в подготовке вечеринки.

— Почему ты не подходишь к нему? — спокойным тоном спросила Франческа. Она почти презирала Монтроуза, зная, что не сможет простить ему измены.

— Пожалуй, подойду, — коротко улыбнулась Конни и пожала Франческе руку. — Я почти не видела его сегодня.

Франческа с трудом выдавила улыбку. Она знала, что Монтроуз сегодня был у Элизы.

Едва Конни отошла, как на пороге появился Эван.

В первое мгновение Франческа испытала невыразимое облегчение, но тут же увидела, что он пьян.

— Как ты мог? — приглушенно, чтобы никто не услышал, спросила Франческа.

Эван положил ей руку на талию.

— Прошу тебя, Фрэн… Я ведь здесь, правда же? — Он улыбался виноватой, трогательной улыбкой.

Он был навеселе, но не пьян до безобразия. Пожалуй, не каждый заметил бы, что он нетрезв, — это было видно лишь близким. Они стояли в бальной зале. В центре уже вальсировали пары, официанты в белых куртках обносили гостей шампанским. Скоро Эван уже не будет выделяться на общем фоне.

— Где ты пропадал?

Он снова улыбнулся:

— Это твое вечное любопытство, Фрэн! Тебе не понравится, если я скажу правду. Так что довольствуйся небольшой ложью. Я был в клубе.

— Уж не хочешь ли ты сказать… — Франческа замолчала.

— Ш-ш-ш… — предостерег ее брат. — Я здесь выполняю сыновний долг. И, выполняя его, я намерен пригласить на танец свою возлюбленную.

Франческа поморщилась, а затем посмотрела ему вслед. Слава Богу, что он одет как подобает. Тем не менее дурное предчувствие ее не покидало.

И это удивительно. Казалось, после переживаний и трагических событий этой недели вечеринка превратится в настоящий, яркий праздник. Франческа вздохнула.

Она видела, как Эван остановился перед Сарой, которая прислушивалась к оживленному разговору молодых женщин. Сара повернулась к Эвану, тот поклонился и галантно поцеловал ей руку. Он вел себя как джентльмен. Сара улыбнулась ему в ответ, и вскоре они уже вальсировали.

56
{"b":"8069","o":1}