ЛитМир - Электронная Библиотека

Господи, хоть бы он улыбнулся! Скорее, скорее вон отсюда!

— Вы же знаете наши обычаи! Призрак должен быть в каждом уважающем себя замке! — Касс уже собралась выйти, но ее взгляд снова приковал портрет.

Она отошла немного в сторону и обернулась. Изабель смотрела прямо на нее.

Касс метнулась в противоположный угол. У нее захватило дух: Изабель снова пригвоздила ее к месту яростным, обличающим взглядом.

— Ее глаза! — сдавленно вскричала Касс. — Боже милостивый, вы можете встать где угодно — и она все равно будет смотреть на вас!

— Я давно это заметил, — подтвердил Антонио. — Портрет написал настоящий гений. Вы не находите?

Касс и сама не знала, восхищаться или трепетать. Она подошла к Антонио и хотела предложить ему выйти из спальни, как вдруг погас свет. Ее сердце металось в груди, как птица в клетке.

— Это из-за неисправной лампы или проводки. — Антонио успокаивающе коснулся руки Касс и говорил так, словно угадал ее мысли. — Поймите, Кассандра, в этом доме никто не жил уже целых тридцать два года.

— Конечно, — выдохнула она, а сама не могла избавиться от страха, источник которого наконец-то стал ясен. Ей казалось, что за ними следят. Вот что подсказывал ей инстинкт с самой первой минуты. А на поверку это было самой несусветной чушью. Потому что здесь находились только они двое, в чем Касс неоднократно убедилась сама, осматривая пустую спальню.

Он взял ее за руку и повел из комнаты. На пороге Антонио привычно щелкнул выключателем — неосознанный, автоматический жест.

И вспыхнула лампа возле кровати.

От неожиданности у Касс подкосились ноги. Антонио успел поддержать ее под локоть и почувствовал сковавший ее смертельный ужас.

— Если я решу провести здесь все лето, то непременно приглашу электрика. В этом доме нет ни одного целого провода.

Ну конечно, все дело в проводах! Он выключил свет и шагнул вперед. Касс молча смотрела, как Антонио прикрыл дверь. Она понимала, что ведет себя глупо, и все же сказала:

— А знаете, моя тетка умоляла меня не соваться сюда.

— Вот как?

— В последние дни она вообще вела себя странно. Незадолго перед моим отъездом Кэтрин стало так плохо, что пришлось уложить ее в больницу с пневмонией.

— Очень жаль. Я рад, что сейчас ей лучше. А что именно она сказала?

— Она сказала… — Касс замялась, но так и не смогла придать своим словам небрежный, шутливый тон. — Тетка вообразила, будто наши семьи преследует общий рок. И что возобновление прежних связей непременно приведет к несчастью. — Касс попыталась усмехнуться, но из этого ничего не получилось.

Она ждала, что Антонио тоже рассмеется. Ничего подобного. Он смотрел на Касс так, что ей стало не по себе.

— Моя тетка перенесла тяжелую пневмонию. А Трейси… — Касс набрала полную грудь воздуха, словно ринулась головой в омут. — Мы разругались с ней в пух и прах, но вовсе не оттого, что между нами встал кто-то из де ла Барка.

— Весьма интересно.

— Правда?

— Моя мать тоже имеет довольно странные убеждения. Правда, она ни за что не станет ни с кем их обсуждать.

— Какие убеждения? — с недобрым предчувствием спросила Касс.

— Она уверена, что Изабель не покинула этот дом. — Антонио посмотрел на нее в упор.

Их глаза встретились.

— Моя мать — истинная католичка, однако готова в подтверждение этого поклясться на Библии.

— Ну что ж, не вижу в этом ничего невозможного, — пробормотала Касс. — Я верю, что такие вещи бывают. — И добавила, окончательно смутившись: — В некотором роде. Может, здесь вообще слоняется целая компания ваших предков, и потому этот дом кажется таким неуютным? — Она, не удержалась и оглянулась, как будто и впрямь ожидала, увидеть призрак. Слава Богу, коридор был пуст.

И вдруг Касс обмерла: да ведь Кэтрин говорила про Изабель то же самое! «Она вернулась!» На нее словно дохнуло ледяным ветром.

— Боюсь, моя мать не совсем отдает себе отчет в своих словах. — Голос Антонио вырвал ее из размышлений. — Она уже старая женщина. Как и ваша тетушка.

Их глаза снова встретились, и Касс воскликнула, стараясь отвлечь его от мыслей о Кэтрин:

— Может быть, вам в любом случае следует обратиться к электрику?

— А кроме того, моя мать всем сердцем ненавидит вашу тетушку, — мрачно улыбнулся Антонио. — Для вас это не новость?

У Касс сердце ушло в пятки. Она растерянно хлопала глазами, не зная, что сказать, как отвратить надвигавшийся удар.

— Собственно говоря, она ненавидит всю вашу семью, — добавил он. — Лютой ненавистью.

Глава 8

«Каса де суэньос»

День второй

— Какой чудесный день! — воскликнула Касс, выбравшись из автомобиля возле развалин замка и оглядевшись. — Эдуардо, тебе помочь? — спросила она как ни в чем не бывало, хотя не так-то легко было с невозмутимым видом наблюдать, как мальчик старается подняться на костыли. Ей все время хотелось поддержать его.

— Нет, сеньора, спасибо, — с достоинством отвечал он.

Алиса дождалась, пока Эдуардо выберется из машины, и захлопнула за ним дверцу.

Касс открыла багажник и достала два одеяла и корзинку с продуктами для пикника. На самом деле ей было не до веселья; всю ночь она не сомкнула глаз. Неужели Антонио играет с ней в кошки-мышки?

Нет, нельзя поддаваться мрачным мыслям и без конца прокручивать их разговор, иначе весь день пойдет насмарку! Тем более что сейчас, при ярком солнце, ее ночные страхи казались смешными и надуманными.

— Твоя семья действительно владела этим замком? — с нескрываемым почтением спросила Касс.

— Да, — гордо улыбнулся Эдуардо. — Не одну сотню лет. Отсюда они отражали набеги арабов.

— Разве арабы были и в Испании? — удивилась Алиса.

Пока Эдуардо читал ей краткий курс истории, Касс распаковала корзину и повесила на плечо фотоаппарат. Ей предстояло исследовать живописные руины. И хватит мучить себя бесплодными опасениями и страхами. Касс твердо решила заодно с детьми сполна насладиться сегодняшним пикником.

На ярко-синем небе не было ни облачка. Хотя солнце припекало вовсю, щеки приятно холодил легкий ветерок. Дорога, по, которой они приехали сюда, оставалась совершенно пустынной насколько хватало глаз, и это несколько нервировало Касс. Сразу за замком открывался потрясающий вид на рощу вековых испанских сосен. Касс постепенно начинала постигать суровое очарование здешних мест. Жаль, что это путешествие связано со столь печальными обстоятельствами. Она непременно выберется сюда еще раз, в более спокойной обстановке. Касс начала делать снимки.

— Тетя Касс! Можно мы пойдем в замок? — спросила Алиса.

— Погодите, я с вами! — Касс накинула на плечо ремень от камеры.

— Со мной все в порядке, сеньора, — солидно заверил ее Эдуардо.

Касс твердо пообещала Антонио, что будет предельно осторожна. Однако в глазах у мальчика светилась такая надежда, и он так ловко передвигался между камней, несмотря на свои костыли, что Касс стало ясно: этот ребенок так же нуждается в играх со сверстниками, как и любой другой. Она не решилась задавать нескромные вопросы, но, судя по всему, Эдуардо перенес в детстве полиомиелит. Какая жалость!

— Ну так и быть! — уступила она внезапному порыву. Под ее внимательным взглядом дети осторожно двинулись по мостику, перекинутому через канаву, окружавшую руины. Интересно, заглядывала ли сюда в свое время Изабель?

Изабель… Мать Антонио твердо верит в то, что ее призрак обитает в «Каса де суэньос». А может, она считает, что Изабель преследует весь род де ла Барка? И тетка твердила о том, что Изабель вернулась. Если сейчас это последствия тяжелой пневмонии и бреда, то с какой стати она упоминала об Изабель в своем старом дневнике?

Касс произвела в уме нехитрые расчеты. Антонио было четыре года, когда погиб его отец. Теперь ему тридцать восемь. Стало быть, Эдуардо погиб в 1966 году.

И последние записи в дневнике Кэтрин помечены 1966 годом!

25
{"b":"8073","o":1}