ЛитМир - Электронная Библиотека

— Дом! — вскрикнула Анна и против воли сжала руками его голову.

Он хрипло засмеялся. У Анны подкашивались ноги; если бы Дом не держал ее, она упала бы на пол. Оба тяжело дышали. Сквозь тонкие шелковые панталоны она чувствовала его горячую, возбужденную плоть. Анна не могла ни пошевелиться, ни вымолвить слово.

— Да, — грубо сказал он. — Я чувствую то же самое. — Он наклонил голову и прильнул губами к ее рту. Внезапно он поднял ее на руки и понес к кровати, но прежде, чем она коснулась постели, его рот снова обхватил ее сосок. Содрогнувшись, Анна вскрикнула.

Он победно засмеялся.

— Прикоснись ко мне, Анна, — потребовал он, нависая над ней.

Анна не могла вымолвить ни слова, и только одна мысль стучала у нее в голове: раз она согласилась выполнять все, о чем он ее попросит, то сейчас у нее был отличный повод коснуться его, как он этого желал. Анна положила руку ему на грудь и слегка погладила матовую кожу.

Дом застонал.

Анна скользнула рукой ниже, по грудной клетке, затем по плоскому, напряженному животу.

— Да, — выдохнул он. — Ниже.

Анна наконец поняла, чего он хочет. Ее глаза округлились, рука в нерешительности застыла.

— Прикоснись ко мне, сладкая моя, — продолжал он, но его тон изменился. — Анна, пожалуйста.

Анна не понимала, что делает. Ее рукой словно двигал Дьявол, и она опускала ее ниже, ниже, пока не остановилась на напряженной выпуклости его замшевых бриджей.

Дом откинул голову назад и, схватив ее руки, крепко прижал к себе.

— Боже, — прошептал он. На его висках заблестели капельки пота.

Анна была как во сне. Она вдруг поразилась тому, что сделала, и взволнованно задышала. Она протянула вторую руку и положила ее ему на грудь. Дом открыл глаза. Их взгляды встретились. Анна не могла отвести взгляд от его набухшей плоти. Дом скинул бриджи на пол и раздвинул ее бедра. Анна хотела его. Страстно. Дом сел на колени между ее ног.

— Вот что ты со мной сделала, — сказал он и сорвал с нее панталоны.

Анна почувствовала, как какое-то примитивное, животное чувство охватывает ее. Дом раздвинул ее бедра, но вместо того, чтобы войти в нее, наклонил голову и коснулся губами ее самого сокровенного места. Анна застонала. Его искусные поцелуи привели ее в блаженное исступление. Анна выгнулась дугой, и хриплый крик вырвался из ее груди.

— Дом, — задыхаясь, прошептала Анна, желая в одно и тоже время оттолкнуть его и прижать ближе к себе.

— Еще не все, Анна. — Он погрузил пальцы глубоко в ее тело, его коварный, искусный язык не прекращал своей работы. Извиваясь в безумии экстаза, Анна вцепилась руками в голову Дома.

— Еще чуть-чуть, — пробормотал Дом. Анна издала нечленораздельный звук и впилась ногтями в плечи Дома.

— Пожалуйста, — взмолилась она.

Победно улыбнувшись, он страстно поцеловал ее губы и Анна так же страстно ответила ему. Он со смехом оторвался от нее.

— Анна…

Приподнявшись на локтях, он уперся кончиком мужского орудия в нежное сочленение ее бедер. Анна вскрикнула.

— Да, моя желанная, я знаю, — бормотал Дом.

Рассудок Анны отказывался ей повиноваться, перед глазами вспыхивали искры.

— Д-дом.

— Я знаю, знаю, — приговаривал он, продолжая ласкать ее. — Ну, Анна, ну же…

Его напряженное мужское естество стало орудием изощренной сладкой пытки. Затем Дом согнулся и вновь принялся лизать и кусать ее сосок.

Анна задрожала всем телом и закричала.

В этот момент Дом, как нож, вошел в нее быстро и решительно. Анну захлестнула новая волна неземного наслаждения, еще более сильная, чем раньше. Прижавшись к Анне, Дом все убыстрял ритм.

— Дьявол, черт, — задыхаясь, прошептал он ей на ухо. — Я сейчас не сдержусь. — Их губы слились в поцелуе, и Анна сама раскрыла его рот. Ее язык проник внутрь и слился с его языком. Дом содрогнулся, протяжно вздохнул и выкрикнул ее имя.

Анна почти заснула, но тут Дом высвободил руки, обнимавшие ее талию, и сел. Ее сон тут же улетучился.

Она стала размышлять о происшедшем между ними и о своей роли в этом. Ее глаза широко открылись.

Дом сидел рядом с ней и напряженно всматривался в темноту

Анна тоже осторожно села и, взяв в руки край пледа, натянула его по самую шею. Стыдливый румянец выступил на ее щеках, и Анна подумала, что теперь это немного поздновато.

Дом повернул голову. Его взгляд был серьезным и загадочным. Анна не могла понять, о чем он думает. Она украдкой бросила взгляд на запертую дверь. Неужели он собирается провести в этой комнате целую неделю? Внезапно Дом наклонился и поцеловал ее.

— Я собираюсь заниматься с тобой любовью всю ночь, — хрипло произнес он.

Когда он снова поцеловал Анну, у нее в голове пронеслась мысль, что ей следует воспротивиться или хотя бы сделать вид, что она этого не хочет. Но ведь всю эту неделю она принадлежит ему, так какой же смысл сопротивляться? Тем более теперь, когда он уже зажег в ее теле такой огонь. Он прижал ее спиной к подушке. Его руки и губы продолжили неутомимую и безошибочную работу…

Анна вышла из замка.

Ярко светило солнце, над головой неслись клочковатые облака. Казалось, ночной грозы вовсе не было. Анна была без шляпы, и легкий ветерок трепал ее волосы, сдувая их на лицо. День клонился к полудню. Анна спала слишком долго, и на это была серьезная причина. Подумав о ней, она покраснела и ее сердце забилось чаще. Ей хотелось петь и смеяться, но она заставила себя думать о другом. Она провела ночь с Домом, исполняя их странный уговор, чтобы он затем покинул и ее, и Уэверли Холл. Только поэтому. Но как бы она ни пыталась утвердиться в такой мысли, ей не удавалось унять радостное возбуждение. «Интересно, где он?» — подумала Анна. Томас сказал, что Дом рано утром отправился верхом на прогулку; когда он уходил, Анна еще спала.

Анна думала о том, как ловко он провел ее: оказалось, что дверь в ее спальне вообще не запиралась. Утром она обнаружила, что замок сломан и уже давно не работает.

Лихорадочное возбуждение охватило все ее тело. Она будет помнить эту ночь до самой смерти! Вопреки ожиданиям Анны Дом не потребовал от нее слишком много. Сказать по правде, он всю ночь ласкал ее, целовал, гладил, одним словом, доставлял ей удовольствие, будто ничего другого ему и не нужно.

Словно сгорал от любви к ней.

Анна заставила себя не думать об этом. Она не должна забывать прошедших четырех лет и того, что Дом — искусный любовник. И самое главное, она не должна забывать, что владеет тем, что он хочет получить. Уэверли Холл гораздо более соблазнительная добыча для него, чем ее тело.Но внутренний голос тихо и искушающе спрашивал: «А что если… Что если он действительно сгорает от любви к тебе? Что если он любит тебя?»

Анна остановилась возле загона, где паслись две лошади. Она не позволит своим мыслям заходить так далеко. Нужно трезво смотреть на вещи. Она больше не сделает такой глупости, как в прошлую ночь. Она должна помнить, чего хочет и почему она здесь, в Шотландии, в Тавалонском замке. А хотела она того, чтобы он оставил ее в покое и уехал из Уэверли Холл.

Одна из лошадей подняла голову и фыркнула.

— Привет, парень, — ласково сказала Анна. Лошадь спокойно разглядывала ее большими светящимися глазами. Анна подошла ближе, сожалея, что не взяла яблока или другого лакомства. Она облокотилась на ограду и внезапно вспомнила погнутое стремя, которое Белла обнаружила в чемодане.

Анна поежилась. Она не могла понять, кому понадобилось таким способом напоминать ей о падении с лошади. Как это глупо и жестоко! Зачем кто-то пытался испортить ей настроение? Или напугать? Впрочем, стоит ли думать об этом. Кто-то всего лишь неудачно пошутил.

Анна огляделась вокруг. Тавалонский замок окружали холмы с обнажившейся местами скалистой породой. Мокрая после вчерашней грозы трава сверкала в солнечных лучах. С востока позади замка расстилалась бесконечная синева Северного моря. Доминика нигде не было видно. Она позавидовала ему: для прогулки верхом трудно пожелать лучшего утра.

38
{"b":"8077","o":1}